А затем позвольте мне дать вам один совет: безусловно, наступят часы, когда будет очень тяжело, когда вы будете думать, что не сможете выдержать. Тогда подумайте о будущем. Подумайте о времени через 20 лет после войны, которую мы выиграем — так же верно, как то, что я стою здесь перед вами, в которой мы победим.
И затем подумайте: в чём же, собственно, смысл этой войны? Как будет после войны? Смысл войны — это историческое подтверждение Великогерманского рейха перед всем миром. Уже одно это было бы целью, уже одно это было бы достаточно важно, чтобы вести за это шестилетнюю войну, если Фридрих Великий за подтверждение своего государства в 2,5 миллиона подданных сражался семь лет в гораздо более безнадёжной ситуации.
Смысл войны, в-третьих, — это господство над континентом, который называется Европой, и его упорядочение; континентом, которому мы дали культуру, и жизнь, и безопасность жертвенной смертью и кровью бесчисленных солдатских предков; континентом, который мы должны упорядочить в мире в его экономике и для будущих войн и столкновений в его военной силе, причём нам солдатский разум и наше профессиональное знание говорят, что в будущем война при нынешних границах будет с самого начала проиграна, что народ, у которого нет постов воздушного наблюдения на расстоянии до 2000 км от его границы, уже проиграл следующую войну. Смысл войны состоит, в-четвёртых, в основательном переносе немецкой народной границы по меньшей мере на 500 км на Восток, считая от границы 1939 года. Речь идёт о заселении этого пространства немецкими сыновьями и немецкими семьями, германскими сыновьями и германскими семьями, чтобы возник сад германской крови, чтобы мы и далее оставались крестьянским народом, чем мы почти перестали быть, так как доля крестьянства в нашем народе становилась всё меньше. Где пашня, которую мы в этой войне уже завоевали и снова потеряли, и которую мы снова отвоюем, — это проблема.

«Речь идёт о заселении этого пространства немецкими сыновьями и немецкими семьями, германскими сыновьями и германскими семьями, чтобы возник сад германской крови».

Третья проблема: земля и почва для людей! В эти 20 лет мы должны заселить нынешние немецкие восточные провинции, от Восточной Пруссии вниз до Верхней Силезии, всё Генерал-губернаторство; мы должны онемечить и заселить Белоруссию, Эстонию, Латвию, Литву, Ингерманландию и Таврию. В других областях мы, так же как начинаем здесь, вдоль магистральных дорог, возле которых лежат наши автобаны, железные дороги, аэродромы, под защитой наших гарнизонов, создадим маленькие города с населением от 15 до 20 тысяч человек и на расстоянии до 10 километров — немецкие деревни, так что мы всегда будем погружены в немецкую жизнь со средоточием

культурной жизни в городе. Эти жемчужины поселений, которые мы продвигаем здесь вплоть до Дона и до Волги — и я надеюсь, до самого Урала, — должны будут однажды, в один год и на протяжении жизни одного поколения, наполняться всё новыми слоями благодаря вечно юному пополнению германской крови. Этот германский Восток вплоть до Урала должен — и ради этого мы работаем здесь с нашими мыслями, нашей жизнью и воспитанием, как наши товарищи снаружи в своей готовности умереть сражаются за это, — стать рассадником германской крови, дабы через 400–500 лет, если судьба Европы до решающего столкновения между континентами отпустит столько времени, вместо 120 миллионов существовало 500–600 миллионов германцев.
Здесь они смогут рождаться, смогут расти как крестьяне, здесь народ сможет стать сильным! Тогда у нас будет крестьянский народ в разумном соотношении города и деревни — обширная страна, в которой германец сможет развиваться, не превращаясь в шпильбюргера, как в маленькой Германии. Эта любимая нами нордическая кровь, наш собственный германский народ, от которого мы происходим и которому мы всем обязаны и который действительно есть лучшее на этой земле, что придало этой земле смысл, содержание и культуру, возносится ввысь благодаря Адольфу Гитлеру, и мы, как мужи и рыцари империи, как эсэсовцы,

Восточные провинции (Польша, включая Генерал-губернаторство).
Республики: Белоруссия, Эстония, Латвия, Литва.
Россия: Ингерманландия (район Санкт-Петербурга), а также территории вплоть до Дона, Волги и Урала.

