Я вовсе не собирался критиковать изящные искусства и обучение им.
Я не знаю, что может быть важнее, чем это. “Дайте мне исключительное право писать народные песни, и я встану над теми, кто составляет законы.”
Задумайтесь над этими драгоценными словами.
Вы говорите: “У народа нет никакого вкуса! Он любит одни фальшивки, одни помои…”
А кто бы привил ему этот вкус? Точно не школа, она ничему не учит. Людям нет никакого дела до вкуса, до энтузиазма, до страсти – единственных полезных в жизни вещей…В школе их не учат ничему, кроме идиотского, обескровливающего, опошляющего резонёрства, школа превращает человека в бестолочь. Посмотрите на детей в первые годы их жизни… они само очарование, сама поэзия, сама радость, само веселье…

Луи-Фердинанд Селин "Попали в переделку"

Изящные искусства важны, я критикую не их…Всё дело в том, как ими пользуются, вот в чём трюк… Возможно, они могли бы сверху донизу обновить Европу со всеми её омерзительными болячками, вернуть ей немного души, смысла жизни, очарования и прежде всего радости, вот чего ей не хватает больше всего – радости, чтобы начать, и её собственной мелодии, опьянения, энтузиазма, расизма тела и души, который стал бы украшением Земли, фонтаном самых высоких чудес! Ах, чёрт возьми, она так в этом нуждается!
Ей нужен восторженный, идеальный, величественный расизм, а не крючкотворный, склочный и надутый от порожняковой гордости.
Мы подыхаем, потому что у нас нет легенды, нет таинства, нет величия. Небеса тошнит от нас. Мы гниём в подсобке магазина.

Луи-Фердинанд Селин "Попали в переделку"

Неужели быть художником – это нечто сложное, исключительное, сверхъестественное? Всё как раз наоборот! Сложно, противоестественно и странно им не быть!
Нашим учителям, вооружённым школьной программой, требуется долгое и чудовищное усилие, чтобы убить в ребёнке художника. Это не происходит само собой. Наши школы только этим и заняты, это места, где подвергают пыткам кристально чистую невинность и весёлую непосредственность, душат птиц и изготавливают скорбь, которая уже сочится изо всех щелей, как незамысловатая социальная пропитка, которая проникает повсюду, хватает за горло и уничтожает на корню всю радость жизни.

Луи-Фердинанд Селин "Попали в переделку"

Как только сердце откроет в себе свой собственный дар и посвятит себя ему, жизнь будет уже не в силах повлиять на ваше прекрасное настроение. Это своего рода лампа Алладина, которая постоянно находит новую радость даже в самых мрачных местах.
Всё всегда устраивается само собой, более или менее. Уничтожить художника невозможно.
Он выносит вердикты всему на свете, он смеётся, когда пожелает, то по-доброму, то по-злому, то так, то эдак, как угодно, как ему взбредёт в голову.
Людское море ему по колено, он стал всеобщим талисманом, маленьким семейным амулетом. Размышлять – это неплохо, но только с вдохновением…

Луи-Фердинанд Селин "Попали в переделку"

Что здесь, у нас, можно оживить легче всего? из самого близкого… находящегося прямо на земле… из числа даров… ритмы… немного улыбки… того, что мы ещё не совсем забыли… чуть-чуть надежды… маленький огонёк… дрожащий, разумеется… но ещё теплящийся… в конце концов…
Искусству нет дела до Родины! Какая чушь! Какая ложь! Какая ересь! Так говорит только еврей!
Искусство – это как раз Раса и Родина! Вот камень, который станет основанием! Камень и облака, пейзаж души.

Луи-Фердинанд Селин "Попали в переделку"

Шансонье и живописцы, край непринуждённой песни… быть может, освежающего танца, весёлой игры цветов на палитре, и во всём этом живёт дух, то проворный, пылкий и шутливый… то кроткий и меланхоличный… Вот чего я хочу!... Всё это изумляет и очаровывает меня, и поёт, и эта песня поднимает меня с земли!... о подлинном характере людей, которые родились здесь…Это выбор цветка, растущего в саду… нет ничего презренного… среди всего этого нет ни капли мерзости, всё благоухает… ни одной кривой физиономии!
Все эти чудеса священны… едва слышимые звуки… три стиха, две ноты, один вздох…

Луи-Фердинанд Селин "Попали в переделку"

И так мы сможем всё восстановить! людей, их расы, их рвение…Перевязать им раны и отправиться в путь по направлению к новым временам. Нужно вернуться в школу и не выходить из неё двадцать лет. Я хочу, чтобы учителя воспитывали художников, не педантов с заученными формулами, развратителей нового образца, но людей, способных удивить, согреть жизнь, а не остудить её, поддержать энтузиазм, а не раздавить его, энтузиазм – это “Бог внутри нас”, из стремления к красоте появятся краски и арфы, человек откроет для себя мир чудес, который берёт своё начало в детстве.

