Ты пахнешь как прохладный вечер,
А я как день после дождя,
Ты знаешь - небо бесконечно,
А я - что полюбил тебя.

Я знаю - ты социофоб,
И заведу я сто друзей,
Ты знаешь - то, что я низок
Положишь чай на сто верстей.

И ты рисуешь, каждый день,
А я пишу, и редко очень,
Мы разные ну хоть убей,
Судьба хотела так пророчить.

Дожди, поля, леса, озёра.
О чём пишу, зачем вообще,
Ну и подумать, вот умора,
А рифма сбилась, может нет.

И кульминации здесь нет,
Наверно никогда не будет,
Стих про любовь? А вот нет!
А вот про то, что все мы люди.

Во мгле, когда всё стихнет гробовой,
И в ветхом доме дверь качнётся,
Когда за длинною травой,
Речушка в лужу обернётся.

Где не души, ни света нить,
Пронзая пустоту глухую,
Где богу можно не молить,
Река там мутит водь густую.

Из воска с примесью крови,
Поднимут свечи неспеша,
Где чёрт востал не с той ноги,
Проявит слезы малыша.

И на полу как пыль лежит,
Осколки старого стекла,
Там из угла рука торчит,
Совсем уж дряхлая она.

И шёпот слышен из под не,
И можно разобрать слова:
"Моя душа иди ко мне,
meus es tu anim tua."

И голова болит, что жуть,
Не мог там долго находиться,
Совет я дам, хотя не суть:
Conare saepius креститься...

Хм. Опять пропал талант писать,
Или не пропадал он в общем,
Снова,
Опять хочу слова сказать,
Опять сказать, что всё х_рово.

И снова-снова, так опять.
О Господи, ну что за строчки!
Забыл я как стихи писать,
Или не забыл, ну, всё - и точка.

Но точка это не конец,
Ведь точка - конец предложения.
А предлагать что? Леденец?
Что предложу, так всё х_рово!

Беру слова как вор-падлец,
Из эго своего, творения,
Ты хочешь палку-леденец,
Х_рово - конец предложения.

И так спокойно на душе,
И так свежо - умиротворённо,
С души, как камень, буквой Ж
Упала тяжесть отварённо.

И тихо, медленно идя.
По берегу тому пустому.
И мысли свои не щадя,
Забрел я к очень странно слову.

Иль может не слову,
А хотя,
Кто знает, что оно скрывает.
То слово просто буква Жа.
То слово, просто существует...

Озноб, темно и тучи ходят,
И в далеке как из ведра,
Всё льёт и льёт,
И громко стонут,
Большие тучи-облака.

Сверкает молния жестоко,
И бьёт, да так, что я оглох,
Я был там, там где гуще дёрна,
Там где до ниточки промок.

Ведь там, где громче всех и ярче,
Где горечей и холодней,
Где капли в воздухе, как в танце,
Сплелись в тучи́, где свет черней.

Черней. Черней, чем сам ты сможешь вспомнить,
Прохладней, чем моя рука,
И глубже, чем мы с вами тонем,
От веса своего греха.

И лужи крови под ногами
Иду средь трупов я один.
Как мне хотелось бы вернуться в те времена где я не сгнил.
В душевной боли утопаю
В грехах я задохнусь сейчас.
И как бы было мне противно
Знать всех того, кто был в тот час.
Ищя покоя в этом мире
Идём в неправильном пути
Никак не зная, что свершили
И попадаем мы в цепи.
Те цепи сделали мы сами
Из грязных чувств данных богом,
Чтобы мы больно умирали
И помнили что совершали
В той жизни, та, была, одной.

Может быть утром,
Иль вечером, днём,
Приходит к нам чувство то
Счастье,

Его мы так ждём, нехватает его,
Поборет оно всё ненастье.

Но может быть слабым,
Забудет тебя,
Но вот накрывает плохая волна
Волна тех несчатей, грусти обиды, иль боли при жизни нам наносимой.

Счастье даётся нам
С разных вещей
С сахара,
Вкусностей,
От разных людей.

Чувство хорошее
Слов даже нет,
Можно дарить его 1000 лет.
Покажи людям счастье,
Подари хоть цветок,
Эмоций получит,
Что не хватит строк.

Не нравится то что пишу я в рифму?
Про всяко мерзкое говно,
Про страшный звук от светлой нимфы,
И про депрессию было́.
Не нравятся слова плохие,
Которые мешают спать,
Про кровь и возгласы глухие,
Которые нам в жизни встрять,
От строчек веет пессимизмом,
Такое надоело вам?
И жизнь бывает не красива,
Чего вам говорить, плутам,
Я реалист, никак иначе,
Я просто вижу больше вас,
Ты не согласен?
Как же мило.
Пошла ты на#уй.
мразь.

Осколки сердца разлетаясь,
Вонзаются в всё на пути,
Пронзая до крови́ багряной,
И гаснут в оках огоньки,
Скажу что я соврал вначале,
Скажу что сердце не причём,
Но вот осколки в жгучих ранах,
Покажут вам меня врагом.
Да, я соврал,
Это не сердце,
Но и разбилось глубоко,
И я скажу вам только честно,
Это было́ моё нутро

Почему бывает грустно,
И зачем луна в ночи‌,
Почему все эти раны
Нам просто не залечить,
Почему бывает больно
Вспоминая прошлы(е) дни,
Почему я в этом мире
Кто меня в него включил,
Почему бывают злые
Люди взрослые уже,
Почему же так случилось
Что сгнию я в пустоте...

