ГАЗОВЫЙ ТУПИК КАЗАХСТАНА
В Казахстане бесконечно можно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течет вода и как строят ГПЗ на Карачаганаке».
А в это время в Астрахани беспилотники атаковали Астраханский газоперерабатывающий завод (АГПЗ). Следующим будет Оренбургский ГПЗ. Тут к бабке не ходи. И так понятно. Значит пострадает добыча на Карачаганке.
Очень рекомендаю почитать статью. Там мои мысли по саге ГПЗ на Карачаганаке.

МИФЫ ЭЛЕКТРОМОБИЛИЗАЦИИ
Хорошая выжимка в Kursiv из моего интервью на Tenge Talks касательно перспектив рынка электромобилей в Казахстане. В общем, бензин рулит!
https://kz.kursiv.media/2026-05-12/zhnb-ekspert-usomnilsya-bystrom-massovom-rasprostranenii-elektromobilei-v-kazahstane/

UPD. По состоянию на 1 апреля 2026 года в Казахстане зарегистрировано 25 863 электромобиля. Основная часть приходится на легковые авто (23 876 единиц), при этом доля электротранспорта всё ещё невелика и составляет менее 1% от общего автопарка страны. Наибольшее количество электрокаров сосредоточено в Алматы и Астане
То есть получается в среднем 1 электромобиль на 800 граждан Казахстана.

ЭНЕРГЕТИКА КИТАЯ. ПЛАНЫ
Сейчас в Китае довольно много цитируют 3 важных направления из программы 15-й пятилетки:

- Координация вычислительных мощностей и электроснабжения (это впервые включено в доклад правительства и четко определено как проект новой инфраструктуры), т.е. технологический переход.

- Зеленая электроэнергия (в период 15-й пятилетки совокупное снижение выбросов углекислого газа на единицу ВВП составит 17%), ну, это из названия понятно – зеленая повестка.

- Построение энергетической державы (также впервые включено в программу 15-й пятилетки), тут – глобальные амбиции.

Стоит понимать, что эти три пункта всего лишь “вершина айсберга”.

Сначала про эту “вершину” стоит поговорить. За пределами Китая, возможно, не совсем понятно то, что происходит внутри.

https://politcom.org.ua/%D1%8D%D0%BD%D0%B5%D1%80%D0%B3%D0%B5%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0-%D0%BA%D0%B8%D1%82%D0%B0%D1%8F-%D0%BF%D0%BB%D0%B0%D0%BD%D1%8B?fbclid=IwdGRjcARw7dpjbGNrBHDt0GV4dG4DYWVtAjExAHNydGMGYXBwX2lkDDM1MDY4NTUzMTcyOAABHvZVCOn1zY20p2zgS9dTP2cpXIrJETgFnb44jHOmvmZWnb4benZ-xPQqLqT8_aem_f2n6GaZhxpixD3aWdqlCIg

В КУРИЛКЕ ГОВОРЯТ
Битум от Caspi Bitum оставляет желать лучшего по качеству. Как поделились со мной дорожники Астаны для ремонта дорог в столице используют башкирский битум, потому что он лучше по многим показателям. Сами понимаете, что в главном городе страны облажаться нельзя! А за битум от Caspi Bitum еще и за логистику нужно доплачивать. Мангыстауская область не лучшая локация с точки зрения логистики. А еще в Казахстане придумали административные антирыночные барьеры, которые должны помочь производителю окупить инвестиции в проведенную модернизацию. Вот если б так частному бизнесу помогали в отрасли, то цены бы не было. А пока получается как известный слоган в Америке: что хорошо для General Motors, то хорошо для страны. А качество не приоритет...

https://t.me/Minenergokz/9305

КАК ГОВОРИТСЯ ADATA В ПОМОЩЬ...
Не стоит этот объем работ таких денег. Помяните мое слово.
https://t.me/oilgazKZ/3731

Война на Ближнем Востоке взвинтила цены на нефть марки Brent до 120 долларов за баррель. Для Казахстана это означает колоссальный приток нефтедолларов, но эксперты предупреждают: радость может быть недолгой. О том, почему высокие цены бьют по импорту, как "газовое кольцо" спасет регион от энергокризиса и почему Саудовская Аравия не спешит инвестировать в РК, в интервью Atameken Business рассказал эксперт нефтегазовой отрасли Аскар Исмаилов.

