Варя ко всем этим делам тоже добавит своего шума. Результат отрицательный, сон ребенка не сберег. Да и охрана сбежится, ментов вызовут. Сценарий - мимо.
Меняю стратегию. Приглашаю первого зомбака зайти за порог нашего номера, рассудив, что, изолировав его от бабищ, смогу пояснить необходимость соблюдения тишины (один на один; да и выражение лица я тоже обучен делать суровым).
Неа. Бабищи его удерживают от опрометчивого поступка, а в их присутствии он безрассудно смел.
Во мне кипит бессильная злоба. Я понимаю, что нихрена не могу сделать. Любой сценарий негативен.
-Так и будете орать, значит? - шиплю с ненавистью в сторону перегара.
-А хуле нет? - вопросом на вопрос реагирует разошедшийся зомби.
Киваю, закрывая дверь:
-Ок. Еще увидимся.
За стенкой веселье пуще прежнего - как же, живые мертвецы в этой вселенной уделали заботливого отца.
Звоню охране - надо хоть что-то сделать.
Приходят, шум несколько смолкает, и в первом часу ночи воронье карканье извещает, что всем пора идти спать. Варя недовольно фыркнула: - на кого теперь прикажете лаять? Топот по лестнице за стенкой - в их номере зеркально спальни тоже наверху.
А затем в этом зеркальном мире начинаются уже диалоги двух пар, расположившихся в разных комнатах. Четыре мерзейших пьяных голоса, каждый из которых стремится непременно первым рассказать остальным какую-то наиважнейшую дичь. Скрыться, дабы не слышать всю эту херню, решительно невозможно - закрытые в нашу спальню двери не спасают. Впрочем, Юнона крепко спит, да и Варвару, уставшую лаять, одолела дремота.
Один я в этой громкой ночи скрежещу зубами, давя призывы своего эго наплевать на все и расколотить эти ненавистные ёбла.
Гомон завершился в 03:30. Юнона выспалась в 06:50, последовательно разбудив Варю, меня и старших. Две чашки утреннего кофе не возымели на меня никакого пробуждающего эффекта.
А вот топот Юноны и стук мяча по лестнице, сопровождающиеся веселыми детскими криками под аккомпанемент Вариного заливистого лая - вполне.
Бескромиссная шумовая карма настигла шашлычников.
До самого нашего отъезда я их не видел, слышал только щелчки аккуратно прикрываемой двери и осторожные шаги.
Меняю стратегию. Приглашаю первого зомбака зайти за порог нашего номера, рассудив, что, изолировав его от бабищ, смогу пояснить необходимость соблюдения тишины (один на один; да и выражение лица я тоже обучен делать суровым).
Неа. Бабищи его удерживают от опрометчивого поступка, а в их присутствии он безрассудно смел.
Во мне кипит бессильная злоба. Я понимаю, что нихрена не могу сделать. Любой сценарий негативен.
-Так и будете орать, значит? - шиплю с ненавистью в сторону перегара.
-А хуле нет? - вопросом на вопрос реагирует разошедшийся зомби.
Киваю, закрывая дверь:
-Ок. Еще увидимся.
За стенкой веселье пуще прежнего - как же, живые мертвецы в этой вселенной уделали заботливого отца.
Звоню охране - надо хоть что-то сделать.
Приходят, шум несколько смолкает, и в первом часу ночи воронье карканье извещает, что всем пора идти спать. Варя недовольно фыркнула: - на кого теперь прикажете лаять? Топот по лестнице за стенкой - в их номере зеркально спальни тоже наверху.
А затем в этом зеркальном мире начинаются уже диалоги двух пар, расположившихся в разных комнатах. Четыре мерзейших пьяных голоса, каждый из которых стремится непременно первым рассказать остальным какую-то наиважнейшую дичь. Скрыться, дабы не слышать всю эту херню, решительно невозможно - закрытые в нашу спальню двери не спасают. Впрочем, Юнона крепко спит, да и Варвару, уставшую лаять, одолела дремота.
