OD's Дневник
55 subscribers
111 photos
37 links
Пролетарии, разъединяйтесь! Старые книги ошибаются. Мир был создан в день отдыха.
www.olgadudko.com
Download Telegram
День 19. Разведенные родители — лучшие родители — OD's Blog
https://www.olgadudko.com/2022/05/17/den-19-razvedennye-roditeli-luchshie-roditeli/

В последнее время я наблюдаю за разведенными родителями, которых в моем окружении, к сожалению, все больше и больше. По статистике, около половины браков во Франции распадаются. Причины классические и не интересные: деньги, неверность, разные цели и стремления, в последнее время добавилась еще и пандемия. До 9 лет совместное жизни половина пар так и не добирается.

Согласно моим наблюдениям моего же окружения, разводы часто приходятся на второго ребенка. Не успел иногда второй ребенок родиться, как родители уже подумывают о разводе. Если дотянули до третьего, то разводов почти нет. Поздно, видимо, метаться.

И вот возникает интересный феномен — «разведенные парижане» — который я в последнее время изучаю.

Разведясь многие мои знакомые парижские родители продолжают жить в одном и том же районе и сталкиваться друг с другом практически каждый день в школе, саду, на родительских пикниках, да и просто на улице. Хорошо, если развод прошел без скандалов, а если — нет, если вдруг речь идет об измене, такое положение дел очень неприятно для обоих родителей. Дети, наверняка, тоже страдают от нездоровой атмосферы, в которой им приходится существовать.

По разным округам Парижа разведенные родители не разъезжаются, потому что привязаны к школе или детскому саду детей. В школу у нас определяют по месту жительства. Можно, конечно, попросить, чтобы перевели в другую школу, но для этого нужна веская причина. И потом жалко ребенку, пережившему стресс из-за развода родителей, добавлять перемен и дополнительных переживаний в связи со сменой школы. Кроме этого опека над детьми, как правило, лежит на обоих родителях. Из школы их забирает то один, то второй, и строго в шесть вечера у нас в Париже. Поэтому родителям неудобно жить далеко от школы. Вот и получается, что вроде развелся, а твой бывший или бывшая продолжают мелькать перед глазами.

Как я писала выше, некоторые наблюдаемые мною разводы приходятся на второго ребенка, которому и трех лет иногда еще не исполнилось. Те дети, которые больше времени проводят с мамой, иногда даже не помнят папу. Одна моя хорошая знакомая развелась, когда второму ребенку не было и года. Ее младшая дочка отказывалась идти в дом папы не выходные, плакала и закатывала истерики просто потому, что отвыкла от него и не была так сильно к нему привязана.

Иногда разведенных родителей можно встретить с новыми партнерами. Так как продолжают разведенные пары жить в одном районе, такие встречи неизбежны. Не знаю, как воспринимают это дети, но даже мне бывает неловко, когда я встречаю кого-то с новыми пассиями. Встретила как-то бывшего мужа другой своей знакомой на выставке. С разведенной парой я знакома давно, их девочка с Викуськой подружки с яслей. Мужчина был с новой женщиной. Вроде ничего незаконного или аморального, знакомая года два уже в разводе, но я все равно не смогла поздороваться с ними, сделала вид, что не заметила, было как-то неловко, как будто измену застала.

Не всем «везет» развестись полюбовно. Иногда развод сопровождается длительными выяснениями отношений, вскрытием неприятных фактов, руганью и даже насилием. Еще одна моя хорошая знакомая рассказала мне подробности своего развода, поведала причины, раскрыла поведение бывшего мужа, его действия и так далее. Безусловно, развод — это дело двух людей. И у каждого, наверняка, своя правда. Но сейчас мне очень тяжело смотреть и здороваться с человеком, о котором я знаю столько всего нелицеприятного. Вот он идет весь такой ухоженный в красивом костюме рано утром, а я смотрю на него и вижу все его грязное белье. Очень неловко и неприятно.

Но есть во всей этой парижской жизни после развода и один положительный момент, который я наблюдаю в последнее время. Разведясь родители начинают бороться за статус лучшей мамы или лучшего папы. Выигрывают, конечно же, их дети, а скорее подружки и друзья детей.

