Указ Президента Украины №374/2026.

«В связи с многочисленными просьбами, с гуманитарной целью, очерченной в переговорах с американской стороной 8 мая 2026 года, постановляю: разрешить 9 мая 2026 года провести парад в городе Москве (Российская Федерация)».

Приводится точный квадрат Красной площади, с координатами, четыре точки, до четвёртого знака после запятой. «На время парада исключить этот квадрат из плана применения украинского вооружения».

Дед теперь не Верховный, он теперь согласованный.

Это не троллинг. Это высший пилотаж. Бомжи в галстуках, четыре года называют его наркоманом, клоуном, просроченным, нелегитимным. А он взял и великодушно разрешил, как старший брат младшему. Как взрослый — ребёнку, играйте, только далеко от своей песочницы не отходите. Вон вам координаты, песочницы, и чтобы не высовывались.

Зеленский показал миру, кто здесь решает. Не Путин и не Кремль. Не армия. А тот самый «комик», которого они четыре года пытались высмеивать.

Что можно купить на триллионы потраченные на войну? Спрашивает Руслан Белый. Куда? В Труху. Выбрали другое, пришли на Украину и оставили там всё, потратили на это весь свой страховочный жирок, накопленный за годы сытости. Жирок ушел и оставил наедине с дырой в 6 триллионов. Который мог стать школами, больницами, дорогами... «русскоговорящие», «наши», «там всегда была Россия», а сосед или родственник, который не пришел оттуда, он кто? То, что оставило людей в подвалах и ямах защитой русскоговорящих не называется, это называется геноцид. Точнее называется флагами и шариками, над пустой площадью и Великой Победой

«Двойной праздник».

Мать, потерявшая сына на войне, которую они начали, — просто повод для «поздравления». Две войны: дед и сын, а мать просто реквизит для съемок.

Фрагмент в ВК с «поздравлением» «Кузбасс первый», уже вырезали из записи эфира как и мемориал в Калининграде и сделали вид, что ничего не было.

Кто на самом деле принёс больше жертв. Анализ цифр.

«Русские выиграли войну». Но есть архив Министерства обороны и есть научные данные, цифры из книги военного историка А.Ю. Безугольного «Национальный состав Красной Армии 1918–1945. Историко-статистическое исследование» (М.: Центрполиграф, 2021). Колонка «Количество погибших на 1 тысячу населения» показывает, сколько жизней отдал каждый народ пропорционально своей численности.

Русские — 55,3 погибших на тысячу (Табл. 31).

Украинцы — 43,3. Белорусы — 42,0. Татары — 41,5. Чуваши — 44,0. Мордва — 41,0. Марийцы — 41,0. Удмурты — 36,5. Коми — 25,9.

Буряты — 89,1 погибших на тысячу (Табл. 31). Самый высокий показатель среди всех народов СССР. Почти каждый десятый бурят погиб на войне.

Казахи — 38,3. При этом казахов мобилизовали 48,3 на тысячу, а русских — 61,8 (Табл. 30). Разница в мобилизации есть. Но потери у казахов не сильно ниже.

Узбеки — 22,7. Киргизы — 28,0. Таджики — 17,7. Туркмены — 24,5. Меньше, чем у русских, но мобилизация ниже.

Чеченцы и ингуши — 4,6 погибших на тысячу. Самый низкий показатель. Чеченцев и ингушей почти не призывали, в 1944 году — вообще депортировали. Людей, которые могли бы воевать, обвинили в предательстве и выселили в Казахстан, им просто не дали воевать.

Герои Советского Союза.

Русские — 8,19 героев на 100 тысяч населения (Табл. 41).
Осетины — 9,3. Это самый высокий показатель среди всех народов.
Украинцы — 7,2. Белорусы — 5,9. Евреи — 3,5. Татары — 3,7. Чуваши — 3,3.

Войну выиграли ВСЕ. Не русские. Не славяне. Все народы СССР. Просто одних награждали и вешали на грудь медали, а других — депортировали, ссылали, забывали. Русские понесли самые большие абсолютные потери — 5,7 миллионов погибших. Но пропорционально своей численности они потеряли меньше, чем буряты и получили больше наград, чем буряты. И их не депортировали, их не обвиняли в предательстве целыми народами.

