Если кто-то еще и остался, то их наверняка считанные единицы. Мы не видели ни одной живой души, кроме наших экспериментов. Они работают сообща, и мы слышим всё более тревожные звуки из соседних комнат.

Я понятия не имею, что они делают, и я бы предпочел здесь не задерживаться, чтобы и не знать об этом.

Кукла Поппи увидела нас, всех троих. Мы замерли, как олени в свете фар, ожидая, что она крикнет, чтобы кто-то покрупнее пришел и разорвал нас в клочья. Мы умоляли её этого не делать.

Она выглядела уставшей, как будто плакала. Вина, возможно? Или что-то другое? Она сказала, что не может гарантировать, что кто-то другой не найдет нас здесь, добавив, что если её начнут допрашивать, ей придется рассказать о нас, иначе будут «последствия». Если же этого не случится, она сказала, что притворится, что никогда нас не видела.

Она всегда казалась мне странной. Я не доверяю ей, но, полагаю, у нас нет выбора.

Решили найти другое место после нашей встречи с Поппи. Потеряли счет дням. Нет солнца, по которому можно определять время. Там, где мы сейчас, нет часов. Ритм жизни нарушен, все превратилось в одну бесконечную ночь, и мы постоянно уставшие (и голодные, но это отдельная проблема). Чего я не понимаю, так это почему эксперименты все еще здесь, внизу.

Почему они просто не уйдут?

Что-то внутри стен. Тот же звук, что и раньше, но теперь он ближе.

Припасы на исходе. Устали. Не можем здесь оставаться.

НЕ МОГУ ПОВЕРИТЬ, ЧТО НАШЕЛ ЭТО СПУСТЯ СТОЛЬКО ВРЕМЕНИ. ИНТЕРЕСНО, ТЫ ВСЁ ЕЩЁ ГДЕ-ТО ЗДЕСЬ, ЧТОБЫ Я МОГ ВЕРНУТЬ ЭТО ТЕБЕ — ХОТЯ КОГО Я ОБМАНЫВАЮ?

Я ТАКЖЕ НАШЕЛ ТВОЙ БЕЙДЖ. ПОЛОЖИЛ ЕГО ОБРАТНО В ТВОЙ СТОЛ, ПОТОМУ ЧТО ЭТО КАЗАЛОСЬ ПРАВИЛЬНЫМ.

Я ЗНАЮ, ТЕБЕ БЫЛО НЕ ВСЁ РАВНО. Я ЗНАЮ, ТЫ ПЫТАЛСЯ. ЖАЛЬ, ЧТО ВСЁ ТАК СЛУЧИЛОСЬ, ДОКТОР УИЛЛАРД.