никто не был разочарован и не говорил: «я ожидал чего-то другого». Каждый командир и каждый боец будет снова и снова узнавать мир. Когда на Востоке будет пограничная стража, то для нас будет делом чести выставить эту пограничную стражу. Для тех из нас, кто не останется в действующем составе, тогда настанет работа по колонизации, строительство городов и деревень. Тогда придёт работа в гигантском масштабе, работа и борьба, которые будут выполняться во имя и по глубокому обязательству перед нашими павшими товарищами. Так однажды наступит мир, и я не думаю, что он будет лёгким.
В целом же это раз и навсегда наша обязанность, что мы во времена Адольфа Гитлера встали в строй как самые верные сыновья нашего народа, как самые верные сыновья нашей родословной, что мы вступаем в дело там, где получаем приказ, — будь то в битве сражения, будь то в борьбе мировоззренческого противостояния, будь то в труде, когда мы делаем почву пахотной, будь то любая иная задача духовного или иного рода, которая на нас возлагается. Мы встали в строй и мы исполним наш долг. Мы хотим уже сегодня помнить, что мы должны создать фундамент во времена Адольфа Гитлера, чтобы эта империя была прочной в никогда не прекращающейся борьбе рас этой земли.
Поэтому вы должны использовать время, чтобы работать и подготовить дивизию, дабы она — когда по приказу фюрера через несколько недель встанет в строй на Востоке — была готова приумножать славу наших погибших товарищей.

«Когда на Востоке будет пограничная стража, то для нас будет делом чести выставить эту пограничную стражу. Для тех из нас, кто не останется в действующем составе, тогда настанет работа по колонизации, строительство городов и деревень. Тогда придёт работа в гигантском масштабе…»

Я всегда буду прикрывать каждого командира, который действует железной рукой. Если мы упустим это здесь, на Востоке, или позже в колониях, мы всегда будем действовать как меньшинство и не справимся с десятками тысяч.

Победа нами уже одержана. Европа уже принадлежит нам, не считая нескольких мелких огрехов из-за военной обстановки в Средиземном море, которые, однако, будут выправлены. Это лишь вопрос времени. Мы упорядочиваем Европу, это уже свершившийся факт, и ни одна европейская держава не может нам больше в этом помешать. Речь идёт лишь о том, чтобы действительно реализовать эту выигранную войну. Эта последняя страна — Англия — будет принуждена к признанию и к тому, что ей больше нечего сказать в Европе! Дальнейшая задача, которая перед нами ставится, состоит в том, чтобы колониальная империя, которую мы должны иметь, также была реализована.

Но когда начнётся мир, мы сможем начать с нашей программой. Может быть, кое-кто из вас задавался вопросом, для чего, собственно, немецкой полиции нужны кирпичные заводы и каменоломни. Камнями можно зарабатывать деньги. Из камней строят дома. Государству придётся откладывать многие вещи, которые оно может финансировать лишь в ограниченной мере. Жандарм должен стать неуязвимым. Он не должен терпеть нужды, не становиться богатым, но быть экономически обеспеченным, и в собственном доме он должен иметь возможность со своей семьёй из 4-6 детей жить без нужды. Эта многодетная семья необходима, ибо иначе мы завоёвываем империю и не имеем

для неё людей. Это состояние было бы безумием. Каждому в течение лет должны быть предоставлены дом и сад с арендной платой, которая уменьшается всё больше в зависимости от числа детей. Осуществление этого экономического проекта будет нашей заботой. Но я вам этим ничего не обещаю. Этот долг должен быть исполнен сам собой, и забота о людях также должна исходить свыше сама собой. Мы хотим построить великую германскую империю. Каждый из вас в этом военном 1941 году — и если это продлится дольше, до 1942/43, сколько будет вестись война, пока мы не добьёмся окончательной победы, — будет отвечать передо мной именно за то, чтобы в его командирском округе не было никаких беспорядков и чтобы отдельный жандарм не только выполнял свой долг, но и был образцом выправки и передовым борцом за немецкую победу.

