Исключено, что еврейская культура могла быть настолько полностью изолирована ото всех влияний арийского созидательного духа, как это желает внушить нам наша новая семитофильская школьная теология. Напротив, в Библии более чем в одном месте находятся доказательства того, что еврейская культура была культурой абсолютно несамостоятельной и заимствованной от чужеземцев.
Но как и сегодня, так и тогда уже существовали темные расовые гибридыучителя в духовном воровстве, и они замечательно умели украшать себя чужими перьями. В настоящий момент доказано, что изложенные в евангелиях идеи связаны с древними воззрениями эллина Филона Александрийского, а с другой стороны, с гностицизмом. Однако оба влияния могут быть вполне расценены как арийские. Кроме того, в начале нашей эры Палестина находилась под римским господством.

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

Если же мы и дальше последуем за логосом, нам станет еще более ясно, что он является не чисто теологическим и уж тем более не метафизическим, но палеоантропологическим понятием, которое образует ключ к пониманию антропологических спекуляций и преданий древних. В Апок. 19: И (согласно переводу Лютера) мы читаем: "И увидел я отверстое небо, и вот конь белый (hypos leukos), и сидящий на нем называется Верный и Истинный (pistos kai alethinos), Который праведно судит и воинствует...

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

Библейское дерево называется, как известно, "древом познания добра и зла", эддическое мировое древо (ясень) - Иггдрасиль.
Под Иггдрасилем сидят таинственные норны Урд, Верданди и Скульд. Божественные существа охраняют дерево. Один висит на нем до начала времен, и от этого Иггдрасиль обретает свое название, поскольку Игг - это имя Одина. По-видимому, оно обозначает Одина в вызывающей ужас первобытно-мировой и змеевидной форме. Игг, также как великаны Экке и Энзо, сохранился в немецких народных сказаниях и в старых называниях угодий и мест (например, Игг-камень на Донау, Энцерсдорф и т. д.). Вместе с тем мы видим то же уже в библейском "древе Змея". Апок. 22:2 ясно говорит о том, что дьявол и сатана является "змеем и первоначальной змеей". Также и Саксон Грамматик знает Вотана-Игга и называет его "ясновидцем" и человеком неизвестного возраста, далеко превышающего человеческое разумение.

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

"Люди кали-юги будут делать вид, что не знают о разнице рас и о священной сущности брака, об отношении ученика к учителю, о важности ритуалов. Люди будут стараться лишь приобрести больше денег, самые богатые и будут обладать полнотой власти. Жизнь будет униформизированной, во всем будет царить смешение и неразборчивость. Единственной связью между полами будет удовольствие, единственное средство достичь успеха - конкуренция, ложь."

Линга-пурана

На лугу, веселясь, [асы]
в тавлеи играли,
все у них было
только из золота,
- пока не явились
три великанши,
могучие девы
из стунхейма.
(...)
Ясень я знаю
по имени Иггдрасилъ,
древо, омытое
влагою мутной;
росы, с него
на долы нисходят;
над источником Урд
зеленеет он вечно.
Мудрые девы
оттуда возникли,
три из ключа
под древом высоким;
Урд имя первой,
вторая Верданди, -
резали руны,
- Скульд имя третьей;
судьбы судили,
жизнь выбирали
детям людей,
жребий готовят.
Помнит войну она
первую в мире:
Гулльвейг погибла, пронзенная копьями,
жгло ее пламя
в чертоге Одина,
трижды сожгли ее,
трижды рожденную,
и все же она
доселе живет.
Хейд ее называли,
в домах встречая,
вещей колдуньей,
творила волшбу
жезлом колдовским;
умы покорялись
ее чародейству
злым женам на радость.

Старшая Эдда.

К этому несколько темному месту в Эдде имеется комментарий - у Платона в его "Тимее" (XII). Там заявляется, что жители райских атлантических островов долгое время сохраняли свою божественную природу, пока к ним не пришло достойное проклятия "золото" и сделало из этих полубожественных существ обычных людей.
Рассказ Платона и Эдды, приведенный с библейской историей творения, показывает, что трактуемая как личность Гулльвейг соответствует змее рая и пагубному плоду рая Библии. Вместе с тем тотчас падает свет на темный эпизод с грехопадением. Грехопадение относится, как следует из наказания Евы рождением в муках (3:16), не к моральнотеологической сфере, но к антропологической сфере. Грехопадение не было ничем иным как расовым смешением и связанным с этим физическим и духовным ухудшением божественного рода.

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

Мы видели, как темные расы упорядочили религии по своему вкусу и на свою пользу, мы своими глазами видим, как этот в значительной степени расово-неполноценный еврейский народ, несмотря на свою небольшую численность, урвал себе с помощью своей тайной религии расового культа все богатство и всю силу властителей мира.

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

Нам нужно воздвигнуть алтари, и возложить на них в жертву напиток святого Граля, и принести в дар жертву крови и плоти и чистого, усмиренного сердца, полыхающее жертвенное сердца, которое освобождает от порока смешения и поклясться торжественным обещанием родственной любви!

