"...И бла­го­склон­но Боги­ня меня при­ня­ла, и рукою
Пра­вую руку взя­ла, и веща­ла ко мне, и ска­за­ла:
«Юно­ша, спут­ник бес­смерт­ных воз­ниц, под чьею охра­ной
Лоша­ди эти тебя домча­ли до наших чер­то­гов,
Радуй­ся! ибо не злая судь­би­на тебе ука­за­ла
Стран­ст­во­вать этим путем, столь даль­ним от троп чело­ве­чьих,
А ука­за­ли Прав­да и Суд. Познай же как долж­но
И круг­ло­вид­ную Исти­ну с серд­цем незыб­ким..."

Парменид "О Природе"

"...Как я с вами дружил,
Верные боги мои!
Всею душой вас любил.
Если б вы знали о том.

Я ведь тогда не умел
Ваши назвать имена,
Да и вы никогда
Не окликали меня
Именем, как у людей
Это заведено.

Вас я узнал и постиг
Лучше, чем людей
Даже за всю мою жизнь.
Понял я тишину,
Где обитает Эфир.
Но человечий язык
Мне не понять никогда..."

Иоганн Кристиан Фридрих Гёльдерлин
"Когда я мальчишкою был"

[Путь Истины]
Ныне скажу я, а ты восприми мое слово, услышав,
Что за пути изысканья единственно мыслить возможно.
Первый гласит, что «есть» и «не быть никак невозможно»:
Это — путь Убежденья (которое Истине спутник).
Путь второй — что «не есть» и «не быть должно неизбежно»:
Эта тропа, говорю я тебе, совершенно безвестна,
Ибо то, чего нет, нельзя ни познать (не удастся),
Ни изъяснить, Ибо мыслить — то же, что быть,
Можно лишь то говорить и мыслить, что есть; бытие ведь
Есть, а ничто не есть: прошу тебя это обдумать."

Парменид "О Природе"

Ибо
Есть лишь «Быть», а Ничто — не есть: разду­май об этом!
Ибо я воз­бра­няю тебе пер­вый путь разыс­ка­ния,
Но воз­бра­няю и тот, по кото­ро­му бро­дят невеж­ды,
Люди о двух голо­вах*, в чьем серд­це бес­по­мощ­ность пра­вит
Празд­но бреду­щим умом.
Глу­хие они и сле­пые
Мечут­ся, оше­ло­мясь, неспо­соб­ное пле­мя к суж­де­нью,
Те, кому быть и не быть, — одно и то же и вме­сте
Не одно и то же: все­му у них путь есть попят­ный.

Парменид "О Природе"

* Люди о двух голо­вах… — Выпад про­тив после­до­ва­те­лей Герак­ли­та с его диа­лек­ти­кой един­ства про­ти­во­по­лож­но­стей.

Рассуди многоспорящий довод Разумом, мной приведенный. Один только путь остается, «Есть» гласящий; на нем — примет очень много различных,
Что нерожденным должно оно быть и негибнущим также,
Целым, единородным, бездрожным и совершенным.
И не «было» оно, и не «будет», раз ныне все сразу «Есть», одно, сплошное.
Не сыщешь ему ты рожденья.
Как, откуда взросло? Из не-сущего? Так не позволю Я ни сказать, ни помыслить: немыслимо, невыразимо Есть, что не есть.
Да и что за нужда бы его побудила Позже скорее, чем раньше, начав с ничего, появляться?
Так что иль быть всегда, иль не быть никогда ему должно.
Но и из сущего не разрешит Убеждения сила,
Кроме него самого, возникать ничему. Потому-то Правда его не пустила рождаться, ослабив оковы,
Иль погибать, но держит крепко. Решение — вот в чем: Есть иль не есть?
Так вот, решено, как и необходимо,
Путь второй отмести как немыслимый и безымянный (Ложен сей путь), а первый признать за сущий и верный.
Как может «быть потом» то, что есть, как могло бы «быть в прошлом»? «Было» — значит не есть, не есть, если «некогда будет».
Так угасло рожденье и без вести гибель пропала.