Текстовая версия интервью по ссылке:
https://inbusiness.kz/ru/news/neft-po-120-dollarov-pochemu-kazahstan-mozhet-bystro-poteryat-sverhdohody

ЖДЕТ ЛИ ПНХЗ МЕЖДУНАРОДНЫЙ АРБИТРАЖ?
Корейская компания снова заходит в крупный энергетический проект Казахстана. На этот раз речь о модернизации Павлодарского нефтехимического завода.

ТОО «ЭОН Энерго» будет работать совместно с разработчиком FEED Samsung E&A – мировым лидером в области разработки базового проектирования.

Звучит громко и на первый взгляд, новость позитивная. Южная Корея умеет строить сложные промышленные объекты. Технологии, инженерная школа, доступ к финансированию. Но здесь возникает неудобный вопрос: А мы точно сделали выводы из истории Балхашской ТЭС?

Напомню, что проект Балхашской ТЭС тоже начинался с громких заявлений. В итоге станция не построена, проект развалился, стороны дошли до международного спора.

Теперь по Павлодарскому НХЗ. Здесь ставки тоже высокие. Это не просто про модернизацию завода. Это вопрос топливной безопасности Казахстана. Любая ошибка в сроках, бюджете, технологии или контрактной структуре ударит уже не по абстрактному проекту, а по внутреннему рынку топлива.

Главный вопрос: кто согласовал привлечение корейской компании с такой историей в Казахстане?

Павлодар по сути может стать еще одним дорогим международным арбитражем для Казахстана.

https://t.me/oilgazKZ/3732

ПРО ЦИФРОВИЗАЦИЮ НЕФТЕГАЗА
Вызовы в этом году показали, что нефтегазовая отрасль Казахстана все еще управляется в ручном режиме. Несмотря на множество презентаций, которые показывают на различных форумах, конференциях и отчетах, как рабочий инструмент для ежедневного управления отраслью цифровизация не используется.

Конечно, отдельная работа ведется. Компании внедряют датчики, автоматизируют процессы, собирают отчетность, строят внутренние модели. Но пока отрасль в целом остается слишком фрагментированной. Добыча живет в своей логике. Переработка в своей. Логистика зависит от КТЖ, цистерн, складов и сезонных пиков. Розничный рынок топлива реагирует на дефицит уже тогда, когда проблема видна всем. Налоговая политика часто оценивается отдельно от реальной экономики добычи, переработки и сбыта. И в результате Казахстан нередко управляет нефтегазовой отраслью не как единой системой, а как набором отдельных участков. А в реальности всё связано. Если останавливается НПЗ, нагрузка сразу переходит на логистику и склады. Если меняются налоги, меняется экономика всей цепочки. Если экспортные маршруты дают сбой, последствия чувствуют не только нефтяники, но и бюджет, Нацфонд, валютный рынок и вся экономика.

Поэтому интересен проект EchelonAlpha. Судя по описанию, это попытка собрать нефтяную отрасль Казахстана в единую аналитическую модель: от скважины до НПЗ, от завода до склада, от склада до АЗС, от экспортной цены до налогов в бюджет. Смысл такой модели не в том, чтобы заменить людей алгоритмами. Её ценность в том, чтобы дать более ясную картину. Это может дать возможность заранее считать последствия решений. Для государства такая модель может дать более точный баланс нефтепродуктов и раннее предупреждение дефицита, заранее, на уровне сигналов в данных.

Для антимонопольного блока это возможность видеть аномалии в ценах, объемах реализации и долях рынка без долгих ручных проверок. Для КТЖ и перевозчиков — инструмент планирования цистерн и маршрутов. Для нефтяных компаний возможность лучше управлять запасами, продажами и налоговой нагрузкой.

Конечно, не стоит воспринимать EchelonAlpha как волшебную палочку. Точность прогнозов в 55–70% по ряду метрик показывает, что на данном этапе это сильный аналитический ассистент.

Нефтегазовая отрасль очень сильно влияет на многие аспекты жизни. Это и про налоги, цены, экспорт, инвестиции и даже на социальную стабильность. И если система в будущем позволит за несколько часов просчитать влияние изменения на всю отраслевую цепочку, это уже серьезный шаг вперед. По сути, речь идет о новом уровне отраслевого управления.