Это не умаляет подвиг русского солдата. Он воевал, он умирал, и он тоже победил. Но рядом с ним воевали, умирали и побеждали другие. Которых потом вычеркнули из общей истории.

Победа — общая. Жертвы — общие и память должна быть общей. Потому что войну выиграли все. А забыли — многих. И этот текст — чтобы напомнить.

Виктор Астафьев, фронтовик и писатель, о товарище Сталине и войне.

"Хочу, чтоб упорядочилась жизнь в России, чтоб упорядочил ее сам народ. Все ждут, вот когда Путин упорядочит, там, значит, вот какие-то еще правители. Вот придут, дадут что-то, упорядочат... Нет, нет, нет. Везде, где жизнь в государствах налажена, налаживал сам народ, вот. Только этого и желаю. Разума и труда."

Россия не умела никогда воевать. Ни при царе. Ни при Сталине. Ни сейчас. Вся тактика боя — завалить телами врага. Не умением или стратегией, мясом.

Этих потерь могло быть меньше. Намного меньше. Если бы не бездарное сталинское руководство. Его приказы «ни шагу назад», «удержать любой ценой», «взять к дате» — это чистая политика. Не военная наука. Военная наука говорит: если противник сильнее — отходи, сохраняй людей, готовь контрудар. А политика говорит: «Киев взять к 7 ноября». И кладут дивизию. Потому что «надо». Потому что «праздник».

У Сосо в услужении всегда было много палачей и мясников. Один из них — маршал Жуков. Там, где он появлялся, всегда можно было ожидать максимально кровавое наступление, с максимально возможными жертвами. А ещё Сосо прозевал начало войны. Разведка докладывала ему точные даты, а он называл это «дезой» и провокациями. В итоге — катастрофа 41-го, миллионы пленных, колоссальные потери.

А в 37-м Сосо вырезал лучший командный состав. Тех, кто прошёл Гражданскую, кто учился в академиях, кто понимал, что такое современная война. Вместо них поставил преданных, но бездарных. На его совести столько жертв, что не сосчитать. Не только военных. Гражданских. Умерших от голода. Замученных в лагерях. Расстрелянных без суда. Депортированных целыми народами. Чеченцы, ингуши, крымские татары, немцы Поволжья — всех под одну гребёнку, всех во «враги народа».

До войны Сосо с Гитлером целовался в дёсны. Фактически он и помог нацисту захватить Европу. Без его помощи и без раздела Польши у Гитлера ничего бы не получилось. С 1939 по 1941 год сталинский СССР был ключевым торговым партнёром и снабженцем нацистской Германии. Зерно: 2,5 миллиона тонн до самого нападения. Нефть: около 1 миллиона тонн. Сотни тысяч тонн руды, хлопка, металлов — всё шло на немецкие военные заводы. Нацисты сами в изумлении говорили, что Сталин даёт им даже больше, чем им нужно. Сытых бюргеров закармливал, отнимал у голодных детей последний кусок хлеба и отправлял Гитлеру. Эшелоны с советским зерном шли на запад даже за час-полтора до первых выстрелов 22 июня. Это не просто цинизм. Это квинтэссенция подхода той власти к людям: прагматичная сделка с людоедом, щедро оплаченная ресурсами страны, за которой последовала катастрофа, унесшая миллионы жизней.

Коммунисты скажут: «Нам были нужны немецкие станки для подготовки к войне». Да, в обмен на продовольствие и сырье СССР получал от Германии технику: самолёты, крейсера, 55 тысяч металлорежущих станков, танки, орудия. Но никакие станки не спасли ситуацию. Их пришлось срочно эвакуировать за Урал, теряя драгоценное время. Пригодились они только в конце войны. А по-настоящему спас ситуацию американский ленд-лиз.

А теперь спроси сегодня даже у бомжа в галстуке: «Кто победил в войне?» Он скажет: «Сталин». Спроси: «Кто виноват в потерях?» Он скажет: «Война». Они не связывают эти два факта. Потому что если связать — получится, что «победитель» и есть главный виновник смертей. Что «великий вождь» — мясник. Что «маршал Победы» — палач. Что вся эта теория трещит по швам и держится только на нежелании знать правду.

Лэнд-лиз. Который настоящие коммунисты ненавидят, но который нас реально спас.