Парменид "О Природе"

Изначальный смысл слова «Ort» (место) - острие ко­пья. В нем все сходится. Место-острие стягивает все в себя в высшей и предельной степени. Место-острие (со­ бранное, сосредоточенное в себе), настигая, добыва­ет для себя, храня и утаивая добытое, однако не в фор­ме некоего запирающегося ящика, но таким образом, что оно просвечивает свою добычу, пронизывает ее светом и лишь посредством этого впускает в свою сущность.

Мартин Хайдеггер "Язык поэмы истолкование (поиск местности) поэзии Георга Тракля"

https://t.me/wildejager

Всякий великий поэт поэтствует из <глубины> одной-единственной поэмы/стихотворения. Его величие изме­ряется тем, в какой степени ему удается быть в доверительных отношениях с этой единственностью, и притом так, чтобы его поэтическая речь пребывала там во всей чистоте.
Поэма поэта остается невыговоренной. Ни каждое от­дельное стихотворение, ни вся их совокупность не изъ­ясняют всего. И все же каждое произведение говорит из совокупной целостности этой единственной поэмы и каж­дый раз сказывает именно ее. Из местности поэмы ис­ходит волна, каждый раз движущая речь в качестве речи поэтической. Однако эта волна почти не покидает мест­ности поэмы, так что это истеченье вполне позволяет целостному движению сказывания возвращаться в неиз­менно укрываемый первоисток.

Мартин Хайдеггер "Язык поэмы истолкование (поиск местности) поэзии Георга Тракля"

Место поэмы, утаивая, спасает - в качестве истока движущейся волны - скрытую сущность того, что метафизически-эстетическому пред­ставлению может являться прежде всего в качестве ритма.
Поскольку эта единственная поэма пребывает в невысказанности, истолковать ее место (уместить - erörtern) можно лишь следующим образом: попытаться из выска­зываний отдельных стихотворений указывать в направ­лении их местности. Однако для этого надо каждому от­ дельному стихотворению дать свое истолкование, кото­рое приведет звучащий строй, пронизывающий ярким светом все поэтическое сказывание, к некоему первосиянию.

Мартин Хайдеггер "Язык поэмы истолкование (поиск местности) поэзии Георга Тракля"

Близок,
Но труднопостижим Бог.
Но там, где опасность всё больше,
Там где-то вблизи и спасенье.
Во мраке гнездятся орлы,
И горных пастбищ сыны
Шагают бесстрашно по хрупким
Мостам над провалами бездн...

Иоганн Кристиан Фридрих Гёльдерлин
"Патмос" Ландграфу фон Хомбур посвящается

"...Есть у мастеров старинных
На божественных картинах
За фигурами святых
Дивный сад, где воздух тих,
Где безоблачные выси,
Травы, и цветы, и листья -
Словно грезы, что подчас
Спящих переносят нас
На какой-то остров дальний -
Чтоб, очнувшись в душной спальне,
Знали мы: за явью скрыт
Мир иной..."

Уильям Батлер Йейтс "Под Беном-Балбеном"

По прошествии почти полтысячелетия с начала Великой Испанской Эпопеи единения и любви, развернувшейся в Америке, я, плод этой любви Испании, прибыл сюда, в земли господина нашего, дона Филиппа, чтобы передать вам (выражаясь на ясном испанском языке) мудрость, утерянную вместе с Александрийской библиотекой, мудрость, которую вы сможете восстановить через меня.

Мигеля Серрано "Наше Мировоззрение"

Механическая, основанная на теории Взрыва наука верит в то, что видимая Вселенная насчитывает около десяти миллионов лет, и что она прекратит свое существование в определенный срок.
Мудрые риши ведической Индии определяли периоды вечного Возвращения как Кальпы, Манвантары и Юги. Круги внутри других кругов.
Мы находимся сейчас вблизи конца, когда поток бытия встречается с раскрытой пастью Волка Фенрира, в Кали-юге, в четвертом периоде, в железном веке (предыдущие три: бронзовый, серебряный и золотой, золотой век — первоначальный рай). Наша космогония знает и о пятой эпохе, которая наступит как результат Суда Кали-юги, о свинцовом веке, веке неописуемого ужаса.

Мигель Серрано "Наше Мировоззрение"