Луи-Фердинанд Селин "Попали в переделку"

Когда останутся одни руины, появится негр, настанет его час, настанет его очередь, быть может, на пару с татарином. Негр – это папаша еврея, у которого член ещё толще и который в конечном итоге, на самом краю полнейшей деградации, сумеет себя навязать. Достаточно всего лишь немного приглядеться к нашим смазливым девицам, как они себя ведут, как они уже переходят с жидов на нигеров. Строптивые, своевольные, себе на уме…
Останется один лес, гигантский, тропический, Булонский лес и ваши маленькие обугленные кости, это будет единственная вещь, которую вы получите бесплатно, просто так, дармовая катастрофа.

Луи-Фердинанд Селин "Попали в переделку"

Непомерная претензия на счастье, вот в чем вся огромность обмана! Вот что усложняет нам всю жизнь! Делает людей такими ядовитыми, гнусными, непотребными. Нет счастья в существовании, есть только несчастья, более или менее большие, более или менее запоздалые, явные, тайные, отсроченные, подспудные. «Самые лучшие обитатели преисподней получаются из счастливых людей». Принцип дьявола имеет под собой основу. Он был прав, как всегда, перенаправляя Человека на материю. Ждать долго не пришлось. За два века, обезумев от гордыни, раздувшись от механики, он стал невозможен. Таким мы видим его сегодня, с блуждающим взглядом, охмелевшим от алкоголя, от бензина, ни во что не верящим, много о себе думающим, целая вселенная с властью на несколько секунд! Обалдевший, разросшийся без всякой меры, непоправимый, баран и бык в одном лице, гиена тоже. Просто загляденье. Самый последний из засранцев в зеркале видит Зевса. Вот великое чудо современности.

Луи-Фердинанд Селин "Mea culpa"

Опустить Человека до материи, вот закон тайный, новый, беспощадный… Когда скрещивают наобум две крови, одну бедную, другую богатую, никогда не обогащают бедную, всегда обедняют богатую… Все, что помогает оболванить отупевшую от лести массу, принимается с распростертыми объятиями. Когда уловок больше недостаточно, когда система на грани взрыва, прибегают к дубинке!

Луи-Фердинанд Селин "Mea culpa"

«Попю, внимание! Ты существо высшего порядка! Тебя освободили, как никого другого! Ты намного свободней, сам сравни, чем эти крепостные рабы напротив! В той, другой тюрьме! Взгляни на себя в зеркало еще! Вот миска для идей! Проголосуй-ка за меня! Попю, ты жертва системы! Я реформирую для тебя Мироздание! Не утруждай себя мыслями о собственной природе! Ты весь из золота! и пусть тебе это повторяют! Не упрекай себя ни в чем! Ни в коем случае не предавайся размышлениям! Слушай меня! я хочу твоего истинного счастья! Я назначу тебя Императором! Хочешь? Я назначу тебя папой и Господом богом! Всем этим вместе! Бум! Готово! Получи фотокарточку!»

Луи-Фердинанд Селин "Mea culpa"

Попю — имя собственное, новообразование Селина. Фр. Populace — Чернь, простонародье.

Материалистический Коммунизм — это прежде всего материя, а когда речь о материи, никогда не побеждает лучший, всегда самый циничный, самый коварный, самый хамский. Вы только посмотрите на этот СССР, как быстро там очухались деньги! Как они мгновенно восстановили свою тиранию! к тому же возведенную в куб! Ему только нужно польстить, и Попю все примет! все проглотит! Там он, человек толпы, стал омерзительным от самомнения, от самодовольства, причем, все большего по мере того, как его все глубже опускали в жижу, все надежней ограждали от мира! Вот в чем ужасающий феномен. Чем больше он делает себя несчастным, тем больше и впадает в спесь!