Нам нужны не только новые месторождения, НПЗ, газоперерабатывающие заводы и экспортные маршруты. Нам нужна способность видеть отрасль целиком и надолго вперед. Считать последствия до принятия решений. Моделировать риски, о которых я часто говорю, еще до кризиса.

В общем, коллегам из CenterEnergo я хочу пожелать успехов в этом нужном для отрасли и Казахстану проекте.

РЕСУРСНАЯ БАЗА
Согласен с коллегами. Газа у нас много, а перерабатываем мало. И дело не только в недостатке ГПЗ, но и в том, что игнорируем существующие мощности (почти 8 млрд кубм газопереработки в год, почти как на Оренбургском ГПЗ).

Казахстан в принципе может не только закрыть внутреннее потребление, но и экспортировать и не только в Китай. Хотя китайская сторона не очень-то и хочет покупать казахстанский газ. Видимо дорого по сравнению с российским и туркменским газом. На эту тему было много встреч, где обсуждались эти вопросы.

А пока китайская сторона выставляет штрафы за неисполнение контрактных обязательств, за счет чего стоимось казахстанского газа снижается и уже становится более привлекательной. У китайцев есть чему поучиться в переговорах.

В общем, пост от Energy Analytics ниже очень рекомендую к прочтению.

https://t.me/EnergyAnalytics/2672

ПРИКЛЮЧЕНИЯ SAMSUNG В КАЗАХСТАНЕ (продолжение)
Немного о провалах Samsung, которые могут ударить по планируемой модернизации Павлодарского НПЗ.

Samsung E&A (бывшая Samsung Engineering) когда-то амбициозный EPC-гигант. Но её ошибки середины 2010-х до сих пор отбрасывают длинную тень на репутацию корейских подрядчиков в сложных нефтехимических проектах. Особенно это критично сейчас, когда Казахстан планирует серьёзную новую модернизацию Павлодарского нефтехимического завода. А именно увеличение мощности до 9 млн тонн в год, новые установки и планируемую приватизацию.

Начнем с катастрофических убытков 2015 года. Рекордный операционный убыток почти 1,3 млрд долларов за квартал. Причиной возможно стал безумно агрессивный демпинг на тендерах Ближнего Востока, тотальная недооценка рисков, резкий рост затрат. в итоге спасательная эмиссия на $1,1 млрд, продажа штаб-квартиры, обвал акций и публичное признание руководства в «недостатке компетенций» для мегапроектов. Мы знаем много примеров, когда жадность и переоценка своих сил приводят к финансовому кризису.

Следующий интересный эпизод расторжения контракта на Янбу (Саудовская Аравия, 2017) 
Консорциум Samsung взял контракт почти на 3 млрд долларов (электростанция + опреснение). После выполнения больше половины работ клиент просто разорвал соглашение из-за споров по изменениям спецификаций, турбинам и прочим «сюрпризам». Samsung успела получить сотни миллионов, но проект превратился в громкий скандал и символ неумения работать с вариациями контрактов. Мне кажется, что это очень напоминает Балхашкий проект в Казахстане.

А теперь почему это опасное наследие именно для Павлодара? Новая модернизация ПНХЗ в случае реализации потребует очередных миллиардов долларов, жёсткие сроки и высокие ожидания по глубине переработки и качеству топлива. Чего можно ожидать, если в проекте снова появятся корейские подрядчики:
- Риски резкого удорожания. После прошлых провалов подрядчики будут закладывать резервы и т.н. contingency, или, наоборот, снова демпинговать, а потом требовать доплат.
- Хронические споры и суды по внесенным изменениям. То есть любой запрос на изменение (а они неизбежны на таких объектах) может закончиться скандалом и остановкой работ, как в Янбу.
- Проблемы с графиками и качеством. История показывает, что возможен слабый контроль за сложными проектами в реальных условиях.
- Репутационные и финансовые риски для КМГ и Самрука. Приватизация должна привлечь серьёзные деньги, но повторение «саудовского сценария» может отпугнуть инвесторов и привести к новым многолетним задержкам.

Уроки 2015–2017 годов видимо ничему не учат. Нельзя слепо доверять подрядчикам, которые когда-то горели на недооценке рисков. Для Павлодара это может обернуться переплатами, срывами сроков и подрывом всей программы расширения мощностей казахстанских НПЗ.

Готов ли Казахстан снова рисковать с теми, у кого в бэкграунде такие провалы? Или ждем Балхаш 2.0?

