Как сообщают западные ресурсы, молчание Си Цзиньпина по ядерной проблеме во время саммита в северокорейской столице ясно дало понять Ким Чен Ыну, что возвращение за стол переговоров с Вашингтоном теперь является единственным способом предотвратить гораздо более дестабилизирующую перспективу: официальное получение Японией ядерного оружия.

Совместное заявление, опубликованное по итогам саммита Китай-Северная Корея, примечательно не своим содержанием, а тем, что в нем умалчивается. Председатель Китая Си Цзиньпин ни разу официально не упомянул ядерную проблему. Во время своей поездки в Северную Корею он воздержался от посещения каких-либо важных объектов и тщательно избегал любых жестов, которые могли бы быть истолкованы как явное признание программы баллистических ракет его коллеги Ким Чен Ына. Это молчание отражает сложность дипломатического баланса, который Пекин вынужден соблюдать, чтобы одновременно угодить Вашингтону, Москве и Сеулу. Насколько известно, поездке Си Цзиньпина в Пхеньян 8 июня предшествовали конфиденциальные встречи с российскими и южнокорейскими представителями, чтобы обеспечить согласованность позиций всех сторон по Пхеньяну.

По оценке западных спецслужб, эта встреча подтверждает, что влияние России глубоко укоренилась в военно-экономическом аппарате Северной Кореи очень высоко, причем в тех сферах, в которые Пекин не намерен вмешиваться. Китай не намерен заменять Москву в сфере безопасности. Более того, Си Цзиньпин извлечет из этой ситуации выгоду. Позволяя Москве сохранять свою роль, китайский лидер может оказывать собственное влияние на экономику и реформы, в области, в которой Коммунистическая партия Китая (КПК) намерена оставаться ключевым посредником Пхеньяна.

Китайское влияние в Северной Корее основано на неофициальном, но конкретном экономическом рычаге. После встречи с Си Цзиньпином в Пекине в сентябре Ким Чен Ын вернулся явно раздраженным тем, что ему не удалось добиться отмены санкций ООН и конкретной помощи, что побудило его вместо этого укрепить связи с Москвой. С момента окончания пандемии COVID-19 КПК восстанавливает свои каналы влияния, возобновляя авиаперелеты, железнодорожные перевозки, экспорт энергоносителей и групповой туризм, чтобы восстановить бюджетные возможности Пхеньяна и вернуть себе преимущество. Несмотря на сближение с Россией, Ким Чен Ын продолжает считать Пекин незаменимым. В результате экономика Северной Кореи выросла на 3,7% в 2024 году, что является самым высоким показателем за восемь лет. Согласно ночным спутниковым снимкам, Пхеньян стал в три раза ярче, чем пять лет назад. Си Цзиньпин, как и Ким Чен Ын, осознает, что эта трансформация во многом обусловлена скрытой финансовой поддержкой КНР.

В официальном заявлении саммита в Пхеньяне президент Китая направил Ким Чен Ыну два поразительно четких послания. Во-первых, нынешнее экономическое процветание Северной Кореи, в создании которого КПК сыграла важную роль в аргументации в пользу контролируемого открытия, которое гораздо более устойчиво, чем гонка военных вооружений. Во-вторых, это имеет более серьезные последствия. Если Пхеньян продолжит отказываться от любых компромиссов и будет цепляться за расширение своего арсенала, он рискует не только спровоцировать реакцию со стороны США или Южной Кореи, двух стран, более склонных к достижению удовлетворительного компромисса. Результатом может стать официальный ядерный статус Японии.

Ядерный статус Японии стал бы худшим сценарием для Китая. Токио обладает технологическими возможностями для преодоления ядерного порога в относительно короткие сроки. Ядерное вооружение Японии перевернуло бы архитектуру безопасности всего региона, подвергло бы китайскую границу новой угрозе и легитимизировало бы ремилитаризацию, которую партия стремится остановить любой ценой.

Этот расчет также проливает свет на сохраняющуюся двусмысленность Пекина в отношении ядерной программы Северной Кореи. В сентябре Китай согласился признать фактически приобретенный ядерный потенциал, хотя и без формального оформления этого признания. Тот факт, что Си Цзиньпин тщательно избегал публичного упоминания этой темы во время своего визита, подтверждает прагматичную и сдержанную позицию Китая. Слишком явное признание ядерного статуса Пхеньяна означало бы предоставление Токио дополнительного оправдания для самостоятельного пересечения ядерного порога.

Именно по этому пункту Си Цзиньпин пытался убедить Ким Чен Ына в реальности, которую тот не может игнорировать: нынешний экономический подъем не может быть поддержан без сближения с Вашингтоном. В отсутствие соглашения с Дональдом Трампом ослабление санкций ООН невозможно. В свою очередь, без такого ослабления бюджетные возможности Пхеньяна останутся структурно ограниченными, независимо от любых параллельных каналов, которые могли бы предложить Пекин или Москва.

Для того чтобы сценарий, изложенный в Пхеньяне, сработал, Токио должен присоединиться к нему. Однако соглашение Японии сдерживается тремя структурными препятствиями. Первое — это отказ Пхеньяна сотрудничать по вопросу похищений японских граждан, который является не подлежащим обсуждению приоритетом для любого японского правительства. Второе связано с санкциями ООН, которым Токио особенно привержен и которые исключают любые заслуживающие доверия экономические уступки Северной Корее. Наконец, нельзя забывать о непримиримом противоречии между требованием Токио о «полной денуклеаризации» и решимостью Пхеньяна сохранить свой ядерный статус, что делает нереальным начало подлинного диалога в краткосрочной перспективе.
Параллельные маневры Вашингтона и Сеула следует понимать в этом контексте. США подталкивают Южную Корею к тому, чтобы она выступила в роли посредника с Токио, чтобы проверить ее реакцию. Сеул, со своей стороны, похоже, стремится сыграть эту роль в надежде получить взамен стратегическое преимущество. Столкнувшись с перспективой ядерной Северной Кореи, чья программа будет просто заморожена, а не демонтирована, в Южной Корее возобновились дебаты о ее скрытом ядерном потенциале, который дал бы Сеулу стратегическое равенство для переговоров в обмен на сотрудничество.

Эта гипотеза сталкивается со значительным препятствием. Если бы Южная Корея, в свою очередь, получила ядерное оружие, Япония стала бы единственной державой в регионе, не обладающей им. Эта асимметрия как раз ускорила бы ядерную оккупацию Токио, которую державы стремятся предотвратить. Расчет как для Трампа, так и для Си Цзиньпина предельно ясен: Сеул не имеет достаточного веса на переговорах, чтобы заслужить такую уступку, поскольку дестабилизирующие последствия намного перевесят ожидаемые выгоды.

Вьетнам : кровезаменители, диоксин, дебилы Макнамары и зачатие такмеда» — историк Поволоцкий

🌎 #История

https://t.me/dnevnik_shturmovika/6372