«Дальнейшая задача, которая перед нами ставится, состоит в том, чтобы колониальная империя, которую мы должны иметь, также была реализована».

«мы завоёвываем империю и не имеем для неё людей. Это состояние было бы безумием».

Совершенно ясно: немецкие восточные провинции – Восточная Пруссия, Западная Пруссия, Вартегау, обе Силезии – являются частями Немецкой империи, немецкими провинциями. Они будут населены только немцами .
Компромиссов и уступок здесь нет, и мы их не знаем. Борьба за народность должна вестись жёстко, если однажды должен наступить ми). Всякая мягкость и всякая уступчивость, чтобы в данный момент было легче, карает внуков.
Вождь воспитал нас всех так, что мы должны искать решения не на сегодня, а на столетия .

«…немецкие восточные провинции — Восточная Пруссия, Западная Пруссия, Вартегау, обе Силезии — являются частями Немецкой империи, немецкими провинциями. Они будут населены только немцами».

«Компромиссов и уступок здесь нет, и мы их не знаем. Борьба за народность должна вестись жёстко…»

«Фюрер воспитал нас всех так, что мы должны искать решения не на сегодня, а на столетия».

Я представляю себе поселение или германизацию этих провинций в 2 этапа. Один этап — германизация определенных зон и прежде всего зоны вдоль границы, чтобы пространственно отделить поляков Генерал- губернаторства от поляков новых провинций. Затем создание определенного моста, скажем, от Данцига до Померании, чтобы замкнуть Померанию у побережья. Чисто немецкий мост, возможно, — он еще окончательно не установлен, для этого нужны точные исследования — через Позен на Лодзь, возможно также через Бромберг на Лодзь.. Но принципиальная линия ясна: мы хотим в народном отношении практически сделать то же самое, что в военном отношении было сделано в Восточном походе. Мы хотим согнать их в различные острова, то есть разделить Восток и Запад, Генерал-губернаторство и немецкие провинции, разделить Юг и Север, потому что так нам с ними будет легче справиться в народном отношении. Второй этап — это, спустя несколько лет, прочесывание оставшихся «польских» островов.

Я представляю себе, что нам вовсе не нужно повышать жалованье, а что мы просто к нормальному жалованью можем улучшить жизненные условия в виде дома, приобретения собственности на землю.
Тогда мы сможем полностью перевернуть империю. Это мысли, которые я сегодня вынашиваю, по которым нам нужно еще много работать, привлечь много материалов. В целом, однако, линия должна будет проходить или будет проходить примерно так. Выполнима же — и этим я могу завершить в целом — эта задача, поставленная перед всем немецким народом — сделать эти новые провинции лучшими и самыми германскими провинциями Германии, выполнима она только в том случае, если не только — что является непременным условием — четыре рейхсштатгальтера и центральный аппарат, в сферу деятельности которых попадает эта задача, будут сотрудничать, но если вся национал-социалистическая Немецкая рабочая партия, если все вы здесь будете сотрудничать. Никогда в этом вопросе не смотрите на свой гау, но как на крестника смотрите на этот Восток, который мы получили в дар от фюрера

Как немецкий народ и который мы хотим сделать немецким и в кратчайшее мирное время вернуть фюреру как ставший немецким и в его крови онемечивающимся и германизирующимся.
Мы хотим заложить основу для того, чтобы спустя десятилетия эта земля действительно была не только завоевана Адольфом Гитлером, но и напоена немецким народом, с его живой кровью, за десятилетия до этого, затем в десятилетия наполнена и стала источником новой крови на все будущие времена. Это я вижу как задачу и здесь я прошу вашей всесторонней помощи.

