Вычёркивать имена (Ивану Бунину)

От былых строк, остался блёклый призрак.
Сажей покрывались, чернила и талант;
Беспамятство объяло, мысли в блеске лат,
Не устоял пред временем лазури зрак.

Круглоголовых англикан принять за брата?
Нет! Забыть наследие священной Лиги,
Непримиримость обменять на тлен; вериги
Лет сковали думы, вот за забытье расплата.

Вычёркивать имена, как Паунд - строки,
Удел потомков, коих могли вы приобщить
К блаженно-старой Были, испещри‌ть
Их грёзы Пламенем, кое не меркнет в сроки.

Молчать и не писать, ржавеет уж струна...
Коль в Окаянных днях - нищает дух трувера.
Молчать и не писать. Соотечественника вера,
Тогда не вычеркнет вовек и ваши имена.

11.01.2024

Од­нако уже из разговоров окружающих стало ясно, что мы во „враждебном стане”. Какой-то рабочий с упоением рассказывал о своем участии в составе Красной гвардии в борьбе против казаков Красновского корпуса:
„Поначалу нас было поперли, а потом, как наши дадут казакам жару!..” (далее следовало непечатное ругательство).

Виктор Ларионов "Последние юнкера"

Себя обуздывай, тогда с другими сладишь
Тщеславье сбрось,
Ты лишь побитый градом пёс,
Ты тетерев-глухарь под вспышкой солнца,
Ты чёрно-бел до кончиков волос,
Не различаешь, где крыло, где хвост,
Тщеславье сбрось.
Как ненависть твоя низка,
Взращённая на лжи,
Тщеславье сбрось,
На разрушенье скор, на милость скуп,
Тщеславье сбрось,
Я говорю, отринь.
Но действовать взамен безделья —
не есть тщеславье,
Достойно сокрушить
То, что и Блант открыл,
Вобрать из воздуха традицию живую
или огонь неукрощённый из старческих прекрасных глаз —
Не есть тщеславье.
Бездействие здесь было бы порочно
и нерешительность подобна смерти…

Эзра Паунд "Canto (LXXXI)"

То, что Рильке называет природой, не отделено от истории. Прежде всего она не является для него пред­метной областью естествознания. Не противостоит при­ рода и искусству. Она - основа истории, искусства и при­ роды в более узком смысле слова. В используемом здесь слове природа еще вибрирует отголосок раннего слова Φύσις «фюсис», что соответствует также ζωή, что мы пе­реводим как «жизнь». Но эта рано помысленная сущность жизни была представлена не биологически, но как Φύσις , восходяще-раскрывающееся. В стихотворении в девятой строчке «природа» названа также и «жизнью». Приро­да, жизнь именуют здесь бытие в смысле сущего в целом.
Ницше однажды написал в одном фрагменте 1885/86 го­дов: «Бытие - у нас нет никакого о нем иного представле­ния, кроме как "жить". - Следовательно, может ли что-то быть мертвым?» («Воля к власти», аф. 582).

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

« Mon sang coulera pour me punir de n’en avoir jamais versé. »

⚜️ Louis XVI, roi de France.

Башня старого А‌хена

"...Из пепельных комнат ангелы вышли, калом испачкавши крылья.
Капают черви с их век, с век пожелтевших.
Перед церковью площадь всё так же мрачна и безмолвна, как в детстве.
На ступнях серебристых скользят, ускользая, наши прежние жизни.
Обреченные тени уходят к стонущим водам.
А в одном из склепов могильных белый маг со змеями играет.

Отверзаются молчаливо над Лобным местом златые Господние очи."

Георг Тракль "Псалом"

"Демон — это дух, соединяющий в себе мужской и женский облик.
Дух, не столько злобный, сколько страдающий и скорбный, но при всем том дух властный... величавый."

Михаил Врубель – Письма; воспоминания о художнике.

Век выспренности, китча, гротеска, фиглярства,
Что днесь раскинул ветви холуйского жеманства,
Несёт под маской маску, средь общества спектакля
И под обоими неся себя как тень от глиняных фигур,
Совершенно полых. Цивилизация разрушенных культур,
Нашла себя в стихе "Псалом", провидца: Тракля.