Луи-Фердинанд Селин "Mea culpa"

Программа Коммунизма? не слушайте тех, кто будет меня опровергать: она полностью материалистична! Требования хама в пользу хамов… Жрать! Посмотрите на рожу Маркса, какую себе этот жирный боров отожрал! И если бы они хотя бы жрали, так выходит же совсем наоборот! Народ — Король!.. Который все ебет! У Короля есть все! Ему рубахи не хватает!.. Я говорю о России. В Ленинграде, вокруг гостиниц, если вы турист, все рвутся вас закупить с ног до головы, от вашего нательного до шляпы. Глубинный индивидуализм правит всем этим фарсом, несмотря ни на что, он все подтачивает, все подвергает порче. Яростный эгоизм, желчный, бормочущий, непобедимый, пропитывает, проникает, уже разлагает эту ужасающую нищету, просачивается сквозь все поры, делает ее еще более вонючей… Индивидуалисты, сжатые «в пучок», но воедино не слившиеся…

Луи-Фердинанд Селин "Mea culpa"

Ведь машина — это главная зараза! Окончательное поражение! Как обманули! Как обвели! Самая стильная машина никогда никого не освобождала. Она отупляет Человека еще более жестоко, только и всего! Я был врачом у Форда, я знаю, о чем говорю. Все форды похожи друг на друга, советские и нет!.. Опереться на машину, это только предлог, чтобы продолжать свой сволочизм! Это значит — замолчать подлинный вопрос, единственный, сокровенный, высочайший, тот, который находится внутри каждого простого человека, в самом его мясе, в его башке, а не в других местах!..

Луи-Фердинанд Селин "Mea culpa"

Политика испортила Человека намного глубже за три последних века, чем за всю предысторию. Мы были более готовы к единению в Средние века, чем сегодня… формировался общий дух. Запудривание мозгов было намного более «поэтичным», более интимным. Этого больше не существует.

Луи-Фердинанд Селин "Mea culpa"

Надо сказать, что заперт он тщательно, новый избранник обновленного общества… Даже в Петропавловке, знаменитой тюрьме, сидельцы прошлого так хорошо не охранялись. Они могли там думать, что себе хотели. С этим теперь покончено тотально. Чтобы писать, об этом нет, естественно, и речи! Он, Прол Пролович, и это можно смело утверждать, защищен, как никто, за сотнями тысяч нитей колючей проволоки, любимчик новой системы! от внешней грязи, даже от запахов загнивающего мира. Это он, Пролович, содержит (из своего нищенского кармана) самую многочисленную, самую подозрительную, самую подлую, самую садистскую полицию на всей этой планете. Нет! наедине с собой его не оставляют! Бдительность неусыпна! Его не выкрадешь, Проловича!.. а все же он скучает!.. Это ж видно! Он бы отдал все, чтобы вырваться наружу! Превратиться, как говорилось раньше, в «туриста» ради толики разнообразия! Он бы не вернулся никогда. Это вызов, который можно бросить Советским Властям.

Луи-Фердинанд Селин "Mea culpa"

У нас он мог бы поразвлечься, Прол Пролович! Есть еще маленькие забавы, необычные подпольные проказы, в общем, удовольствия! Даже эксплуатированный на 600 процентов, Человек сохранил свои развлечения!.. Как он любит вырваться с работы в новом смокинге (напрокат), поиграть в миллионера виски! Блаженствовать в кино! Он буржуазен до последних фибр своего существа! У него вкус к фальшивым ценностям. Он обезьяна. Он испорчен… У него ленивая душа… Он любит только то, что дорого! или, скорее, то, что кажется ему дорогим!

Луи-Фердинанд Селин "Mea culpa"

Человек — наихудшее из всех отродий!.. что, независимо от условий, он производит свои муки сам, как сифилис свою сухотку спинного мозга… Вот в чем настоящая механика, последние глубины системы!.. Надо бы пришлепнуть льстецов, вот в чем самый большой опиум для народа…
Человек человечен настолько, насколько курица способна к полету. Когда она получает поджопник, когда автомобиль ее подкидывает в воздух, она взлетает до самой крыши, но тут же падает обратно в грязь, клевать навоз… Это ее природа, ее призвание. У нас, в обществе, все точно так же. Самой последней мразью мы перестаем быть лишь под ударом катастрофы. Когда все более или менее улаживается, наше естество возвращаетсся галопом.
...Но Советы впадают во грех, в лукавые словеса. Они слишком хорошо знают все приемы. Они с головой уходят в пропаганду, они пытаются набить кусок дерьма начинкой, сделать из него конфетку… Отсюда вонь системы.

Луи-Фердинанд Селин "Mea culpa"