Один я в этой громкой ночи скрежещу зубами, давя призывы своего эго наплевать на все и расколотить эти ненавистные ёбла.
Гомон завершился в 03:30. Юнона выспалась в 06:50, последовательно разбудив Варю, меня и старших. Две чашки утреннего кофе не возымели на меня никакого пробуждающего эффекта.
А вот топот Юноны и стук мяча по лестнице, сопровождающиеся веселыми детскими криками под аккомпанемент Вариного заливистого лая - вполне.
Бескромиссная шумовая карма настигла шашлычников.
До самого нашего отъезда я их не видел, слышал только щелчки аккуратно прикрываемой двери и осторожные шаги.
Постников пишет…
С наступлением весеннего тепла и ярких, солнечных дней, призывающих больше времени проводить вне стен дома, я понял, что слегка замедлился в творческом процессе завершения книги. Тем не менее, работа над романом все равно не останавливается. Тут ведь как…
Ранее я обещал раз в неделю делиться отдельными главами своего, не завершенного еще, романа «Иллюзион», но прошлая неделя выдалась слегка суматошной, и я, признаюсь, подзабыл об этом обещании.
Исправляюсь, простите.
О выборе глав задумываться здесь не стоит - он рандомный, куда листнулся черновик, тот текст и выкладываю.
Итак, глава 13. Ночной гость. 👇
Исправляюсь, простите.
О выборе глав задумываться здесь не стоит - он рандомный, куда листнулся черновик, тот текст и выкладываю.
Итак, глава 13. Ночной гость. 👇
В двадцать три сорок двор у «Иллюзиона» был как черная сцена без зрителей - редкие фонари, мокрый снег, темные окна, и ощущение, что любой звук – лишний.
Они собирались молча.
Ксения пришла первой – с термосом и глазами «я здесь, но я сейчас исчезну». Павел – как всегда собранный, с рюкзаком, будто на выезд. Ирина – по-прежнему уверенная в себе, но сегодня в ней было что-то новое – какая-то осторожность; не страх – осторожность сапера, входящего на минное поле. Дарья принесла с собой пакет теплых булочек и тут же поймала себя: «а ведь я снова пытаюсь купить их одобрение… Сейчас – выпечкой…». Спрятала пакет за спину, застеснявшись своих мыслей.
Вера стояла чуть поодаль. Ее лицо было бледным, как у человека, который пришел на экзамен, где нельзя списать.
Денис опоздал на две минуты и пришел раздраженный – на себя, на ночь, на собственную слабость. Он даже не закурил. Это уже было признаком беды.
Лариса вышла из тени, подняла палец к губам.
– Быстро. Дверь тяжелая, – прошептала она.
И в этот момент от темноты двора отделилась еще одна фигура.
Мужчина в темном пальто. Четкие движения. Привычка держать себя так, будто вокруг всегда камеры. Свет уличного фонаря с каждым шагом все удлинял его тень.
– Это кто? – шепнула Ксения.
Лариса не ответила. Она просто открыла дверь и пропустила его внутрь вместе со всеми.
В коридоре «Иллюзиона» воздух был плотный, пыльный. Ночной. Здесь все слышалось громче - шаги, вдохи, шорох одежды.
Когда они вошли в зал и сели кругом вокруг фонарика-костра, Лариса сказала спокойно:
– У нас сегодня гость. Смотрит. Не объясняет. Не оправдывается. Не учит. Просто присутствует.
Алина повернула голову и прищурилась.
– Имя у гостя есть?
Мужчина чуть помедлил – будто решал, какую часть себя можно выдать.
– Артем, – сказал он. – Сорокин.
В тишине сцены фамилия звякнула как ключи на связке. Наталья резко выпрямилась.
– А-а, – произнесла она так, что стало ясно - она услышала в фамилии не человека, а чиновника. – Ну здравствуйте. Прямо в логово пришли.
