По итогам прошлого года суммарный мировой экспорт газа, по данным EI, составил 1146,1 млрд куб. м. Из этого объема 578,5 млрд куб. м (50,5%) были отправлены покупателям в сжиженном виде. Притом порядка 118 млрд куб. м безальтернативно вынуждены были идти через Ормузский пролив. Сейчас мировому рынку отчаянно не хватает этих миллиардов кубических метров.

Перекрытие Ормузского пролива спровоцировало не только дефицит нефти, но и газа. Через эту водную артерию проходит около 20% производимого в мире крупнотоннажного СПГ или 10% от всех экспортируемых объёмов голубого топлива.

Кризис на Ближнем Востоке ударил сразу по двум производителям – ОАЭ и Катару. И если Эмираты – довольно скромный, мало на что влияющий игрок с одним заводом (на острове Дас в Персидском заливе), то Катар – второй по величине поставщик СПГ на планете. В 2025 году он отправил покупателям порядка 111 млрд куб. м в пересчёте на регазифицированный объём. А к началу 2030-х его производственные и экспортные возможности должны были вырасти почти на 83 млрд куб. м.

У Катара нет никаких альтернатив Ормузскому проливу. Более того, никакие альтернативы последние 20 лет серьёзно не рассматривались (включая знаменитый трубопровод через Сирию, который куда больше существовал в СМИ, нежели в чьих-либо планах). Этот производитель газа сделал ставку на СПГ. Сейчас ни производить, ни сколь-нибудь стабильно экспортировать голубое топливо у него нет практически никакой возможности.

Более 80% всего сжиженного природного газа Катар экспортировал в Азиатско-Тихоокеанский регион. Но это не означает, что только АТР пострадал из-за резкого сокращения поставок с Ближнего Востока. Газовые рынки Азии и Европы прямо влияют друг на друга. Если возникает дефицит, растут цены, а рост цен привлекает сырьё с того рынка, где платят меньше.

Притом из-за особенностей ценообразования на голубое топливо и из-за реализуемых реформ в энергетике, Европа в случае обострения конкуренции оказывается в более уязвимом положении, чем Азия. К примеру, Китай может заместить часть газа в электрогенерации углём собственной добычи или максимизировать закупки сырья с нефтяной привязкой (оно в данном случае будет стоить дешевле, чем сырьё с, условно говоря, биржевой привязкой). У ЕС таких возможностей нет.

В начале текущего месяца октябрьские фьючерсы на нидерландской бирже TTF в Европе превысили 900 долларов за тыс. куб. м. Спотовые цены на СПГ в ЕС впервые за весь период наблюдения (с января 2023 года) перешагнули отметку в 840 долларов за тыс. куб. м.

До начала кризиса на Ближнем Востоке считалось, что в 2026 году может начаться кризис перепроизводства на рынке СПГ. Теперь этот кризис можно ждать не раньше 2027, а то и 2028 годов. А до завершения ближайшего отопительного сезона крупнейшим импортёрам скорее стоит готовиться к дефициту и обострению конкуренции. И надеяться, что Катар скоро вернётся на рынок.