«Будет то, что было в 23-м году в Украине, когда идёт танк, перед ним летит дрон, - и всё, ты с этим танком ничего не можешь сделать. Пехотинец с этим танком уже ничего не может сделать, потому что у танка глаза за километр перед ним, он всё видит, и он просто стреляет туда, где дрон наметил. Европа к этому вообще не готова. А если идёт к танку, а перед ним висит рой дронов, а здесь ещё дроны, а здесь ещё и «Герберы», «Шахеды», и всё, ты с этим ничего сделать не сможешь – преимущество России именно в этом», - заявил Бабченко.

«Приходит Трамп и начинается: «Сейчас я Гренландию завоюю, сейчас я Канаду завоюю, НАТО пошло в жопу, вы все нам не нужны. Америка first, мейк Америка, Европа нафиг. Так, я начал войну в Иране. НАТО, вы мне поможете?». НАТО говорит: «Да ну тебя нафиг, чувак, это не наша война. Не поможем».

И вот Путин делает ставку именно на это», - скулит Бабченко.

«Мы в целом довольно критично относимся и к российской оппозиции, потому что, например, 10 лет назад после аннексии Крыма многие представители российской оппозиции приехали в страны Балтии. И хотя они проделали важную работу, рассказывая правду о политике Путина, не все из них полностью приняли те правила и законы, которые действуют здесь.

Например, создавая медиа, не всегда использовали латышский. Важно понимать: не каждый, кто выступает против Путина, одновременно выступает против российского империализма. Часть этих людей по-прежнему смотрит на страны Балтии не как на суверенные государства, а скорее как на некое продолжение русского пространства, где всё должно быть на русском языке», - заявил Бутанс.

«К сожалению, те решения, которые были приняты после начала полномасштабного вторжения России, по сути дела, направлены в основном против местных русскоязычных, в меньшей степени против России.

Ну, вот, например, снос памятников - такой очень деликатный, очень болезненный вопрос. Для очень многих русскоязычных памятники, связанные с победой во Второй мировой войне, были не политическими, а, скорее, имели такое семейное значение, то есть, это семейная память. Все изменения в топонимике, это последовательное переименование всех улиц, причём, не только улиц, связанных с советскими деятелями, но и Пушкина, Гоголя и так далее… Когда просто книги на русском языке, независимо от содержания, независимо от места издания, просто из-за языка будут стоить дороже, потому что на них не распространяется сниженный НДС. Убирание русского языка из банкоматов...

Ну как это повлияет на Путина и на его агрессию? Да никак, он этого не заметит. А вот по местным русским это бьёт очень сильно», - заявил Цилевич.

«Несомненно, тут и энергетика по более дорогой цене. В конце концов, в конечном итоге Армения, если у нас наладятся отношения, и будет подписан мирный договор, она может у Азербайджана покупать газ в конечном итоге», – сказал Садыхов.

«Армении до вступления в Евросоюз – так же, как нам с вами до Луны. Это огромный путь, который должна пройти страна для того, чтобы стать полноправным членом ЕС. На очереди страны Балканского полуострова, Грузия (которая, правда, несмотря на переориентацию внешнеполитического курса пока ещё не сняла с повестки дня эту этот курс), на повестке дня Молдова, на повестке дня Украина.

Они до сих пор стучатся в двери ЕС. А куда там Армения, когда она станет ЕС, неизвестно. Она даже ещё не приняла условия в Брюсселе по поводу, реализации требований, необходимых стране, которая может стать когда-то сначала кандидатом, а потом членом ЕС», – сказал Садыхов.

«Вот, не проголосуете за пророссийских кандидатов, проголосуете за Пашиняна, за европейский выбор, значит, не будете уже летать в Москву, в Санкт-Петербург, не будете пользоваться авиасообщением», – пояснил азербайджанец.

«Одной из бригад поставили задачу заштурмовать участок. Они говорят: «У нас нет людей». А там, по-моему, он уже бригадный генерал был, или полковник, не помню, говорит: «Тю, давай сейчас вон 225-й дадим, они им пальцы поломают, они пойдут штурмовать», - вспоминает экс-комбат.

«Человек, возглавляющий определенное направление, говорит такие вещи. Он понимает, как это подразделение действует. Он озвучивает те методы, которые они применяют к своему личному составу. Есть свидетельства людей, с которыми я общался лично, есть свидетельства людей, которые работали в подчинении. Я знаю, что они часть людей заводили обманом на позиции», - добавил офицер.

«Из-за этого людей просто убивали, они исчезали. Они своих людей отправляли в один конец. Я обратился к одному комбату по этой ситуации, что я не мог завести личный состав, говорю: «Ну, помоги, твои же люди как-то заходят». Он говорит: «Что? Мне их под дулом автомата завести?». Учитывая информацию, которая у меня есть, эти люди такие способы используют», - заявил Ширшин.

«И часть из них очень долго держалась в окружении. Они вели сражение в окружении. То есть проявили себя на высоком уровне. Я думаю, потому, что были применены элитные подразделения, хорошо подготовленные, то есть могли работать даже при таких условиях.