Лариса подняла ладонь.
– Наташа.
– А что Наташа? – Наталья улыбнулась без радости. – Мы тут ночью, как мыши, потому что «Иллюзион» решили снести. А он… – она кивнула на Артема. – Он из тех, кто решил. Или я ошибаюсь?
Продолжение 👇
Они собирались молча.
Ксения пришла первой – с термосом и глазами «я здесь, но я сейчас исчезну». Павел – как всегда собранный, с рюкзаком, будто на выезд. Ирина – по-прежнему уверенная в себе, но сегодня в ней было что-то новое – какая-то осторожность; не страх – осторожность сапера, входящего на минное поле. Дарья принесла с собой пакет теплых булочек и тут же поймала себя: «а ведь я снова пытаюсь купить их одобрение… Сейчас – выпечкой…». Спрятала пакет за спину, застеснявшись своих мыслей.
Вера стояла чуть поодаль. Ее лицо было бледным, как у человека, который пришел на экзамен, где нельзя списать.
Денис опоздал на две минуты и пришел раздраженный – на себя, на ночь, на собственную слабость. Он даже не закурил. Это уже было признаком беды.
Лариса вышла из тени, подняла палец к губам.
– Быстро. Дверь тяжелая, – прошептала она.
И в этот момент от темноты двора отделилась еще одна фигура.
Мужчина в темном пальто. Четкие движения. Привычка держать себя так, будто вокруг всегда камеры. Свет уличного фонаря с каждым шагом все удлинял его тень.
– Это кто? – шепнула Ксения.
Лариса не ответила. Она просто открыла дверь и пропустила его внутрь вместе со всеми.
В коридоре «Иллюзиона» воздух был плотный, пыльный. Ночной. Здесь все слышалось громче - шаги, вдохи, шорох одежды.
Когда они вошли в зал и сели кругом вокруг фонарика-костра, Лариса сказала спокойно:
– У нас сегодня гость. Смотрит. Не объясняет. Не оправдывается. Не учит. Просто присутствует.
Алина повернула голову и прищурилась.
– Имя у гостя есть?
Мужчина чуть помедлил – будто решал, какую часть себя можно выдать.
– Артем, – сказал он. – Сорокин.
В тишине сцены фамилия звякнула как ключи на связке. Наталья резко выпрямилась.
– А-а, – произнесла она так, что стало ясно - она услышала в фамилии не человека, а чиновника. – Ну здравствуйте. Прямо в логово пришли.
Лариса подняла ладонь.
– Наташа.
– А что Наташа? – Наталья улыбнулась без радости. – Мы тут ночью, как мыши, потому что «Иллюзион» решили снести. А он… – она кивнула на Артема. – Он из тех, кто решил. Или я ошибаюсь?
Продолжение 👇
Артем чуть напрягся. В нем привычно включилась защита – логика, формулировки, «по документам». Он уже открыл было рот, но Лариса посмотрела на него так, что он вспомнил ее условие - никаких объяснений.
Алина наклонилась вперед.
– Скажи честно, Артем. Ты сюда пришел успокоить совесть? Или позлорадствовать?
Дарья почувствовала, как внутри сжалось - сейчас будет скандал. Поднялось ее привычное – сгладить, спасти, сделать для всех хорошо. Она даже вдохнула, чтобы сказать что-нибудь примиряющее – и остановилась. Вспомнила, как Алина просила: «только не ты молодец».
Лариса спокойно сказала:
– Мы не суд. Здесь не выносят приговоры. Здесь избавляются от иллюзий.
– А его иллюзия какая? – не отставала Алина.
Артем посмотрел на круг. В слабом свете фонарика лица казались чужими, почти древними. В этом круге он впервые не был руководителем. Он был просто человеком, на которого смотрят без уважения к его должности.
Он выдохнул, решившись.