Горою сделался Энгадин, когда там жил Поэт...
Мигренью сделалась эпоха за пол века, а Его всё нет.
"Среди врагов" неписанный сонет, как память —
безразмерен.
Элегий строфы из Мегар, иль провансальский жар де Борна...
Одна лишь хмарь, что здесь, что там, всё пестует себя задорно,
Под лозунгом: до конца дней мертв Кориолан.

Героям новым, но давно уж позабытым как Илья:
Вовек плиту Сятогора ни поднять, ни увидать им янтаря –
В душе потомков. Тартюфа племя — мощь древнюю затмило!
Надгробия забыть в гниении, пожелал дух Карфагена,
И нет Парцифаля, Ясона, Арджуны, Одиссея, но поёт Сирена!
Да толпы жгут посели уголь, чтоб погасить чёрное светило.

Где Рим грядущий? Ужель в узколобом безумии клошар?
Иль дурная хтонь, родит его: Понтифика стожар?
Был Ахен Римом, и тогда подобно Проклу —
учил доминиканец!
Был Рим Генриха, Оттона, да гибеллины шли без папского фавора.
Но где тот Рим? Я вижу захватила всё — экклесий чернооких свора!
На полотнах Врубеля наш Рим! И "Демон" есть — Германец.

12.10.23-22.01.24

Рильке называет природу, в той мере, в какой она есть основание все того же сущего, которое есть мы сами, праосновой, первопричиной (Urgrund). Это указыва­ет на то, что человек устремляется к основанию (причи­ не) сущего дальше, чем другое сущее. Основу сущего ис­покон веков называют бытием. Отношение обосновыва­ ющего бытия к обоснованному сущему и здесь, у челове­ка, и там, у растения и зверя, - одинаково. Оно состоит в том, что бытие каждый раз «отдает (обрекает) на риск / отвагу» сущее. Бытие выпускает сущее в рискованное предприятие. Это прочь-швыряемое выпускание/осво­бождение и есть истинный риск, отвага. Бытие сущего и есть это отношение прочь-брошенного к сущему. Соот­ ветствующее сущее и есть рискующе-смелое. Бытие есть просто риск. Оно рискует нами, людьми. Оно рискует живыми существами.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Сущее существует (ist) в той мере, в какой оно снова и снова остается рискующим. Но риску­ющее (обреченное на отвагу) сущее пребывает в бытии, то есть в отваге, риске. Сущее таким образом само отва­живается, рискует, предоставленное риску. Сущее дви­жется вместе с риском, в который оно выпущено. Бытие сущего есть риск.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Помышляемая здесь воля - не обобщение психологически всеобще­го желания. Напротив, метафизически познаваемая воля человека пребывает лишь готовой противоположностью воле как бытию сущего. Когда Рильке представляет при­роду как риск, он мыслит ее метафизически из сущности воли. Эта сущность еще скрывает себя, равно как в воле к власти, так и в воле как риску. Воля бытийствует как воля к воле.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?

З ДНЕМ НАРОДЖЕННЯ  ЙОГО ІМПЕРАТОРСЬКОЇ ТА КОРОЛІВСЬКОЇ ВЕЛИЧНОСТІ КАЙЗЕРА ВІЛЬГЕЛЬМА !

27 січня день народження друга і союзника українського народу, короля - лицаря, традиціоналіста та просто хорошого чоловіка кайзера Вільгельма Другого.

Згадаймо добрим словом, в цей день , монарха, який може вважатись не тільки символом Вічної Німеччини але й Старої Європи в цілому.

Природа рискует живыми существами и «ни одно из них не защищает особо». Равно и мы, люди, в качестве ис­полненных отваги «не более любы» риску, нами рискую­щему. В обоих случаях: риску принадлежит вбрасывание в опасность. Отваживаться, рисковать (wagen) означает ставить что-то на карту. Гераклит мыслит бытие как вре­мя мира, а это время мира как игру ребенка (фр.52): Αίων παίς έστι παίξων, πέσσέύων παιδός ή βασιληίη. «Время мира - дитя, играющее в кости; властвование играющего ребен­ка».