Цифры — упрямая вещь. За годы войны СССР получил от союзников:

— 18 миллионов тонн грузов. Вдумайтесь в эту цифру. 18 миллионов тонн. Не мешков с гречкой — боеприпасов, топлива, продовольствия, техники.

— 11 миллиардов долларов помощи. Это в ценах 40-х годов. Сегодня это сотни миллиардов.

— 7 тысяч танков. Британские «Матильды», американские «Шерманы» — они горели, но они были. Когда свои заводы ещё не запустили, союзные танки закрывали дыры.

— 11 тысяч самолётов. «Аэрокобры», «Тандерболты», «Бостоны». На «Аэрокобре» летал Покрышкин. Трижды Герой Советского Союза летал на американском самолёте. Вы понимаете? Главный ас советской авиации — на американской машине.

— 400 тысяч автомобилей. «Студебеккеры», «Виллисы», «Доджи». На них возили снаряды, на них таскали пушки, на них ездили командиры. Без них армия встала бы. Без них не было бы наступлений.

— 2 тысячи паровозов и 11 тысяч вагонов. Железные дороги — это кровеносная система войны. Своих паровозов не хватало катастрофически.

— 4,5 миллиона тонн продовольствия. Тушёнка, которую солдаты называли «второй фронт». Сгущёнка. Мука. Сахар. То, без чего армия просто не воевала бы.

И наконец — валенки. Да, те самые валенки, в которых русский солдат прошёл до Берлина. 13 миллионов пар кожаной обуви, 5 миллионов тонн продовольствия — это тоже ленд-лиз. Без этого ничего бы не было.

Хрущёв, который при Сосо был членом Военного совета, позже признал в своих мемуарах: «Если бы не ленд-лиз, мы бы не смогли продолжать войну. У нас не было бы боеприпасов, не было бы продовольствия, не было бы транспорта. Мы бы просто не выжили».

Маршал Жуков, тот самый, говорил в частных беседах: «Вот говорят, что ленд-лиз нам не помог. А вот без пороха американского мы не могли бы делать снаряды. Без бензина американского мы не могли бы заправлять самолёты. Без машин американских мы не могли бы наступать».

То есть главный «маршал Победы» и главный «прораб оттепели» оба признали: без американской помощи — каюк. Полный. Окончательный.

И если бы не американская помощь — не было бы никакой Победы. Ни Великой. Ни Отечественной. Никакой.

И тем, кто до сих пор кричит про «сами, всё сами», — покажите эти цифры. Пусть подумают. Если умеют.

У РФ нет никаких союзников. Вообще. Ни одного.

Рассказывают про «ось». Про Пекин, Тегеран, Пхеньян. Про «новый миропорядок». Про «спина к спине». Но когда Израиль и США начали лупить по Ирану — «ось» дала трещину в первую же минуту. Россия и Китай ограничились дежурными соболезнованиями в ООН. Ни одного солдата. Ни одного корабля. Ни одного самолёта. Путин заявил, что готов быть «надежным партнёром» и строить АЭС, но тут же намекнул: воевать за Иран мы не будем. Помогать — да. Подыхать — нет.

Китай? Пекин избегает поставок летального оружия. Его стратегия — сидеть на двух стульях. Одной рукой поддерживать партнёрство с Россией, другой — не подставлять под санкции свою экономику. Когда США ударили по иранским ядерным объектам, Китай заявил протест. Символический. На этом всё. Дракон не воюет. Дракон торгует.

Индия? Она даже не входит ни в какой союз. Позиция Нью-Дели — чистый прагматизм. Скупают российскую нефть по дешёвке, перерабатывают, продают дальше. А параллельно расширяют сотрудничество с США. Это бизнес. Не союз. Не дружба. Не «братья навек». Просто бабки.

Остаётся КНДР. Единственная страна, которая не только поставляет снаряды и ракеты, но и отправила воевать тысячи своих солдат. Их участие в параде на Красной площади — доказательство. Но вопрос: когда возьмутся за Кима — Россия поможет? Или кинет, как Иран? Пришлёт соболезнование в ООН? Предложит построить АЭС?

У РФ нет союзников. Есть попутчики. Которые с нами, пока им выгодно. Которые торгуют, пока есть что продавать. Которые наблюдают, пока не пришла их очередь, а когда приходит — они остаются одни. Как Иран, как будет и с КНДР.