(Продолжение ниже)
Разведенные мама и папа устраивают дорогущие дни рождения для своих пятилетних детей, веселые пижамные вечеринки, задаривают детей подарками. К одной девочке Викуська ходила на день рождения дважды. Не знаю причин, но родители не смогли договориться о времени и месте проведения дня рождения. В итоге папа устроил бассейную вечеринку у себя дома на огромном балконе, а мама на следующей неделе отвезла ребенка и ее подружек в огромный аквапарк, где они плескались и загорали на пляже целый день.

Викуська, конечно же, была в восторге, а я вот начинаю беспокоиться, что мои девицы тоже будут ожидать от меня подобных праздников, не понимая, что повезло как раз им, потому что их мама и папа опровергают французскую статистику.
День 20. Пробежаться со мной по Парижу — OD's Blog
https://www.olgadudko.com/2022/05/22/den-20-probezhatsja-so-mnoj/

Рано утром в Париже свежо. Установившаяся несколько дней назад жара еще не успела проснуться, как, впрочем, и многие парижане. Немногочисленные машины удивляют спящий город резким звуком, неожиданно возникающим из ниоткуда и так же незаметно исчезающим за поворотом.

Город спит. Самое любимое мое время. Когда город еще спит. Когда город уже спит, чувствуется его усталость, давит не желающий утихать гул, теплый воздух поднимается к небу, заряженный и напряженный город долго не может заснуть. А утром другое дело. Еще тихо. Еще свежо. Еще ничего не произошло.

Рано утром в субботу я бегаю по городу. Традиция сложилась стихийно и спонтанно. Сначала я бегала в местном парке, затем рядом с домом до Сены и обратно, потом решила перейти в парк чуть дальше от дома, а несколько недель назад поставила себе целью добежать до Лувра. Думала, не смогу, но странным образом все получилось. С тех пор я так по субботам и бегаю — до Лувра.

У музея Д’Орсэ дыхание меня обычно подводит. До музея я бегу вдоль набережной, а возле музея приходится подниматься к проезжей части. Дорога меняется, сужается, выталкивая гуляющих от реки подальше. Впервые столкнувшись с ожидающим меня подъемом, я уж было остановилась, но появившийся из-за спины товарищ так лихо его одолел, что и мне захотелось попробовать. С тех пор с подъемом мы не расстаемся.

После музея вдруг открывается второе дыхание. Благодаря бегу я себя еще лучше начинаю понимать, открываю собственные реакции, знакомлюсь со своим организмом. Так вот после музея Д’Орсэ, где-то после получаса бега, когда кажется, что силы уже на исходе и пришло время сворачивать домой, что-то происходит. Дыхание нормализуется, сознание уже не мечется так рьяно, пытаясь заставить меня свернуть с набережной, а тело становится как-будто легче.

Бегу дальше, от одного музея к другому, к Лувру. Людей еще мало, хотя туристы начинают появляться. Они, в отличие от жителей города, встают в субботу рано, как и я, намереваясь обойти все-все-все в Париже и еще немного. После долгого периода карантина, болезней и неопределенности, хочется как можно больше видеть, смотреть, чувствовать, проживать. Поэтому я очень хорошо понимаю тех, кому не спится по выходным. Такое счастье и удача, что ничто нас больше не держит дома и можно спокойно, без разрешения идти или бежать туда, куда позовет тебя душа.

Как только Лувр оказывается по мою левую руку, я понимаю, что бегу уже около 45 минут. Но мне хочется больше, дольше и быстрее. Я недавно решила осилить 10 километров. Для себя, просто чтобы доказать себе, что могу. Раньше мне и 10 минут сложно было выдержать. А сейчас я бегу до Лувра, оттуда до Нотр-Дама, сворачиваю на бульвар Сан-Мишель и бегу до Люксембургского сада. Немного бегаю в саду, если он открыт, а оттуда направляюсь к улице Вожирар, которая приведет меня обратно в мою деревню.

Вчера, пробежав 13 километров, если верить телефону и часам, я поняла, что дело не только в выносливости. Когда я решила пробежать 10 километров, главная моя задача состояла в тренировке выносливости. Однако я совершенно не подумала о том, что сердце и легкие — не единственные параметры, которые нужно принимать во внимание. Есть еще ступни, ноги, колени и даже руки! Чувствовала вчера, добегая последние минуты, что могу до двух часов дотянусть и одновременно понимала, прислушиваясь к ощущениям в коленях и ступнях, что они так долго не протянут. И даже если я пробегу два часа, на следующий день обязательно дадут о себе знать. Кроме этого у меня начала болеть правая рука. Я совершенно не ожидала, что от бега могут болеть руки!

