Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
– You love him, don't you?
– No, of course not. We're friends.
– You're lying, Penny.
– I miss him.
Они были связаны судьбой. Им было предначертано встретится, но не суждено принять свою историю.
Каждый со своим прошлым, с изувеченным сердцем. В настоящем тоже было не мало забот в которых им пришлось тонуть. Не оставалось сил и возможности взглянуть правде в глаза и отбросить гордость. Обречены вгонять себя в рамки "друзей" из-за собственной глупости. И никто никогда не перешагнет через себя, чтобы исправить это. Они будут долго врать другу другу, а когда поймут? Когда потеряют ту крошечную связь.
И сколько бы времени не утекло ничего не изменится. И нет надежды на шанс в другой вселенной. В каждой истории будет единый конец.
[
me to be his friend.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
[ Когда ребенок шепчет родителям о монстрах, всегда ли он имеет именно их ввиду? Проблема может быть куда глубже и серьезнее. ]
Кристал всегда плохо спала по ночам. Всегда подвергаясь ночным кошмарам. В дождливые ночи это принимало особые обороты. Пенелопа не могла найти себе места, лежа в кровати и пытаясь стряхнуть с себя навязчивые мысли. Стоит ли спросить, как обстоят дела у матери или все же не напоминать ей о своем существовании до следующих каникул? Ведьма перевернулась набок, как будто отмахиваясь от этой мысли, и закрыла глаза в новой попытке провалиться в сон и хотя бы на несколько часов забыть о реальности, от которой волосы вставали дыбом. Но вместе с долгожданным сном явился кошмар, который обволакивал тело девушки и унося её в далеко забытое время.
Первые летние каникулы. Первый курс остался за белоснежными плечами одиннадцатилетней девочки. В первые годы обучения почти все дети жаждут возвращения в родные стены. Но Кристал? Нет. С поступлением её сон наладился, и она смогла познать, какого это спать без чьих-то рук в нежелательных зонах. Отец он.. просто защищал её, ведь так? Просто беспокоился о её благополучии. Именно так она оправдывала причину его ночных визитов.
Она отчетливо помнила каждую ночь. Его холодные пальцы между тонких девичьих ножек. То, как сдвигалось нижнее белье, чтобы убрать всевозможные барьеры. Отец не переступал черту. Всегда приходил ближе к полуночи, ложился рядом и, убедившись, что девочка спит, начинал скользить рукой по её телу. Но Пенелопа не спала. Она помнила все до самых мельчайших деталей. Но одна ночь навсегда перечеркнула доверие к мужчине.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Вновь полночь. Вновь ливень бьет по стеклу, нарушая гробовую тишину в спальне девочки. Вновь ей снится кошмар, но просыпается она не от этого. Рука отца вновь крадется по её бедру, намереваясь достичь желаемой нежной кожи дочери. И Пенелопа замирает. Так, как делала это всегда. Круговые движения напротив тонкой розовой ткани белья повторяются вновь и вновь. Пока единственный барьер не исчезает.
Рука отца неожиданно ложиться на лицо дочери, создавая нужное давление, чтобы быть уверенным, что она не начнет кричать. Пряжка ремня с тихим щелчком расстегивается, а скрежет молнии заполняет комнату. Сердце девочки колотить о ребра, терзаясь от боли. Она загнана в угол и понятия не имеет, что ей делать. А нужно ли? Дыхание замирает от удушья, когда паника накатывает на неё. Холодная плоть отца касается её так, как не должна. Пенелопа хочет закричать, оттолкнуть его. Но тело парализует страх с примесью боли. Пары движений было достаточно на первый раз. Но она знала, что он вернется и возьмет больше.
Через пару дней Пенни заговорила об этом с матерью. Не вдаваясь в подробности, но подавая значительные сигналы. Мать не слушала. Женщина смотрела на дочь как на соперницу, словно она была рождена для бойни за внимание отца. Но девочке это не нужно. Это не её вина.
– Мам, в моей комнате монстры.
– Не говори глупостей, Пенелопа. Иди в постель, уже поздно.
– Но..
– Никаких но.
И она возвращалась, зная что ближе к полночи вернется главное чудовище в её жизни. Она была белоснежным ягненьком в грязных лапах монстра. И не видела конца этой истории.
Вновь полночь. Вновь ливень бьет по стеклу, нарушая гробовую тишину в спальне девочки. Вновь ей снится кошмар, но просыпается она не от этого. Рука отца вновь крадется по её бедру, намереваясь достичь желаемой нежной кожи дочери. И Пенелопа замирает. Так, как делала это всегда. Круговые движения напротив тонкой розовой ткани белья повторяются вновь и вновь. Пока единственный барьер не исчезает.
Рука отца неожиданно ложиться на лицо дочери, создавая нужное давление, чтобы быть уверенным, что она не начнет кричать. Пряжка ремня с тихим щелчком расстегивается, а скрежет молнии заполняет комнату. Сердце девочки колотить о ребра, терзаясь от боли. Она загнана в угол и понятия не имеет, что ей делать. А нужно ли? Дыхание замирает от удушья, когда паника накатывает на неё. Холодная плоть отца касается её так, как не должна. Пенелопа хочет закричать, оттолкнуть его. Но тело парализует страх с примесью боли. Пары движений было достаточно на первый раз. Но она знала, что он вернется и возьмет больше.
Через пару дней Пенни заговорила об этом с матерью. Не вдаваясь в подробности, но подавая значительные сигналы. Мать не слушала. Женщина смотрела на дочь как на соперницу, словно она была рождена для бойни за внимание отца. Но девочке это не нужно. Это не её вина.
– Мам, в моей комнате монстры.
– Не говори глупостей, Пенелопа. Иди в постель, уже поздно.
– Но..
– Никаких но.
И она возвращалась, зная что ближе к полночи вернется главное чудовище в её жизни. Она была белоснежным ягненьком в грязных лапах монстра. И не видела конца этой истории.
( breath )
𝗽𝗮𝗿𝗮𝗻𝗼𝗶𝗮
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM