Глядя на происходящее с сухопутным коридором в Крым (начиная с 2023 года, мы постоянно пользуемся маршрутом Мариуполь-Бердянск-Токмак), давно стало понятно, что планирует противник. Просто были сомнения в том, что получится это сделать настолько быстро.

Первые примеры дальней работы БПЛА противника появились весной 2025 года, когда их FPV с помощью ретрансляторов на БПЛА, кружащих в районе Работино (то есть почти над ЛБС), долетали до Токмака (35-40 км от передовой) и поражали автотранспорт военнослужащих, а также комплексы ПВО (по большей части макеты на тот момент). При этом сейчас ретрансляторы противника висят уже в 50 км от фронта, у них есть цифровая связь с лучшей картинкой и БПЛА-матки, закидывающие FPV на большие дальности, откуда они летят самостоятельно.

Таким образом, грамотно вложенный бюджет и наличие у противника молодой смелой команды управленцев и технарей, вкупе с растянутостью фронта, привели к тому, что мы сейчас имеем: БПЛА с ИИ и единым цифровым линком для передачи видео и управления, наводящиеся через Starlink, спокойно долетают как до границы (КПП Весёло-Вознесенка, Новоазовск, Изварино, Матвеев Курган), так и до Крыма. Недавно были поражены бензовозы под Прохоровкой (Белгородская область) - и это, к сожалению, только начало.

Далее, по нашему мнению, с наступлением холодов противник сместит свой акцент с изоляции Крыма (сорвав там курортный сезон, поставив население полуострова на грань выживания) на:

- попытку отрезать от снабжения Белгород;

- отрезать Курск;

- создать логистические проблемы на участке трассы М4-Дон от Воронежа до Ростова-на-Дону (наиболее сложный и маловероятный вариант).

В то же время, не пустить в Белгород грузовики и бензовозы в течение нескольких дней - означает создать коллапс в городе, живущем полной жизнью с минимальными военными ограничениями, и поставить его на грань эвакуации (также параллельно они будут пытаться выбить энергетическую инфраструктуру). Одновременно противник будет пользоваться техническим превосходством связи Starlink (напоминаем, аналога у нас нет и в ближайшее время не предвидится), а также масштабным развитием Mesh-сети и невозможностью закрыть малое небо от ретрансляторов, разведчиков и т.д.

При этом ни на трассе «Новороссия», ни в других регионах не наблюдается работ по созданию банальных и самых простых логистических коридоров (натянутая рыболовная, а лучше металлическая сетка), которые бы ограничивали возможность работы БПЛА противника (хотя ударное ядро преодолевает заграждение и поражает цель, произвести вовремя подрыв не всегда возможно, а критический ущерб от фугасного воздействия минимален).

Текущая концепция формирования МОГов объективно низкоэффективна (реальная эффективность не более 20%). Причин тому несколько:

1. Нет единой информационной системы управления и связи между подразделениями
Основанной не на радиостанциях «тут» или на телеграме, а на закрытых каналах связи, с передачей данных в реальном времени, с расположением всех позиций и обнаруженных целей противника, данных с радиолокационных комплексов обнаружения и т.д.);
ЭТО ЯВЛЯЕТСЯ ГЛАВНОЙ ПРОБЛЕМОЙ.

2. Плохое оснащение всем
Начиная от средств поражения (спарка из нескольких автоматов/пулеметов или ЗУ-23-2 без прицельных приспособлений - бред), заканчивая системами обнаружения и прицеливания (тепловизионных и ночных прицельных комплексов с автобаллистикой, таких как «Кречет» от Лаборатории ППШ). У нас есть документы, показывающие, чем оснастили МОГи в Ленинградской области и в других регионах - если говорить честно, то это полный бред, и скорее всего, на «оснащении» этих групп отмываются и воруются огромные деньги (никогда такого не было, и вот опять), что ведет к дальнейшим негативным последствиям, которые мы с вами видим.

3. Почти полное отсутствие компактных зенитных дронов
Готовых к быстрому применению, «из коробки / контейнера», без долгого развертывания станций управления и самих дронов, изготовления и присоединения БЧ на изоленту и т.д. (кроме «Ёлки», которая, слава Богам, пошла в войска, однако требует доработки);

4. Потребность в ПЗРК
В том числе с тепловизионными прицелами для ночной стрельбы или установкой типа «Джигит» в кузове автомобилей. Да, они дорогие. Но ущерб от крупных тихоходных БПЛА-камикадзе противника (по сути, являющихся целью времен ВОВ по ЭПР и летным характеристикам), улетающих на 2000 км+ и поражающих наши системы вооружения гораздо выше. Пример тому - корвет проекта 20380, пораженный в Кронштадте двумя дронами: цена корвета, время его постройки и огромная сумма (скорее всего, не меньше стоимости самого корабля) на ремонт. В том числе необходимы ПЗРК с системой наведения по лазерному лучу, так как не все виды украинских БПЛА можно сбить ГСН (головками самонаведения), работающими в ИК-диапазоне (наподобие шведского RBS-70).

5. Необходимость большего количества РЛС, работающих для расчетов
Со сплошной (или близкой к сплошной) зоной покрытия, в том числе малогабаритных компактных РЛС у МОГов и расчётов зенитных дронов. При этом не хватает канала передачи данных и управления (см. пункт 1), чтобы информация с РЛС быстро уходила МОГам и расчётам ПВО в том числе дронов-перехватчиков в режиме реального времени.

6. Необходимость разделения всей линии фронта, государственной границы и тыловых районов по участкам
Ответственность за которые несут подразделения зенитных дронов, каждый на своем участке и эшелоне. При этом дежурные расчеты должны поражать одновременно большое количество целей и находиться в постоянной боевой готовности, с возможностью увеличения количества применяемых одновременно БПЛА-перехватчиков (и это помимо штатной войсковой системы ПВО).

Вообще, мобильные огневые группы (МОГи) - это прикрытие локальных участков и объектов. Их вооружение может представлять из себя вариант (да, вариант не дешёвый, но при этом актуальный) в виде двух пикапов: на одном ПЗРК «Джигит» с РЛС, на втором турель с пулеметом, способным создать повышенную плотность огня (хороший пример - американский М134). Также в МОГ должны входить 2 оператора ПЗРК и 2-3 стрелка с компактными зенитными дронами («Ёлка» или БПЛА следующего поколения, запускаемые с контейнера).

При этом у МОГов должны быть направлены комплексы РЭБ, которые должны быть адаптированы под быструю смену частот подавления (джаммер и антенна).

Однако эффективность мобильных групп будет уменьшаться после массового появления у противника реактивных БПЛА-камикадзе самолетного типа, летящих со скоростью 600-800 км/ч - это, вероятнее всего, станет основным направлением развития их беспилотных систем.

Мы обошли стороной вопрос борьбы с БПЛА вдоль линии боевого соприкосновения, так как это немного другой формат и возможности.

Без организации и продумывания системы на три шага вперед, мы не сможем остановить противника и победить умением, а не числом (а в условиях войны 21 века, численность уже не играет такой роли, как оснащенность).