— Киллиан…
— Да, Глиндон?
— Остановись… Давай просто поговорим.
— С меня хватит разговоров.
— Я буду кричать.
— Пожалуйста, кричи. Тебя никто не услышит, а если и услышит, то потом мы будем трахаться в их крови. Если ты не брезгуешь.

💜 Бог злости. Рина Кент

Вот эта его одержимость своим же кровавым членом…
Кажется ему бы зашла кастрация. 😐

💜 Бог злости. Рина Кент

Вот так должен вести себя мужчина, который находится в отношениях, пусть его девушка и избегает его немного, а он немного одержимый психопат, который преследует ее. 😳

💜 Бог злости. Рина Кент

Знаете, я так кайфую как сейчас в тт из Энтони Юлая сделали просто врага народа. Который просто постоянно травит авторов, призывает к их травле и тп. 🤨
Хотя буквально пару лет назад если говорили « ты так похожа на Энтони!» это было предметом гордости, и каждый хотелось чтобы хоть раз эта фраза прилетела в его адрес.

Вот смотришь там на бабушек/дедушек, знакомых у которых есть дети, родителей в конце концов и не можешь представить чтобы они чпокались. В голове только « да неееет, ну не» 😢
А вы мамочки, понимаете же чем будут заниматься ваши дети? 🤨

💜 Бог злости. Рина Кент

— Ты… ты знаешь?
— Конечно, знаю. Я твоя мама, поэтому все знаю.
Прошло несколько недель с тех пор, как я узнала, что Глиндон в отношениях. С тех пор она стала больше улыбаться, и на ее щеках появился румянец. Она никогда так не выглядела.
Но я была терпелива, уважала ее границы и ждала, когда она сама сознается.
— Теперь расскажи мне об этом Киллиане.
Ее взгляд хоть и смягчается, но в нем сквозит грусть.
— Он заставляет меня чувствовать себя живой, мама. Я не знала, что кто-то может сделать так, как будто… как будто…
— Ты никогда не жила до него? – договариваю за нее.
Глин застенчиво кивает.
— Но я сомневаюсь, а не опасно ли так сильно влюбляться…
— Любить всегда опасно, Глин. Ты знаешь, что можешь сломать кости или умереть, но все равно решаешься прыгнуть, потому что веришь, что он тебя поймает.
— А если не поймает?
— Тогда я буду той, кто переломает ему кости.
— Мама!

💜 Бог злости. Рина Кент

— Предательство ранит. – Он гладит меня по волосам. – Но помни, Глиндон, не только тебе могут нанести удар.
Я отстраняюсь, хлюпая носом.
— О ч-чем ты?
— Ты – Кинг. Мы не принимаем смиренно удары, а сразу бьем в ответ.
— Я не могу. Он… намного сильнее.
— Никто не может быть сильнее Кингов.
Он достает телефон и набирает номер, затем включает громкую связь.
Мои глаза расширяются, когда я вижу имя Леви на экране.
— Почему ты звонишь моему папе? – шепчу я.
Дедушка прикладывает палец к губам, когда папа отвечает сонным голосом.
— Дядя? Почему ты звонишь так поздно? Ты умер?
— Очевидно, нет, – отвечает дедушка своим фирменным жестким голосом. Я рано узнала, что он мягок только с бабушкой и со мной.
— Тогда перезвони мне утром. И в следующий раз, если у тебя вновь начнутся ночные приступы, позвони ублюдку Эйдену.
— Дело срочное. Касается твоей дочери.
Мои глаза расширяются, и папа молчит, а потом только понимает.
— Что случилось? Вчера мы с ней нормально поговорили.
— Кто-то разбил ей сердце, и нам нужно переломать ему ноги.
— Дедушка! – Я пытаюсь сбросить вызов, но он уводит телефон в сторону.
— Понял. – У отца задумчивый голос.
— Приезжай через двадцать минут.
— Уже еду. Но сначала отругаю парней за то, что они не защитили свою сестру.
— Папа, не надо!
— Скоро поговорим, Глин.
Бип. Бип. Бип.
Я стону.
— Дедушка, зачем ты это сделал?
— Ты сказала, что не можешь сама ударить этого придурка, поэтому мы с радостью поможем.
И тут я все понимаю. Дедушка старался преподать мне урок, объяснить, что нужно сделать, чтобы все получилось.
— Если вы ударите вместо меня, я всегда буду чувствовать себя беспомощной.
Он поднимает бровь.
— Может быть.
— Но если я ударю сама, то получу освобождение.
— Кто знает?
Я целую его.
— Спасибо, дедушка! Можешь попросить Моисея отвезти меня обратно в кампус?
— Может, лучше посажу тебя на свой самолет? Если выдержишь полет?
— Нет, не хочу летать три раза за два дня. И не мог бы ты позвонить папе и сказать ему, что план отменяется?
— Кто сказал, что он отменяется? – Он ухмыляется. – Мы всегда можем нанести удар, как ты с ним разберешься. Никто не портит отношения с Кингами и выживает после этого.

💜 Бог злости. Рина Кент

— Хватит подвергать сомнению все мои слова и действия. Я начинаю нервничать. Да, я манипулирую, но не тобой. Я всегда прямо говорил, чего я хочу от тебя.
— И что же?
— Ты будешь моей. Взамен я подарю тебе весь мир.
— Мир? – Слеза стекает по моей щеке. – Что для тебя мир, Килл? Потому что для меня это просыпаться рядом с мужчиной, которого я люблю, и не сомневаться, что он тоже любит меня. Не знаю, когда и как это произошло, но уверена, что влюбилась в тебя. Так сильно, что мне больно осознавать, что ты никогда не будешь чувствовать то же самое.
— Кто это решил?
— Твоя сущность. Дело не в том, что ты не хочешь меняться, а в том, что ты действительно не можешь.
— Не надо навешивать на меня ярлыки. Понимаешь, то, что я знаю о любви, – это то, что она благородна, нежна, и, если ты любишь кого-то достаточно сильно, тебе, возможно, придется отпустить его. Пойми, Глиндон, в том, что я чувствую к тебе, нет ничего благородного или нежного. Это неистовый вулкан одержимости, желания обладать и безумной похоти. Если ты хочешь любви, то я люблю тебя, но это нестандартная версия чувств. Я люблю тебя достаточно, чтобы впустить тебя в свою жизнь. Я люблю тебя так сильно, что позволяю говорить с моими демонами. Я настолько люблю тебя, что разрешаю тебе иметь власть надо мной, хотя я никогда не позволял никому разрушать меня изнутри.

💜 Бог злости. Рина Кент