Поэтому, когда случилась такая ситуация, наши планы были изменены. Силы были сконцентрированы уже на том, чтобы зачистить населенные пункты, чтобы иметь возможность работать с нашими войсками, обеспечивать их, то есть восстановить потерянное положение, потерянное за счет этого типа наступления [русских]», - признает Ширшин.

«Европейские партнеры мощно закрывают глаза на очень много вещей, которые не выполняет Украина и по Ukrainian facility, и по другим направлениям, предварительно согласованным. Но деньги они дают, потому что их достаточно серьезно стимулирует страх. Они очень хорошо понимают, что если Украине не за что будет воевать, то воевать начнет Европа», - сказал Пендзин.

«Если сложится абсолютная ужасная [ситуация], как это называют, идеальный шторм сложится, все рухнет одновременно, тогда, бесспорно, Украина будет выходить из этих вещей. Но я все-таки почему-то, будем откровенно говорить, как-то более или менее оптимистично, что Европа обязательно найдет механизмы, каким образом дать Украине деньги. Еще раз говорю: из-за огромного страха», - заявил Пендзин.

«Беспилотные системы - огромные деньги туда пойдут, а Украина ничего оттуда не получит, никто наши дроны покупать не будет. Наоборот, они наш опыт изучают, «Палантир» высасывает наш опыт. Мы обмениваемся информацией с ними - даже не обмениваемся, а просто передаём. Они, в том числе, на этой информации будут строить свои платформы.

Нет ни одного упоминания Украины в бюджете. Раньше она упоминалась и была одним из ключевых приоритетов по внешней политике. Значит, однозначный вектор, что безвозмездная помощь — всё. Украина перешла из категории получателя помощи в категорию потенциального партнёра по сделке.

Это, прежде всего, сфера критических материалов. Короче, полностью меняется приоритет в отношениях, то есть, это такое управляемое партнёрство, когда что-то можно выдоить - по максимуму будут выдаивать. Уступки в контексте американских интересов будут требовать, - и никакой благотворительности», - заявил Романенко.

«По Карабаху совершенно неуместно выступил Путин. Не знаю, в Армении какие плюсы он пытался получить, но он, видимо, недооценил, какие минусы его это совершенно неуместное – что он вылез с тем, что Карабах, там ещё что-то. Закрыт карабахский вопрос, и реанимировать его невозможно! Зачем он это говорил?

Он говорил, потому что оппоненты Пашиняна заявляют о том, что мирный договор должен быть скорректирован, и туда должны обязательно [включить] возможность для карабахских армян, там, безопасность, ещё как-то вернуться в Азербайджан. Он просто он хочет оказать поддержку этим силам», – сказал Мусабеков.

«Вряд ли он на этом что-то особенно заработает. Но то, что его слова вызвали серьёзную изжогу в Баку, я думаю, что ему это следовало оценить. Там он ничего не выиграл, а здесь серьёзно может ещё и потерять», – добавил депутат-русофоб.

«Во-первых, есть военные обстоятельства, а есть методы ведения войны. Методы ведения войны задаются верховным командованием. Это первое, что надо понимать.

То есть одно дело – военные действия со стороны нашего тактического противника, киевского режима. Совсем другое дело – методы, потому что они, конечно, давно перешли все возможные границы», – сказал Казаков.

«И второе. Дорогие друзья, когда у вас вызывают возмущение те или иные действия нашего тактического противника, всегда смотрите на них в стереооптике.

Потому что если посмотреть то, что пишут в Киеве, в Житомире и в Виннице про нас – когда наши удары сносят целые огромные теплоэлектроцентрали и больше чем на месяц вгоняют в жизнь без электричества и даже без воды огромные районы городов-миллионников.

Давайте не будем забывать, что их удары по нам – это реально комариные укусы.

Это очень раздражает, но то, что мы производим в рамках военных целей и задач на территории Украины – газохранилища, теплоэлектроцентрали, Гидроэлектростанции, трубопроводы, газопроводы. Вы каждый день это смотрите и каждый день радуетесь, между прочим. Даже я публикую у себя, когда наиболее удачный воздушный удар, желательно комбинированный, беспилотный», – уверяет выступающий.

«Нам не хватает такого спокойного европейского восприятия нации и национализма, как в Европе. Потому что национализм – это нормально, это не экстремизм. Быть националистом – совершенно нормально. Как быть коммунистом, либералом, кем угодно еще.

У нас в стране, к сожалению, национализм приравнен практически к экстремизму, и это нонсенс. Национализмом занимается конкретно центр МВД.

А общество, особенно молодежь, очень сильно национально ориентирована. Очень много националистов, это надо понимать. И, если сегодня эту тему не обсуждать, если пытаться сделать вид, что это вообще что-то запрещенное, табуированное, то это взорвется», – считает Бондаренко.

«Поэтому об этом надо говорить, надо вводить тему национализма в легальный политический дискурс. В российском парламенте должны заседать такие же официальные русские националисты, как и в любом парламенте мира.