Потому что империя, которая строит «ось» на страхе и бабках, не получает союзников. Она получает кредиторов. А кредитор — не друг. Кредитор просто ждёт, когда ты заплатишь или когда ты сдохнешь и тогда он заберёт всё сам. Без войны, без выстрела, просто за долги.

Пригожин заплатил за это высказывание высокую цену. Не просто высказался, а вторгся в царский праздник. Плюнул в лицо тем, кто нарядился в чужие ордена и назвал вещи своими именами. Но мы помним что он еще сказал:

«Убивают наших солдат, а счастливый дедушка думает, что ему хорошо. И что делать дальше стране? А вот что делать стране, что делать нашим детям, внукам, будущему России и как выиграть войну, если вдруг случайно, я просто предполагаю, окажется, что этот дедушка — законченный мудак?».

Задал вопрос — и сам же на него ответил. Своей жизнью. Через два месяца его не стало. Конечно, случайность. Конечно, техническая неисправность, конечно, никто не виноват.

«9 мая — это не комедийное шоу с игрой на клавишных инструментах. Для нас это очень важно», заявил Путин. «Мы здесь ни в какие игрушки не играем», добавил он.

Самое смешное в этой не-комедии, что зрители уже не аплодируют. Они просто ждут, когда занавес упадёт, вместе с режимом.

Пишут, что отставку губернатора Белгородской области Гладкова и назначение на его место генерал-майора Александра Шуваева отложили.

Назначение, которое должно было стать символом новой власти, власти силовиков и героев СВО, накрылось медным тазом. Просто потому что человек не смог протрезветь перед походом в Кремль. Потенциальный сменщик белгородского губернатора якобы пришел на встречу с президентом пьяным. Но это слухи наверное. Вот уж действительно — «молодец мужик». История о том, как пронести бутылку мимо кассы оказалось выгоднее, чем тащить на себе целый прифронтовой регион. Вместо того чтобы разгребать «прифронтовое существование» в Белгороде , он, скорее всего, сидит сейчас где-то и пьёт за то, как ловко он соскочил. На кой ему это назначение сдалось, чтобы стать крайним за все провалы? А так — «извините, не устоял», и ты свободен.

​​«Азимут» надежды. Или куда едет российский автопром.

Чемезов: «Новый кроссовер Lada Azimut изменит отношение россиян к отечественному автопрому в лучшую сторону» .

Не «мы постараемся сделать хорошую машину», не «мы исправим косяки прошлых моделей». А «изменит отношение». Машина ещё не выехала, машина, предположительно из китайских дешевых запчастей, существует пока в статусе «идеи». Но отношение она уже изменит.

Было хоть раз раз такое, чтобы отечественный автопром, ненужно было везти в техцентр, сразу после покупки? И не будет, с бомжами в галстуках.

Садитесь в старую «Весту» с хрустящим пластиком и воющим вариатором — и думаете: «Говно». Но вдруг где-то в сентябре 2026 года с конвейера сходит первый «Азимут»  — и ваше отношение волшебным образом меняется. Вы больше не думаете «говно». Вы думаете: «Отечественный автопром в положительную сторону». Просто потому что Чемезов так сказал, президенту, в Кремле.

Отношение меняется, когда ты садишься в машину, поворачиваешь ключ — и она заводится. Когда подвеска не стучит, когда вариатор не воет. В то время как импортный конкурент даже в базе предложит мягкий пластик, бесшумный салон и непробиваемую подвеску, детище АвтоВАЗа требует мириться с «особенностями» и приговаривать: «зато чинить недорого».

Это философия машины, которая не пытается быть лучше, но с уверенностью, что выбора у вас все равно нет.

Касперская о блокировках интернета.

Ирония заключается в том, что это человек, который строил российский IT, награждённый медалью «За заслуги перед Отечеством». Человек, который годами продвигал цифровой суверенитет. Человек, который знает про интернет больше всех в этой стране. Которого Путин лично награждал и выслушивал. Который строил этот самый цифровой суверенитет. Пришла и сказала:

«Остановитесь, вы всё сломаете».

Потому что у неё всё посыпалось. Разрабы не могут работать без VPN — доступ к инструментам из России перекрыт. Инфраструктура ломается каждый день, блокировки рандомные, уследить невозможно.