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

В немецком язы­ке «Schutz» (защита, заслон), «Schütze» (стрелок, щит), «schützen» (защищать, охранять) родственны «schießen» (стрелять, запускать; ринуться); подобно тому как Buck (углубление, вмятина), bücken (нагибаться, склоняться) родственны biegen (гнуть, сгибать). Стрелять (schießen) означает двигать, толкать (schieben): задвинуть засов.
Крыша напускается (vorschießt) над стенами. В дерев­нях еще можно услышать: хозяйка сажает тесто в печь (einschießt); она задвигает приготовленное тесто в печь.
Защита (der Schutz) - это нечто наперед выдвинутое. Она защищает того, кому угрожает какая-либо опасность, к кому вообще она может подкрадываться: защищаемое до­веряется (anvertraut ist) защищающему. Наш более древ­ний и более богатый язык мог бы сказать: verlaubt (дозво­ленный), verlobt (помолвленный): verliebt (возлюблен­ный, любимый).

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Напротив, незащищаемое -уже более не «любо». Растение, зверь, человек, поскольку они вообще суть сущие, то есть отважившиеся, ставшие смеющими, рискующими, единодушны в том, что специально они ни­ чуть не защищены. Различие в незащищенности их бытия зависит от различия в самом их бытии.

Мартин Хайдеггер "Нужны ли поэты?"

Дремала чайка на погосте
Гроза ей крылья оросит
Она сюда летела в гости
Могилы ждали сей визит

Она присела у гранита
У эпитафий почерк сбит
Она представила ланита
Той девы, что на веки спит

21.08.2022

Нажаль, не завжди можемо закрити все своїми силами. Додаю банку на ремонт бойової колісниці:

https://send.monobank.ua/jar/9XEmQbCKu6

5375 4112 1454 3840

"...Словно пришел я с зеленых
хвойных холмов и сказаний
родины нашей, нами
давно уже позабытой

-кто же мы?
не голубая ли песня плача
мшистой лесной речушки,
где таинственно пахнут
даже фиалки весною?

Мирная деревенька
когда-то летом хранила
детство нашего рода,
и вот он медленно гаснет

-холм, седые внуки;
нам снятся сны о кошмарах
полуночной нашей крови,
о тенях в каменном граде.

Георг Тракль "Иоанне"

Критика должна быть направлена лишь против формы, но никогда — против сути ваших идей, ваших высказываний. Постарайтесь, чтобы это так и было.
Чувства — вот наиболее неполная из всех вообрази­мых форм рассуждения.
Воды всех морей не хватило бы на то, чтобы смыть хоть одну каплю интеллектуальной крови.

Граф де Лотреамон "Стихотворения"

...Другие же, как Критий, утверждали, что душа есть кровь, считая, что ощущения более всего свойственны душе, а присущность их душе объясняется природой крови.

Аристотель "О Душе"

"
Когда ударит хмель морозом утра,
В цветник чела, высокого чела, где думы
Перламутром
Въедаются в уклад спокойных дней,
да
Шепчут лад свой, на глади лазурных вод души,
Тогда раскатом дрожь пойдет по сущему,
Лелея лилию иссиня-белых грёз, и злато –
Россыпью в груди растёт: то тает инеем зеркал —
то дел твоих, златая рожь.
Лазур
Вином с небес течёт,
да кружит мысль в экстазе вольных волн.
Прильнув главою, в раскаты грозовые ливней, уйди с дороги их пока они идут, уйди и обернись храма алтарём, и возвратись к немногим, с лавром и копьём.
Ни гильотиной, ни верёвкой, ни шутом их
Не погасить
Искру;
Искру средь водоёмов горных. И
Скалы и
Хребты познали мудрых,
но искрою,
пожаром пусть, куют другие —
Диаду благородного металла.
И вековая грусть и мировая скорбь,
Десница окроплённая искала, их,
Она нашла лишь сокола и минне;
Под дубом вековым.
Как пилигрим в ней кровь текла в лазури вен, затерянных дорог.
Эссенцией наполнить более Элохим не мог,
Хаому-сому —
жидкий мёд Богов, гармонию
Исполнить, сотворить не в силах более, в ней
Она текла по жилам братьев, сыновей
Файрефица
И киноварь рубинам сниться доселе, чистейшим светом представая.
Она лишь есть, и есть —
Не иссекая осколком нашего
Кристалла.
"

23.01.2024