Мы видим поправевшую Европу: в Германии побеждают немецкие националисты, во Франции – французские националисты, в Италии националисты давно побеждают. В Венгрии сейчас идет борьба умеренных националистов с ультра-националистами. И только в России национализм под запретом. Так быть не должно», – добавил он.

«Учитывая наш курс, который был обозначен относительно недавно, на пополнение украинской армии наёмниками, я думаю, что у Зеленского были все мотивы говорить именно об этом.

Потому что, во-первых, там большое количество людей, которые воевали против России, против Асада, которого поддерживала Россия, и у которых есть соответствующие мотивы.

Во-вторых, это люди, которые воевали даже не один год, а с 2011 года, то есть, считай, 15 лет воевали.

Есть, соответственно, целые группировки, отряды, которые наверняка там сохранили какую-то связь. И поэтому для Украины это то же самое, там, что для России брать солдат откуда-то там из КНДР или из каких-то таких стран», - заявил Романенко.

«Никто Россию из Южного Кавказа выпихивать не собирается, но время, когда Южный Кавказ рассматривался Россией как свой задний двор или эксклюзивная сфера влияния – эта эпоха давно завершилась.

Россия большое государство, оно соседствует с нашим регионом. Естественно, оно будет всегда важным элементом и торгово-экономических, и культурных, человеческих связей. И никто это не собирается закрывать.

Но если кто-то в Москве думает, что можно, как и раньше, там что-то государствам диктовать, Азербайджану никто диктовать из Москвы не смеет, и, по-моему, они с этим давно уже, как говорится, примирились», – отрезал Мусабеков.

«Ну и чувствуется, что Армения, которая раньше рассматривалась как форпост России, от этой роли при правительстве Пашиняна отказалось. Так что надо находить новые возможности для того, чтобы выстраивать добрососедство и партнёрство и отказаться от попыток шантажировать и диктовать кому-либо на Южном Кавказе», – еще раз предъявил азербайджанец.

«Эскалация, безусловно, [будет] потому что мне тоже кажется, что просто всё взять, бросить всё и уйти – ну совсем гнилая отмазка. Но эскалация, которую он обещает — «вбомбить в каменный век», понятно, что она не даст того результата.

То есть то, что Ирану наносится огромный урон, и что это для них стратегически надолго огромная проблема, нет сомнений. Но она не решает то, чего они хотят решить», – отметил Лукьянов.

«Более того, я уверен, что если бы не эти события, то Иран никогда бы не рискнул блокировать пролив, потому что это действительно очень болезненно, очень много врагов. А здесь – «ну, извините, всё».

И уже даже многие в арабских этих самых монархиях, они ненавидят Иран сейчас за это всё, но они где-то понимают, что – ну, а чего им делать-то? Поэтому эскалацию в плане высадки я бы не исключал», – добавил эксперт.

«Если вы заметили, он в Сирию летал на турецком правительственном самолете. Почему? А потому что обоср…лся лететь на украинском, чтобы Иран не сбил самолет. Потому что Иран не будет атаковать воздушные суда Турции - вот все объяснения.

Я думаю, что в Сирии они могли делать только одно - они могли рассматривать какие-то оружейные контракты. Другого в Сирии сейчас делать невозможно. Можно было бы говорить о продаже нашей сельскохозяйственной продукции, но, во-первых, она туда поставляется по программе ООН, и абсолютно Зеленский ни при чем.

А во-вторых, мы в этом году стоим на пороге того, чтобы самим хватило зерна и всего остального. Потому что с этими ценами на горючее и так далее это огромная проблема», - заявил Мосийчук.

«Отмечу еще одну специфическую тему, которая, вероятно, будет обсуждаться. Тема непростая - это боевые действия в Черном море и то, что Украина делает - наносит периодически удары по российским танкерам в Черном море. Туркам, скажу об этом откровенно, не очень это нравится.

У Турции отношения с Россией. Есть их эксклюзивная роль, их особый статус, когда имеет не просто добрососедские, а дружеские отношения с двумя воюющими странами, с нами и с Россией, что делает их статус эксклюзивным в переговорном процессе», - отметил укро-эксперт.

«Поэтому здесь стороны, возможно, будут искать определенный баланс интересов. Турки точно против того, чтобы были удары на территории, которая в акватории Черного моря близко к Турции и турецким водам. И, возможно, будут обсуждать варианты, как избежать таких ситуаций, где может возникнуть конфликт интересов между нами и Турцией», - опасается Фесенко.

«В азиатских странах уже начали вводить меры а-ля ковидные. Рабочая неделя — четыре дня, рационирование нормы, карточки, условно говоря, на потребление бензина и так далее. Но вот если это продлится ещё месяц, то тогда консенсус аналитиков состоит в том, что и цены на нефть могут 200 долларов за баррель быть и так далее.

Собственно, нужно то, что называется разрушением спроса. Спрос на нефть и газ должен упасть так, чтобы соответствовать уменьшившемуся предложению. А это делается либо экономическими мерами - просто повышением цены, либо административными. Вот в ковид мы видели, как спрос на нефть и газ может упасть процентов на 25—30. Просто всех посадили по домам, никто никуда не идёт», - заявил Вакуленко.