земля должна быть «напоена немецким народом, с его живой кровью», стать «источником новой крови» и быть возвращена фюреру «ставшей немецкой» и «в его крови онемечивающейся».

б) Так как рассеянное по 486 деревням фольксдойче нельзя опекать, народная жизнь никогда не сможет возникнуть, рейхсфюрер СС приказывает сведение воедино. Они должны, если только не будут поселены в районе Хегевальд (см. пункт в), быть собраны после уборки урожая примерно в 100 деревнях, а именно в деревнях, расположенных так, чтобы до них можно было добраться и зимой, пока не может быть предпринято окончательное переселение в опорные пункты.
Переселение русских должно производиться так прилично, чтобы не возникали новые банды. Само собой разумеется, что пока переселение не завершено, ни один фольксдойче не должен отправляться рабочим в рейх.
в) 1. В районе вокруг Житомира после уборки урожая будет поселено около 10 000 фольксдойче. Согласно приказу фюрера о том, что лучше, если немецкие учреждения будут работать в бараках вне города и все чиновники и служащие будут жить там, а не в самом городе, это поселение, насколько позволит состояние почвы, будет концентрироваться вокруг полевого командного пункта Хегевальд как центра. Поселение осуществляется дальше так, чтобы оставалось достаточно земли для расселения при росте числа детей.

Основание: Планирование объединения и заселения. Украина.
Соответственно приказу фюрера части Украины в течение ближайших 20 лет будут полностью заселены немцами.
Начало заселения ориентируется на главные транспортные пути запад-восток и север-юг, на запланированные автобаны и вновь создаваемые крупные сквозные железнодорожные линии, то есть Краков — Львов — Житомир — Киев, Ленинград — Могилёв — Киев, Житомир — Винница — Одесса.
Во всём Восточном пространстве сначала должны быть заселены: рейхскомиссариат Остланд с учётом способности эстонцев к онемечиванию.
В Латвии и Литве будет труднее, так как из Латвии при всех обстоятельствах должны быть выселены латгалы, литовцы для онемечивания также не подходят, так как духовно очень тяжеловесны и несут в себе невероятно много славянской крови. Ингерманландия, Белорутения.
В последней стране дело облегчается тем, что у белорусского населения нет интеллигентного слоя и политического честолюбия. Крым. Поселение в виде опорных пунктов задумано так, чтобы на перекрёстках возникали города с 15—20 000 жителей, а вокруг этих городов расселялось полностью немецкое сельское население. Группенфюрер СС Грайфельт получает указание по планированию переселения фольксдойче из Транснистрии.

«литовцы для онемечивания также не подходят, так как духовно очень тяжеловесны и несут в себе невероятно много славянской крови».

«части Украины в течение ближайших 20 лет будут полностью заселены немцами»; вокруг новых городов «будет расселено полностью немецкое сельское население».

Рейхсфюрер!
Во исполнение руководящих указаний и замечаний, данных мне в ходе личной беседы 24.6., я спешу покорнейше представить Вам здесь
«Генеральный план Ост».
Приложенный план в общих чертах очерчивает масштабы будущих осуществимых работ по заселению, т.е. он рассматривает вытекающие из наличия доступных семей поселенцев потребности в заселении, районы и участки заселения, а также их вместимость.
Я приступлю к дальнейшей углубленной проработке плана после того, как он получит Ваше принципиальное одобрение.
Хайль Гитлер!
Начальник штабного главного управления рейхскомиссара по укреплению германской народности

После ознакомления покорнейше передано на рассмотрение. Разрешите просить о принципиальном одобрении указанных в Генеральном плане Ост руководящих принципов планирования и заселения.
Вх. №. 14 июля 1941 года
Подпись: