Вещи, когда-то произраставшие, стре­мительно исчезают. Они уже не могут больше являть свою самобытную подлинность сквозь сплошную опредмеченность. В письме от 13 ноября 1925 года Рильке пишет:
«Еще для наших дедов "дом", "колодец", хороню знакомая башня, да даже их собственная одежда, их плащ были чем-то бесконечно большим, бесконечно интимно-близким;
почти каждая вещь была сосудом, в котором они обнару­живали человечное, накапливая там его. Теперь же к нам из Америки устремляются и напирают на нас пустые рав­нодушные вещи, вещи-мнимости, вещи-оболочки, муляжи жизни... По-американски понимаемый дом, американское яблоко или тамошняя виноградная лоза не имеют ниче­го общего с домом, фруктом, виноградом, пропитанными надеждами и задумчивостью наших предков...» (Письма из Мюзота, с. 335 и далее).

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Однако это американское есть лишь концентрирован­ ный возвратный удар, отдача Европе действенной сущ­ности европеизма нового времени; той Европе, в кото­рой, конечно же, посредством завершения метафизики, совершенной Ницше, была продумана по меньшей мере та сфера сущностной проблематичности мира, в которой бытие начинает господствовать как воля к волению. Не только лишь американское угрожает со всех сторон нам, людям сегодняшнего дня, но уже нашим предкам и их ве­щам угрожала со всех сторон непознанная сущность тех­ники. Указующая нить рилькевского размышления состо­ит не в попытке еще спасти вещи праотцов. Мы должны, заранее продумав, познать, что за этим стоит, что имен­но становится сомнительным (и проблематичным) в вещ­ности вещей. Ведь еще раньше, 1 марта 1912 года, Риль­ке писал из Дуино: «Мир скукоживается; ибо даже вещи Делают в своей сфере то же самое, перекладывая своё существование всё более в вибрацию денег и развивая там некое подобие духовности, которая уже сейчас пре­восходит их ощутимую реальность. В эпоху, в которой я сейчас странствую [Рильке имеет в виду четырнадцатый век], деньги были еще золотом, еще металлом, некой пре­красной вещью, сподручнейшей и понятнейшей из всех».
(Письма 1907-1914, с. 213 и след.).

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Стары цари; еще живут,
но в положенье оборонном.
Сыны в младенцах похоронны,
и силу немочным коронам лишь дочери еще дают.

Кромсает плебс короны в деньги.
Властитель мира, бог шеренги, бросает их в огонь машин,
что ему служат ревом шин;
но нет им счастия вершин.

Металл тоскует, хочет в горы, забыть колеса, денег звон,
что учат мелочности мелкой.
От касс и фабрик - на просторы,
вновь жилой гнать могучий гон,
нырнуть в ущелья быстрой белкой,
чтоб гор родных закрылся створ.

Райнер Мария Рильке "Паломничества" 1901 г.

На место того, чем когда-то видимое глазу мировое со­держание вещей одаривало изнутри себя, всё быстрее, решительней и окончательней проталкивает себя пред­метность технического господства над землей. Это господ­ство не только формирует (наставляет) всё сущее в каче­стве изготовляемого (выставляемого) в процессе произ­водства, но и заставляет продуктами производства весь рынок. Человечность человека и вещность вещей раство­ряются внутри этого победительного, устремленного-к-успеху производства (выставления) в рассчитанной рыночной стоимости рынка, который в качестве мирово­го рынка не только охватывает всю землю, но в качестве воли к волению торгуется в существе бытия и таким обра­зом приводит всё сущее к деятельности расчета, господ­ствующего всего упорнее там, где числа не нужны.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

В той мере, в какой человек вы­страивает мир технически в виде предмета, он предумыш­ленно и окончательно загораживает себе и без того уже перекрытый путь в Открытое/Открытость (ins Offene).
Устремленный к собственному успеху, победительный (sichdurchsetzende) человек - это функционер от техни­ки, неважно, ведомо ли это ему как персоне или нет, хо­чет он об этом знать или нет. Он не только находится вне Открытости перед ним, но вследствие предметной кон­кретизации (опредмечивания) мира нарочито отворачи­вает лицо от «чистой связи» (vom reinen Bezug). Человек отрезает себя от чистой связи (корелляции). Человек тех­нической эпохи пребывает в таком вот разрыве супротив Открытости. И это не разрыв или прощание с..., но раз­рыв/прощание супротив...