– Моя иллюзия… – произнес он медленно, будто пробовал незнакомый язык. – Что если все контролировать, то будет… правильно. Безопасно. И… пусто.
Дарья вдруг почувствовала странное - от этого «пусто» ей сразу стало жалко его. Но сразу поняла, что жалость может быть опасной – она легко превращается в спасательство, где спасатель, вытягивая другого, теряет самого себя.
Наталья хмыкнула:
– Пусто ему. Бедняжка.
– Наташа, – тихо сказала Лариса. – Твоя броня сегодня громче тебя. Сними ее хотя бы на пять минут.
Наталья сжала губы, но промолчала.
Лариса повернулась к кругу:
– Сегодня у нас упражнение новое. Каждый из вас произнесет вслух, какой договор он подписал с жизнью. Какую сделку заключил. И какую цену платит.
– Прямо сейчас? – шепнула Ксения.
– Прямо сейчас, – кивнула Лариса. – Ночь не терпит отложенных жизней.
Ирина сказала первой, резко, как выстрел:
– Мой договор – я иду наперекор всему – и меня не сломают. Цена – я не умею быть рядом мягко.
Ксения – почти плача:
– Мой договор – я хорошая – меня не трогают. Цена – меня нет.
Дарья сглотнула, и слова вышли сами:
– Мой договор - я полезная – меня любят. Цена - я все время голодная до чувств.
Артем слушал – и внутри него что-то ползло глубокими трещинами. Эти люди называли то, что он всю жизнь прятал под фразой «так надо».
И тут – снова шаги в коридоре, как в прошлый раз – пугающие до липкого пота.
Близко.
Костер-фонарик осветил, как Ксения побледнела. Вера инстинктивно поднялась, будто готова исчезнуть. Денис сжал кулаки.
Шаги остановились у двери.
Пауза.
Ручка дернулась.
Лариса не шевельнулась. Только подняла ладонь – не двигаться.
Ручка дернулась еще раз. Сильнее.
И тогда Артем встал.
Тихо. Так, что стул даже не скрипнул.
Он подошел к двери как человек, которому привычно открывать чужие двери.
Открыл сам – резко, прежде чем ее откроют за него.
На пороге стоял охранник. Крупный, сонный, злой.
– Что тут… – начал он.
Артем посмотрел на него спокойно, без вызова, но так, что его взгляд стал важным документом.
– Проверка, – сказал Артем ровно. – По распоряжению Администрации.
– Какая проверка в час ночи? – охранник нахмурился.
Артем чуть наклонился к нему и что-то тихо произнес – настолько тихо, что круг услышал только одно - интонацию. Это был тон, каким всегда говорит Система, с которой спорить бессмысленно.
Охранник замолчал, потом буркнул:
– Ладно… Только вы бы это… потише.
И ушел.
Артем закрыл дверь и на секунду прислонился лбом к косяку, будто пытался выдержать собственную дрожь.
Когда он вернулся в круг, глаза Алины были ледяными.
– Понятно, – сказала она негромко. – Проверка. Значит, ты действительно из тех.
Дарья хотела сказать: «он нас спас». Но вдруг услышала внутри: «ты опять … со своей благодарностью…».
Она промолчала.
Лариса смотрела на Артема долго.
– Ты нарушил мое условие, – сказала она тихо.
– Я не объяснял, – ответил он. – Я… действовал.
– Вот и посмотрим, кто ты на самом деле, – сказала Лариса. – Не по подписи. По поступкам.
И повернулась к Марине, которая сидела в тени и все это время молчала так, будто держала в руках гранату.
– Марина. Твой договор.
Алина наклонилась вперед.
– Скажи честно, Артем. Ты сюда пришел успокоить совесть? Или позлорадствовать?
Дарья почувствовала, как внутри сжалось - сейчас будет скандал. Поднялось ее привычное – сгладить, спасти, сделать для всех хорошо. Она даже вдохнула, чтобы сказать что-нибудь примиряющее – и остановилась. Вспомнила, как Алина просила: «только не ты молодец».