«Пока не похоже, что её активность возымеет хоть какой-то эффект. В вопросах безопасности ей со спецслужбой в авторитете не тягаться», — The Bell

Потому что безопасность, которую охраняют чекисты из Второй службы, не нуждается ни в интернете, ни в бизнесе, ни в разработчиках. Ей нужен только страх, тишина, и полный контроль.

Крымский тупик: почему автономия — единственный выход

Крымский вопрос называют яблоком раздора. Но яблоко раздора можно поделить. Для этого нужно перестать мыслить в рамках «или-или» и признать: есть третий путь.

Три варианта, из которых мы исторически выбираем неправильные.

Юридически существуют лишь три варианта: Крым в составе Украины, Крым в составе России, либо Крым как самостоятельное суверенное государство. Первые два заводят проблему в тупик, потому что каждая сторона считает полуостров своим. Третий вариант кажется утопией — но именно он имеет самую мощную историческую и правовую базу.

Автономия — это не выдумка, а историческая норма

В 1921 году большевики подписали Декрет об образовании Крымской Автономной Советской Социалистической Республики в составе РСФСР. Это было признание уникального, многонационального характера региона. В 1991 году, в разгар распада СССР, прошёл референдум, на котором более 93% крымчан высказались за воссоздание Крымской АССР как субъекта Союза. Запрос на особый статус существовал всегда.

Уже в составе независимой Украины Крым получил статус Автономной Республики. Но эта автономия осталась на бумаге. Официальные документы, например, Концепция внесения изменений в Конституцию Украины, признавали: есть «концептуальная неопределенность правовой природы автономии», «отсутствие действенных конституционных гарантий статуса автономии» и «чрезмерная централизация». Киев не смог предоставить Крыму реального самоуправления — и это привело к кризису.

Что говорит международное право

Международное право разделяет внутреннее и внешнее самоопределение. Внутреннее — это и есть автономия: право народа на самоуправление, культурное и языковое развитие в рамках существующего государства. Внешнее — это отделение. Международные суды, включая Верховный суд Канады по делу Квебека, постановили: пока государство уважает право народа на внутреннее самоопределение, вопрос о внешнем не стоит.

Иными словами: если государство не может или не хочет обеспечить народу право на самоуправление в своём составе — возникает вопрос о поиске других форм реализации этого права.

Автономия как компромисс

Предлагается именно это. Не отделение в пользу России. Не возврат под украинскую юрисдикцию. А создание такого статуса, при котором народ Крыма сможет реализовать своё право на самоуправление, а безопасность и интересы обеих сторон будут гарантированы.

Что это значит на практике?

Крым становится автономной территорией с особым экономическим статусом — внутренней офшорной зоной, выгодной и Украине, и России.

Все доходы остаются внутри региона и идут на его развитие.

Безопасность гарантируется обеими сторонами конфликта.

Никаких «кресел под соусом» для чиновников — это не имеет значения и не интересно.

Крым получает самоуправление. Украина и Россия — снятие напряжённости и экономическую выгоду. Люди — возможность просто ездить отдыхать, не думая о том, чей флаг висит над пляжем.

Почему это единственный выход

Потому что остальные два варианта означают бесконечную войну. Признание Крыма российским — это вечный конфликт с Украиной и международным сообществом. Возврат Крыма Украине невозможен без полного демонтажа нынешней российской власти. А автономия — это компромисс, который позволяет сохранить лицо обеим сторонам и даёт народу Крыма то, чего он хотел всегда: право самому решать свою судьбу.

Это не утопия, это единственный реалистичный сценарий, при котором полуостров перестанет быть яблоком раздора и станет мостом между двумя странами. Если, конечно, мы действительно хотим мира, а не бесконечного безумия.

Формулировка принципа коллективной ответственности:

Современное международное право отходит от примитивной формулы «платит агрессор». Ведущие юристы-международники, включая профессора Джеймса Паттисона, обосновывают доктрину International Duty to Rebuild — коллективную обязанность восстанавливать.

1. Возлагать бремя восстановления только на одну сторону — несправедливо и неэффективно. Это ведёт к новому витку конфликта, а не к миру.

2. Ответственность за восстановление должна ложиться на наиболее способного агента, а не автоматически на участника боевых действий. Это могут быть ООН, международные организации, все заинтересованные стороны.