В следующих постах раскроем интересные факты, чего добились корейские подрядчики на "намученном" Карачаганакском ГПЗ, на Атырауском ГПЗ (QazaqGaz) и месторождении «Каламкас-море и Хазар».

ПОМЯНЕМ СТАРОЕ
Интересные мысли, которые до сих пор актуальные между прочим...
https://t.me/kursivm/29442

ЗАКАЗЧИК-ЛОХ — ПОДАРОК ДЛЯ ПОДРЯДЧИКА?
Некоторые подрядчики умеют профессионально превращать проект в существенно более дорогой. На что нужно обращать внимание?

Первый этап: проектирование. Именно здесь закладывается основной потенциал для удорожания. Если в документации есть противоречия, подрядчик, как правило, выбирает интерпретацию, выгодную ему. Если можно протолкнуть более дорогое техническое решение под видом оптимизации, это делается. Иногда заказчику на утверждение подаются документы, в которых проблемы неочевидны без глубокого технического анализа. Если контроль слабый, такие решения проходят. Если заказчик начинает задавать неудобные вопросы, включается привычный набор аргументов: сроки сорвутся, проект станет невозможным, команда заказчика недостаточно понимает специфику.

Но проектирование это не только технические решения. Это еще и контроль над будущими закупками. Именно на этой стадии определяется, какое оборудование попадет в проект, какие спецификации будут утверждены и какие поставщики окажутся в шорт-листе. А это уже большие деньги.

В такой модели у недобросовестных игроков появляется соблазн выстраивать неформальные договоренности с производителями и поставщиками оборудования. Чем дороже выбранное решение, чем ниже конкуренция и чем более специфична конфигурация, тем больше пространство для скрытой маржи, агентских схем и неочевидных коммерческих договоренностей. Заказчик при этом видит только финальную цену и техническое обоснование, но далеко не всегда понимает, почему выбран именно этот поставщик, а не другой с сопоставимым качеством, но более низкой ценой.

Второй этап: закупки. По проекту может быть утвержден один тип оборудования, а в реальности поставляться другое исполнение с отклонениями. Используются более дешевые материалы, снижается качество компонентов, происходят замены без полноценного уведомления. Логика проста: каждая такая корректировка увеличивает маржу подрядчика. Когда это вскрывается, заказчика ставят перед выбором либо принять ситуацию как есть, либо получить многомесячную задержку.

Третий этап: претензионная война. Это уже систематический поток претензий, писем и обоснований, цель которых создать у заказчика ощущение, что именно он является источником проблем. Информация подается выборочно. Контекст часто меняется, а факты интерпретируются в нужную сторону. Возникает управленческий хаос, в котором подрядчик начинает выглядеть единственным рациональным участником процесса. Если у заказчика слабая контрактная и техническая экспертиза, проект быстро теряет управляемость.

Практика показывает, что только за счет таких механизмов EPC-подрядчик способен увеличить свою маржинальность дополнительно на 8–15%. А если заказчик слабо управляет изменениями и претензионной работой, итоговая стоимость проекта может вырасти уже в 1,5 раза!

ГАЗОВЫЙ ТИТАНИК КАЗАХСТАНА
Минэнерго РК включило в перечень электростанций новые проекты по газовой генерации. Ни слова про потребление газа! А ведь именно там «собака зарыта».

Если считать грубо, то общее потребление газа этими ПГУ составит примерно 3,5 млрд млрд м³/год. Для понимания это примерно (!) 20% доступного товарного газа в Казахстане. То есть новые ПГУ сами по себе «съедают» объем, сопоставимый с крупным месторождением. В общем, очень интересно, чем все это закончится.

Мы методично повторяем ошибки Узбекистана и есть риск провалится в такой же жесткий газовый дефицит. Но! Там реформировали газовую отрасль. Да, поздно, но реформировали. А Казахстан идет в известном форватере, как Титаник на айсберг.

ИНОАГЕНТЫ ИЛИ ЧТО?
Комитет государственных доходов Министерства финансов Республики Казахстан опубликовал
Реестр лиц, получающих деньги и (или) иное имущество от иностранных государств, международных и иностранных организаций, иностранцев, лиц без гражданства, подлежащих опубликованию.

Если появление в списке консультантов из Big4 или GRATA меня не удивило, то появление в списке Нефтегазового Совета Казахстана PetroCouncil стало неожиданностью.

Интересно с какой целью данные списки публикуются?