Лариса спокойно сказала:
– Мы не суд. Здесь не выносят приговоры. Здесь избавляются от иллюзий.
– А его иллюзия какая? – не отставала Алина.
Артем посмотрел на круг. В слабом свете фонарика лица казались чужими, почти древними. В этом круге он впервые не был руководителем. Он был просто человеком, на которого смотрят без уважения к его должности.
Он выдохнул, решившись.
– Моя иллюзия… – произнес он медленно, будто пробовал незнакомый язык. – Что если все контролировать, то будет… правильно. Безопасно. И… пусто.
Дарья вдруг почувствовала странное - от этого «пусто» ей сразу стало жалко его. Но сразу поняла, что жалость может быть опасной – она легко превращается в спасательство, где спасатель, вытягивая другого, теряет самого себя.
Наталья хмыкнула:
– Пусто ему. Бедняжка.
– Наташа, – тихо сказала Лариса. – Твоя броня сегодня громче тебя. Сними ее хотя бы на пять минут.
Наталья сжала губы, но промолчала.
Лариса повернулась к кругу:
– Сегодня у нас упражнение новое. Каждый из вас произнесет вслух, какой договор он подписал с жизнью. Какую сделку заключил. И какую цену платит.
– Прямо сейчас? – шепнула Ксения.
– Прямо сейчас, – кивнула Лариса. – Ночь не терпит отложенных жизней.
Ирина сказала первой, резко, как выстрел:
– Мой договор – я иду наперекор всему – и меня не сломают. Цена – я не умею быть рядом мягко.
Ксения – почти плача:
– Мой договор – я хорошая – меня не трогают. Цена – меня нет.
Дарья сглотнула, и слова вышли сами:
– Мой договор - я полезная – меня любят. Цена - я все время голодная до чувств.
Артем слушал – и внутри него что-то ползло глубокими трещинами. Эти люди называли то, что он всю жизнь прятал под фразой «так надо».
И тут – снова шаги в коридоре, как в прошлый раз – пугающие до липкого пота.
Близко.
Костер-фонарик осветил, как Ксения побледнела. Вера инстинктивно поднялась, будто готова исчезнуть. Денис сжал кулаки.
Шаги остановились у двери.
Пауза.
Ручка дернулась.
Лариса не шевельнулась. Только подняла ладонь – не двигаться.
Ручка дернулась еще раз. Сильнее.
И тогда Артем встал.
Тихо. Так, что стул даже не скрипнул.
Он подошел к двери как человек, которому привычно открывать чужие двери.
Открыл сам – резко, прежде чем ее откроют за него.
На пороге стоял охранник. Крупный, сонный, злой.
– Что тут… – начал он.
Артем посмотрел на него спокойно, без вызова, но так, что его взгляд стал важным документом.
– Проверка, – сказал Артем ровно. – По распоряжению Администрации.
– Какая проверка в час ночи? – охранник нахмурился.
Артем чуть наклонился к нему и что-то тихо произнес – настолько тихо, что круг услышал только одно - интонацию. Это был тон, каким всегда говорит Система, с которой спорить бессмысленно.
Охранник замолчал, потом буркнул:
– Ладно… Только вы бы это… потише.
И ушел.
Артем закрыл дверь и на секунду прислонился лбом к косяку, будто пытался выдержать собственную дрожь.
Когда он вернулся в круг, глаза Алины были ледяными.
– Понятно, – сказала она негромко. – Проверка. Значит, ты действительно из тех.
Дарья хотела сказать: «он нас спас». Но вдруг услышала внутри: «ты опять … со своей благодарностью…».
Она промолчала.
Лариса смотрела на Артема долго.
– Ты нарушил мое условие, – сказала она тихо.
– Я не объяснял, – ответил он. – Я… действовал.
– Вот и посмотрим, кто ты на самом деле, – сказала Лариса. – Не по подписи. По поступкам.