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

Также в саге о Грале встречается целомудренная дева, которая держит ценную чашу Грааля в своих чистых руках. Граль охраняется в расположенной на высокой горе крепости Граля, а дева - его хранительница и охранница, в то время как король Граля и рыцари Граля - его защитники. Для их рыцарского служения Граль питает их чудесной, дарящей жизнь пищей, которая содержит их в здравии и долгой жизни, точно также как и люди под горой Варвары обладают неограниченной продолжительностью жизни.

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

В этих горных пещерах дышится легко и свободно, так же свободно, как и в Херзельберге госпожи Венеры. Всему этому соответствует и употребление слова gral в прозаическом и документальном языке средневековья. Однако не многие такие места являются для нас подтвержденными. УАшбаха (Графы Вертгейма 2,111) читаем: "Хутора у часовни, которую называют Гралем (Gral)". Еще более бросается в глаза то, что в том же источнике и в последующих упоминается "погреб" под этой часовней Граля. - Кроме того, "Gral" использовался символически в народном языке для обозначения "самого дорогого", "самого любимого", "самого высокого". Так, у Шнеллера (Баварский словарь, I, 993) имеется выражение: "она - Граль (gral) его сердца".

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

Первоначальный смысл храма - "окруженный изгородью" и отсюда "святая земля", а храмовников можно в этом смысле рассматривать как стражей и жрецов этой священной, избранной земли и ее духовных сокровищ. Слово "храмовник", следовательно, имело древнее, первоначально священное звучание. Безусловно, широко известный в эпоху расцвета средневековья Орден тамплиеров также состоит в теснейшей связи с сагой о Грале. Сам выбор Монсальважа как замка Граля указывает на это.

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

Ведь основные владения Ордена тамплиеров находились в южной Франции и в северо-восточной Испании - именно там, где локализована сага о Грале. С другой стороны, разнообразные связи Ордена тамплиеров с Палестиной и востоком, где, собственно, и находилась главная область его действий, объясняли бы наряду с этим и смешение восточных, в особенноев гностических, спекуляций и саг с сагой о Грале. Хотя этот Орден уже в начале 14 столетия был упразднен, он до сих пор продолжает жить в народе в сагах и поэзии и даже в странах, ще тамплиеры никогда не имели владений. Однако кажется верным, что тамплиеры многократно были хранителями древней арио-германской перворелигии, высшего, эзотерического христианства и своего рода тайного священства, - предположение, которое впервые было высказано Г. ф. Листам.

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

Арийцы всегда и везде были жреческим народом. Священство – это необходимое дополнение к воинству и крестьянству. На самом деле Тацит рассказывает (Германия 7,10 и др.) о том, что германские жрецы имели большую власть, чем даже герцоги, и что им вменялись в обязанность не только духовная дисциплина народа, но и надзор за священными лошадями в божественных рощах. Уже из этого вытекает, что германские - также как и все арийские - жречества задавались животноводческими вопросами и что их круг деятельности был большим, чем те обязанности, которые мы сегодня понимаем под "религией". У арийцев священник был как учитель и пастырь народа, занимая первое и самое предпочтительное положение опекуна искусства и науки, политических и церквных ведомств. Поэтому в Германии могло развиться особое церковное княжество, остатком которого является суверенное папство.

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

Брахман, учитель и жрец народа как глашатай истины и хранитель телесного и духовного воспитания должен был быть независимым, князем, поскольку только так он мог свободно и беспрепятственно выступать в защиту истин благополучия, также как и осуществлять их исполнение. Поэтому священство у всех арийских народов имело княжеский, аристократически характер, а с другой стороны, королевство и воинство - сакральный, жреческий характер. Вплоть до Нового времени существовали немецкие епископы и аббаты, которые могли превосходно управлять как мирным епископатом, так и воинским мечом. "Религия" была для наших героико-арийской предков большим, чем то, что под ней понимает Новое время.

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

Религия, о чем говорит ее имя, была обобщением искусства и науки для духовной и телесной святости человечества. Теперь же все духовное воспитание основывается на телесном воспитании, в то время как телесное воспитание являлось также важнейшей задачей арийского священства. И я придерживаюсь мнения, что героический, светловолосый, светлоглазый человек является результатом того жреческого воспитания.

Jörg Lanz von Liebenfels — "Ostara"

Kalki

Брагою слëз пламей в моих снах...
Речью Высокого возродись на устах!
Средь мук и тумана знаменем рдей,
Попирай мрак обмана, звериных людей!

В Серебре Королей отыщи вышину,
В длани с мечëм отошедших ко сну...
В пещерах таится источник кровей...
Чашей в тебе! Янтарëм багровей!

В горечи звëзд сказание брать
Чистым ветрам Гимны внимать...
И пасть пред ручьями, потоками грëз,
Отринув весь тлен в таинстве роз...

Отринув печали сердец, позабыть
Всю скорбь и кручину, знамением быть!
Он радостью Солнца и Молний раскатом
Для Кришны и Рамы явится братом!

Он явится всадником копьë сжимая рукой
Роком неистовым, разноцветной дугой
Волей сжигая нашу робость сердец
Для Юги нечистых — он явит конец.

Во снах мне являлся скиталец пророк
Он руну оставил, но не ясен мне срок
Не ясен поныне остался мне Миф
Он руну оставил суть еë скрыв...