3. Исключение невоевавших сторон из процесса восстановления ошибочно, поскольку они могли спонсировать войну, поставлять оружие, предоставлять разведданные.

4. Поэтому все участники конфликта — включая Украину, Европу, США и международное сообщество — должны разделять ответственность за его последствия.

Это не моральное пожелание. Это позиция, имеющая опору в международно-правовой доктрине. Мир после войны — это общая ответственность, а не повод для сведения счётов.

План мирного урегулирования

Выход на самом деле есть. Чтобы наступил мир — нужно просто не воевать.

1. Обмен всех на всех

Обмен пленными по формуле «всех на всех» и обеспечение безопасности русским и коллаборантам, где бы они ни пожелали закрепиться. Никто не должен остаться в заложниках.

2. Вывод войск

Вывод российских войск по типу афганского, при соблюдении территориальной целостности Украины. Без этого пункта все остальные не имеют смысла.

3. Помощь в восстановлении

Помощь — в том числе международная — Украине в восстановлении разрушенной войной инфраструктуры.

Пояснение. Современное международное право отходит от примитивной формулы «платит агрессор». Ведущие юристы-международники, включая профессора Джеймса Паттисона, обосновывают доктрину International Duty to Rebuild — коллективную обязанность восстанавливать.

Принцип коллективной ответственности означает:

Возлагать бремя восстановления только на одну сторону — несправедливо и неэффективно. Это ведёт к новому витку конфликта, а не к миру.

Ответственность за восстановление должна ложиться на наиболее способного агента — ООН, международные организации, все заинтересованные стороны.

Исключение невоевавших сторон ошибочно, поскольку они могли спонсировать войну, поставлять оружие, предоставлять разведданные.

Поэтому все участники конфликта — включая Украину, Европу, США и международное сообщество — должны разделять ответственность за его последствия. Это не моральное пожелание. Это позиция, имеющая опору в международно-правовой доктрине. Мир после войны — это общая ответственность, а не повод для сведения счётов.

4. Крымский вопрос

Крым был всегда как яблоко раздора и действительно очень спорный вопрос. Поэтому лучше предоставить полуострову автономию при соблюдении гарантий безопасности обеими сторонами конфликта. И просто ездить отдыхать.

Пояснение. Юридически существуют лишь три варианта: Крым в составе Украины, Крым в составе России, либо Крым как самостоятельное суверенное государство. Первые два заводят проблему в тупик. Третий вариант кажется утопией — но именно он имеет самую мощную историческую и правовую базу.

Автономия — это не выдумка, а историческая норма. В 1921 году большевики подписали Декрет об образовании Крымской Автономной Советской Социалистической Республики в составе РСФСР. Это было признание уникального, многонационального характера региона. В 1991 году прошёл референдум, на котором более 93% крымчан высказались за воссоздание Крымской АССР как субъекта Союза. Запрос на особый статус существовал всегда.

В составе независимой Украины Крым получил статус Автономной Республики. Но эта автономия осталась на бумаге: «концептуальная неопределенность правовой природы автономии», «отсутствие действенных конституционных гарантий», «чрезмерная централизация». Киев не смог предоставить Крыму реального самоуправления — и это привело к кризису.

Международное право разделяет внутреннее и внешнее самоопределение. Внутреннее — это и есть автономия: право народа на самоуправление, культурное и языковое развитие в рамках существующего государства. Внешнее — это отделение. Международные суды, включая Верховный суд Канады по делу Квебека, постановили: пока государство уважает право народа на внутреннее самоопределение, вопрос о внешнем не стоит.

Поэтому автономия — это компромисс. Не отделение в пользу России. Не возврат под украинскую юрисдикцию. А создание такого статуса, при котором народ Крыма сможет реализовать своё право на самоуправление, а безопасность и интересы обеих сторон будут гарантированы.

На практике это означает: Крым становится автономной территорией с особым экономическим статусом — внутренней офшорной зоной, выгодной и Украине, и России. Все доходы остаются внутри региона и идут на его развитие. Безопасность гарантируется обеими сторонами конфликта. Никаких «кресел под соусом» для чиновников — это не имеет значения и не интересно.

Крым получает самоуправление. Украина и Россия — снятие напряжённости и экономическую выгоду. Люди — возможность просто ездить отдыхать, не думая о том, чей флаг висит над пляжем.