И повернулась к Марине, которая сидела в тени и все это время молчала так, будто держала в руках гранату.
– Марина. Твой договор.
👍3❤1
Есть люди, которые пишут:
«Можно вопрос?»
И ты сразу понимаешь, что вопрос там будет не один, а жизнь после него — уже немного другая.
#наблюдение
«Можно вопрос?»
И ты сразу понимаешь, что вопрос там будет не один, а жизнь после него — уже немного другая.
#наблюдение
💯2
Во взрослом возрасте очень многое держится на фразе:
«Ладно, давай не сегодня».
Это универсальный способ сохранить отношения, психику и иллюзию, что ты ещё хоть чем-то управляешь.
#наблюдение
«Ладно, давай не сегодня».
Это универсальный способ сохранить отношения, психику и иллюзию, что ты ещё хоть чем-то управляешь.
#наблюдение
🔥2
ЩАвель зачем-то попал в катАлог с ходатАйствами об Оптовой торговле туфлЯми.
-Но так даже красивеЕ! - думают в наркологическом диспАнсере, где СливОвую наливку черпАют ведрами - явно не по средствАм.
ЖАлюзи на окнах диспАнсера плотно закрыты, и от этого еще более зАвидно становится стОляру, неспособному облЕгчить дОговор с самим собой, которым он зафиксировал обеспечЕние себя вкусной наливкой только раз в квАртал.
Это, конечно, феномЕн - ежедневно вливать в себя пойло, главным ингредиентом которого является свеклА, в ожидании квартальной порции сливОвой наливки…
#коверкаемязык
-Но так даже красивеЕ! - думают в наркологическом диспАнсере, где СливОвую наливку черпАют ведрами - явно не по средствАм.
ЖАлюзи на окнах диспАнсера плотно закрыты, и от этого еще более зАвидно становится стОляру, неспособному облЕгчить дОговор с самим собой, которым он зафиксировал обеспечЕние себя вкусной наливкой только раз в квАртал.
Это, конечно, феномЕн - ежедневно вливать в себя пойло, главным ингредиентом которого является свеклА, в ожидании квартальной порции сливОвой наливки…
#коверкаемязык
Привет, я Александр Постников.
Это канал про три вещи:
— короткие ироничные наблюдения о жизни;
— истории, которые случаются с людьми чаще, чем хотелось бы;
— заметки человека, который пишет тексты и книги.
Без экспертного пафоса, без мотивационного тумана, без «успешного успеха». Здесь - жизнь, неловкость, интонация, иногда абсурд, иногда смешно, иногда почему-то слишком знакомо.
С чего начать:
Короткие посты (почти мемы) - если хочется быстро понять интонацию.
Истории из жизни (например такие) - если любите тексты с развитием и финалом.
Авторские заметки о творчестве - если интересно, как из жизни получается литература.
Если вам близки наблюдательность, самоирония и хорошие бытовые сюжеты — располагайтесь.
Это канал про три вещи:
— короткие ироничные наблюдения о жизни;
— истории, которые случаются с людьми чаще, чем хотелось бы;
— заметки человека, который пишет тексты и книги.
Без экспертного пафоса, без мотивационного тумана, без «успешного успеха». Здесь - жизнь, неловкость, интонация, иногда абсурд, иногда смешно, иногда почему-то слишком знакомо.
С чего начать:
Короткие посты (почти мемы) - если хочется быстро понять интонацию.
Истории из жизни (например такие) - если любите тексты с развитием и финалом.
Авторские заметки о творчестве - если интересно, как из жизни получается литература.
Если вам близки наблюдательность, самоирония и хорошие бытовые сюжеты — располагайтесь.
❤3🔥1
Решил немного собрать этот канал в форму.
Здесь по-прежнему будут жизнь, люди, абсурд и тексты — но теперь чуть яснее, зачем сюда заходить и почему тут оставаться.