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

...И хотя риск швыряет рискующее (обреченное риску), он в то же время оставляет его на весах. Риск отпускает рискующее, но так, что направляет прочь-швыряемое не во что иное, как в поход/тягу к Центру. Этим походом/ тягой рискующее обязано Центру.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Тяготение чистых сил, неслыханная сердцевина, чистая связь, целостное, настоящее отноше­ние, совершенная природа, риск - всё это одно и то же.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Целостную связь, содыхательную тягу, которую вся­ кое сущее в качестве рискующего продолжает сохранять, Рильке любит называть «Открытым, Открытостью» (das Offene). Это слово - другая основополагающая лексема его поэзии. «Открытое» (offen) на языке Рильке обозначает то, что не загораживает, не запирает, не блокирует.
Не запирает, потому что не ограничивает. Не ограничи­вает, потому что внутри себя оно свободно ото всех барье­ ров, преград, пределов. Открытое, открытость есть вели­ кая цельность всего того, что освобождено ото всех пре­ пятствий и преград. Оно дает возможность рискующим на чистую связь (на содыхательную тягу) существам дви­гаться в качестве влекомых, так что в многообразии взаи­моотношений, но не наталкиваясь на преграды, они, вле­комые, движутся дальше. Таким образом влекомые тягой, они восходят в безграничное, бесконечное. Они вовсе не растворяются в нереальном Ничто, но творят себя в це­ лостности Открытого.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Открытость впускает. Однако впускание означает не предоставление входа и доступа к закрытому, словно бы сокрытому следовало открыться, чтобы явить себя в ка­честве несокрытого. Впускать значит: втягивать и вклю­чать в непроясненную целостность черты чистой связи (со-дыхательной тяги). Впускание обладает, подобно спо­собу, каким существует Открытость, характером приоб­щения по типу тяготения чистых сил. Чем меньше рис­кующему препятствий при допуске к чистой связи (содыхательной тяге), тем более принадлежит оно к великой целостности Открытости. Поэтому Рильке и называет су­щества, непосредственно в это величие отважно вошед­шие и в нем себя покачивающие, «вещами, привыкшими к великому» (Поздние стихотворения, стр. 22). Человек к ним не принадлежит. Стихи, воспевающие это различное отношение живых существ и человека к Открытости, -восьмая Дуинская элегия. Различие заключается в различ­ных степенях осознанности. Различение сущего по этому признаку стало привычным в новоевропейской метафи­зике со времен Лейбница.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

То, что угрожает сущности че­ловека, - мнение, будто техническое производство при­ведет мир в порядок, в то время как именно это упорядо­чивание приводит к уравниловке все ordo* то есть всякий разряд и ранг приводится к <монотонному> однообразию фабрикуемого и таким образом заранее изымается из бы­тия сфера возможного появления знатного и признатель­ного.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

* Ordo - чин, ряд, сословие, орден, устав, благоустрой­ство, порядок и т.д. (лат.).

Погибельна в качестве этой особой машинерии убий­ства не атомная бомба, ставшая притчей во языцех. То, что давно уже грозит человеку смертью и притом смертью самой его сущности - это неограниченность его го­лого хотения в смысле преднамеренной победительной устремленности-к-успеху во всем. То, что угрожает самому существу человека, так это волевая убежденность в том, что посредством мирного высвобождения, преобразования, накопления и управле­ния природными энергиями человек может сделать чело­веческое существование сносным и в общем счастливым для всех. Однако покой такого миролюбия есть лишь ненарушаемо длящаяся нервозная суетливость безумия умыш­ленной и предельно эгоистической устремленности-к-уснеху.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Что угрожает человеку в его сущности, так это мнение, будто бы на эту реализацию фабрикуемого мож­но отваживаться без всякой опаски, если при этом учи­тывать и другие интересы, скажем интересы веры. Слов­ но бы для того сущностного отношения, в которое чело­век перемещён посредством технического хотения/воли к целому сущего, могла бы найтись в некой пристройке возможность обособленного проживания, которое могло бы предложить больше, нежели чем временные выходы в самообольщения и самообман, к которым принадлежит и бегство к греческим богам.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Опасностью является не просто совокупная тоталь­ность хотений (похотей. - Н.Б.), но само хотение в обра­зе самопродвижения-к-успеху внутри мира, дозволяемо­го лишь как воля. Волящее из этой воли хотение уже ре­шилось на безоговорочное повелевание. Этим решением уже была создана всеохватная организация. Однако сама техника прежде всего препятствуют всякому познаванию своей сущности. Ибо в то время, как она разворачивает себя без ограничений, она и в науках развивает тот род знания, которому в принципе запрещено пытаться про­никнуть в сущностную область техники, не говоря уж о размышлениях по поводу ее сущностных истоков.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