Вся жизнь проносится порой,
Перед глазами пеленой,
Воспоминанья с головы,
Душевной боли мерзлоты,

Бывает что-то забыёшь,
И думаешь когда умрёшь,
Вся жизнь проносится в поту,
Трудился, радовался сну,

И может вдруг настать момент,
Когда забудешь кучу лет,
Когда и жизнь скушна парой,
Когда и жизни вспомнить зной,

Не сможешь.
Почему?
Ты время видел?!
День ко дню,
Уже стоишь ты на краю.
И сдохнешь,
Не узнав ты ту.
Ту истину...
Она ведёт к раю‌.

Идёт так тихо, незаметно, крадётся
Словно кот в ночи,
Плывёт давно, как запах ветра,
Но раны и не залечи́т,
Течёт по стрелкам всего мира,
Но каждому оно своё,
Хоть и бывает оно бренно,
За то своё,
Время своё...

Людей хороших в мире много,
Но с ними сравнить нельзя,
Единственный с кем сравнить можно,
Это с вчерашнего меня.

Ты извини меня за память,
За то, что имя я твоё забыл,

Но в глубине моей души остался,
Тот силуэт, который я любил...

Осенний и прекрасный день,
А за окном: желто-зелёно.
Ещё не вьюга, не метель,
Но и уже прохладно дома.

И к вечеру, когда придёт,
Ночные холода, спокойство улиц,
И тело меня понесёт,
Пройтись по ним, облажить устьиц.

Я сяду в парке у кустов,
Где древо сверху нависает,
Так одиноко, как мой дом,
Как дом, который меня знает.

Вода и брег, ещё и ты,
Так океан огромен.
И свежий бриз из мерзлоты,
Смотри как он свободен.

Ты сможешь быть такой как он:
Таким же сможешь - вольным.
Но, если хочешь быть пустым,
Ты хочешь быть бездонным?

А если хочешь быть как он –
Придётся постараться,
Плыви против течения, стонь,
Карабкайся, взбирайся.

А если будешь вдруг ленить,
Тебе же будет хуже,
Утонешь сразу, яму рыть,
Себе ты такой нужен?

И у тебя же два пути,
Сейчас я их озвучил.
Либо взбирайся и живи,
Либо ты бездне ужин.

Часок, другой,
Не спишь, мой друг,
Почти уже как сутки.
Глаза сухие, как песок,
Бессонница не шутка.

Ты смотришь долго на стекло,
Где тучи тихо ходят.
И сколько времени прошло,
Вдруг птицы уже молвят.

А небо мягко розовей
Становится светлее.
Мой друг, не спал ты ночь –
Дурей! Твоё лицо соннее.

Не чувствуешь ты день другой,
Не чувствуешь прозрения,
Ты стал другой, себе чужой,
В видении изменения,

И стал страннее тебе дом,
Твой друг, твой лик, твой разум.
И лучше уж не подходи,
Ты к зеркалу, и глазом.

Видишь это -
Деревья колышет,
И качаются
В ритме своем.

Так природа,
Как будто бы дышит,
Заставляя подумать
О всём, о живом.

Кровью ветров наполнены кроны.
Наполнена зелень.
И с гладью воды,
Они связаны вместе.

И в целом,
Мы живём.
В природе.
Внутри.

Среди бездушности и лжи,
Имея сон спокойный,
Имея ворона, жука крови,
Религии непокорный.

Нашёл себя, помог себе,
С собою путь прошёл он.
Заблудшим душам он помог,
Врага он другом сделать смог,
Стал менее спокойным.

Нашёл он мать, искал отца,
Искал ответы на вопросы.
Откуда он произошёл,
Вратов творца,
Узнал он это точно.

Узнал. Он первый.
Он творец. Печати мира сего.
Творец и врат.
Большой храбрец,
А также трус иль нет же...

Он помнить себе запретил.
Таков уж путь.
Путь с силой.

Такой, с чьей может совершить,
Любой желанием мир створить,
Он был почти что Миром

Но слабость есть его одна,
Уж слишком страшная она,
Та, 650.000 стульев

Хорошо, что вчера не повесился,
Ну а иначе?
Не... Так уж сойдёт,

Я однажды
С кумиром встретился,
эх, пусть он с чёртом идёт.

Но вчера конфеты были такие вкусные,
А может без вкуса,
Последний же вкус.

Ну я так думал,
Но не повесился,
Представь, что я не вернусь...

Я вернулся,
Всё в ту же квартиру,
И тот же всё серый цвет за окном.

Из-за него,
Чуть не повесился,
Этот унылый и серый дом...

Запах вина и приглушённый свет.
Немного ноздри жгёт от спирта,
Густого воздуха от бара след,
Разнёсся в помещении уж сильно.

Тяжёлые дубовые столы,
Косившие немного вправо,
Пленившие между собою свет,
И пыльным слоем, как отрава,
И места в воздухе уж нет.

Так тело тяжело в момент,
Но а упасть так просто,
Раскинул принужденно на пол кости,
Ты отваряешь двери в новый свет.