Если вы давно читаете — спасибо 🙏
Если пришли недавно — начинайте с закрепа ☝️
Здесь по-прежнему будут жизнь, люди, абсурд и тексты — но теперь чуть яснее, зачем сюда заходить и почему тут оставаться.
Если вы давно читаете — спасибо 🙏
Если пришли недавно — начинайте с закрепа ☝️
❤2
Дуров: Увы, с сегодняшнего дня ТГ в РФ заблокирован.
Пользователи: Не, работает в РФ.
Дуров: А запятая точно на месте?
Пользователи: Да, да!
Дуров под музыку из «Mission Impossible» стягивает лицо, под которым Шадаев пробует улыбнуться: А у вас мука на спине!
С днем Дурова , друзья!
Пользователи: Не, работает в РФ.
Дуров: А запятая точно на месте?
Пользователи: Да, да!
Дуров под музыку из «Mission Impossible» стягивает лицо, под которым Шадаев пробует улыбнуться: А у вас мука на спине!
С днем Дур
😁2
Не упоминай имени его всуе в телеге!
Вписал фамилию Шадаев - и 10 минут не мог зайти в ТГ, который крутил колесико соединения/обновления 🤷🏻♂️
Вписал фамилию Шадаев - и 10 минут не мог зайти в ТГ, который крутил колесико соединения/обновления 🤷🏻♂️
😁2
Недавно поймал себя на странной мысли.
С возрастом начинаешь особенно ценить людей, рядом с которыми не нужно производить впечатление. Не потому, что ты устал. Хотя и поэтому тоже. А потому, что в какой-то момент становится ясно - человек, рядом с которым ты всё время должен быть чуть лучше, умнее, интереснее и собраннее себя самого - это не близость.
Это кастинг.
Вообще большая часть душевного комфорта, кажется, строится на простом ощущении - здесь можно не играть.
Остальное уже роскошь.
#наблюдение
С возрастом начинаешь особенно ценить людей, рядом с которыми не нужно производить впечатление. Не потому, что ты устал. Хотя и поэтому тоже. А потому, что в какой-то момент становится ясно - человек, рядом с которым ты всё время должен быть чуть лучше, умнее, интереснее и собраннее себя самого - это не близость.
Это кастинг.
Вообще большая часть душевного комфорта, кажется, строится на простом ощущении - здесь можно не играть.
Остальное уже роскошь.
#наблюдение
👍3
Самый тревожный жанр современности — сообщение:
«Привет. Есть минутка?»
Потому что если бы была просто минутка, человек бы уже написал, что ему надо.
А так тебе сначала предлагают испугаться, а детали обещают потом.
#наблюдение
«Привет. Есть минутка?»
Потому что если бы была просто минутка, человек бы уже написал, что ему надо.
А так тебе сначала предлагают испугаться, а детали обещают потом.
#наблюдение
😁2
Иногда людям кажется, что писать — это придумывать.
На деле писать - это в основном замечать.
Кто как замолчал. Кто зачем пошутил. Кто сказал «да ладно» так, что стало ясно - а ладно-то не будет.
Текст обычно начинается не с идеи. Текст начинается с точности.
#кухняписателя
На деле писать - это в основном замечать.
Кто как замолчал. Кто зачем пошутил. Кто сказал «да ладно» так, что стало ясно - а ладно-то не будет.
Текст обычно начинается не с идеи. Текст начинается с точности.
#кухняписателя
😁1
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Коротко о моих успехах на танцевальном поприще - это вчерашняя Bachata Sensual, наконец-то наполненная вновь обретенными чувственностью, плавностью движений, тесным взаимодействием с партнершей (она же и моя наставница в танцевальном искусстве) и чувством музыкального ритма.
Не могу не похвастать - за этот танец я вчера получил наивысшую оценку от Анастасии 😎.
#танцы #бачата
Не могу не похвастать - за этот танец я вчера получил наивысшую оценку от Анастасии 😎.
#танцы #бачата
🔥2