«Вогонь Традиції»: виходить книга філософа Едуарда Юрченко в суперобкладинці.

❗️Наклад обмежений.

Збірка поєднує статі автора на різноманітну тематику: від дослідження традиційної релігійності до геополітики, від осмислення шляхів історії Європейської цивілізації до футурологічних студій.

Спільним є тверда вкоріненість в традиціоналістичному світоглядному фундаменті та україноцентричному баченні проблематики, що має не останнє значення в періоді зростаючої інфільтрації сфери гуманітарного знання неомарксистськими ідеологемами і елементами.

Автор Едуард Юрченко – філософ-традиціоналіст та військовослужбовець бригади АЗОВ.

Передзамовити можна за посиланням:
📍https://rainshouse.com/edyurchenko-book

Більше шукайте на RAINSHOUSE.com 🍷

Существо техники крайне медленно обнаружива­ет себя, являясь свету дня. День этот есть переподготов­ленная к сугубо техническому дню мировая ночь. Этот день - самый короткий из дней. Он несет угрозу уникаль­но бесконечной зимы*. Сегодня человек не только ли­шился защиты, но сама неповрежденность (целомудрие) целостного Сущего пребывает во мраке. Благо цельно­сти (das Heile) уклоняется. Мир становится повреждено-скверным (heillos). Посредством этого пребывает сокры­тым не только священное (das Heilige) как след, ведущий к Божеству, но, кажется, что уже стерт даже сам след к свя­щенному, спасительная его цельность (das Heile).

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

* Быть может, об этой зиме идет речь у Рильке в начале XIII со­нета из второй части.

Быть может, лишь немногие смертные еще в состоянии ви­деть повреждено-скверное в качестве угрозы. Им выпа­ло убедиться, какая опасность достается человеку в на­следство. Опасность состоит в той угрозе, которая под­крадывается к самой сущности человека в его отношении даже к бытию, а не в каких-то случайных опасностях. Эта опасность и есть собственно опасность. Для всего сущего она скрывается в бездне. И видеть эту опасность, и пока­зывать её должны те смертные, которые раньше достиг­нут этой бездны.

"...Но там, где близко опасность,
растет и спасение тоже."

Гёльдерлин (IV, 190)

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Растение и зверь впущены в Открытость. Они - «в ми­ре». «В» означает безпросветную (непроясненную) включенность/втянутость в упряжь чистой связи (содыха-тельной тяги). Такое отношение к Открытости, если здесь вообще еще можно вести речь о некоем «к», есть неосознанная устремленно-влекомая встроенность в це­лостность сущего. С подъемом сознания, сущностью ко­торого для новоевропейской метафизики является пред­ставление, возрастает стояние/состояние и противо­ стояние предметов (Gegenstehen der Gegenstände). Чем выше сознание, тем исключённее из мира становится со­ знающее существо. Поэтому человек, согласно письму Рильке, пребывает «перед миром». Он не впущен в От­крытость. Человек стоит напротив вселенной. Он не про­ живает непосредственно в потоке и на ветру целостной содыхательной тяги (чистой связи).

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

"Более рисковая отвага, более жаждущая, чем любая победительность (Sichdurchsetzen), так как она послушна в служении, «творит» для нас безопасное бытие в Откры­тости."

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Создавать - значит черпать. Черпать из источни­ка означает: принимать натекающее и приносить воспринятое. Более рисковая отвага послушного в служении намеревания не делает ничего. Она воспринимает и переда­ет воспринятое. Она приносит до тех пор, покуда воспри­нятое не развернется во всей своей полноте. Более ри­сковая отвага свершает, осуществляет, но не производит.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"