Такие вот дела. Удивляю себя каждую неделю, открывая новые стороны собственного организма. В одну из пробежек на пару секунд останавливалась, чтобы сделать снимок. Некоторые из них ниже.
День 21. Никакой самодеятельности, или как нас настиг офис открытого типа — OD's Blog
https://www.olgadudko.com/2022/05/23/den-21-nikakoj-samodejatelnosti/

Несколько лет назад, когда меня наняли в компанию, где я работаю сейчас, ни о каком опен спейсе (офисе открытого типа) там еще не слышали. Мы работали в кабинетах, за желтыми деревянными дверьми, которыми прекрасно можно было хлопать при очередной вспышке раздражения.

Кабинетов было множество, у каждого свой стиль и характер. Самым интересным для меня оказался просторный кабинет, приютивший айтишников. Он был заставлен горшками с цветами, растениями и чем-то напоминающим пальму. Айтишников видно не было. Они скрывались за широкими листьями не распознанных мною растений.

Мы ходили друг к другу в гости. Кабинет маркетинга к кабинету айтишников. Когда было скучно — в кабинет социальных сетей, куда уже просочился дух нового времени. Там не было дверей, растений тоже не было, зато был огромный телевизор, по которому крутили без конца новости, которые никто не слушал, и нескольких бесформенных пуфов на полу, на которых никто никогда не сидел. Но несмотря на странный антураж кабинета в нем всегда было очень весело. А еще там устраивали праздники, пили шампанское и ели блины с сахаром.

Еще у нас был кабинет с кофемашиной. Куда же без нее! Да-да, отдельный кабинет для кофемашины. В углу ютился маленький столик, вокруг стулья разных размеров, а окон в кабинете не было. Потому что там иногда спали. Или, наверное, там спали ввиду отсутствия окон. Тепло, темно и тихое жужжание кофемашины. Успокаивает.

А потом все изменилось. Пришло новое время, а за ним и опен, прости господи, спейс. Стены снесли, двери выдернули, растения выкорчевали, экран с новостями приглушили, а пуфы сами собой бесследно исчезли. Вместо этого возникли белые длинные столы, разделенные серыми перегородками, желто-зеленые ковры, на которые нельзя было проливать кофе, и стены цвета яичной скорлупы, на которых строго настрого запрещалось самовыражаться.

Вообще самовыражению пришел конец, как только настал опен спейс. Нам выслали правила нахождения в «офисе открытого типа». Франция — страна правил и законов, исключений и наказаний. Высланные нам правила гласили, что никакого творчества в опен спейсе не предусмотрено. Фотографии детей нельзя, себя на пляже в купальнике нельзя, никаких мотивирующих постеров и картинок, поднимающих настроение. Растения тоже исчезли. Айтишники долго боролись за свои пальмы, но и им пришлось сдаться. Теперь несчастным представителям отдела информационных технологий и техподдержки приходится прятаться за стеной серверов и сломанных компьютеров.

Вместо цветов, растений и пальм появились какие-то кусты, все одного размера, цвета и текстуры. Кусты время от времени подсыхают, их поливают, но они продолжают сохнуть, меняя темно-зеленый цвет на желтый и нарушая тем самым правило, запрещающее любое самовыражение в опен спейсе.

Кабинет с кофемашиной тоже исчез. Осталось маленькое пространство напротив отдела инноваций, в котором ютятся теперь мои коллеги. Коллеги из отдела инноваций жаловались, что народ постоянно тусит в коридоре с машиной и не дает им работать. Народ тусить не перестал, зато отдел инноваций исчез. Куда — мы так и не поняли. Но с кофемашиной с тех пор никто больше воевать не решился.

Еще нас научили, как пить кофе. То есть как его нести от кофемашины до нашего рабочего стола. Обязательно в стаканчике с крышкой. Генеральный лично проверял наличие крышек и отчитывал тех, кто правило не соблюдал. Без крышки существует риск пролить кофе на новый ковер. Или не дай бог опрокинуть на девственно-белые стены. Мы умудрились совершить и то, и другое, и даже с крышкой.

Но жизнь берет свое. Пространство, белое, светлое, регламентированное, потихоньку начинает зарастать картинками, мелкими растениями, стаканчиками без крышек и фотографиями в купальнике. Потому что мы сильнее правил. Потому что офисная жизнь сложная и витиеватая, формальным законам не подчиняющаяся, живущая своей параллельной жизнью. И в этом ее основная прелесть.