​​Шагая, я гадал, имел ли открытый Юнгом процесс индивидуации второй, тайный язык. Я знал, что на прямой вопрос он ответил бы отрицательно. Но всё же, я уверен, что такой язык существует. Он присутствует, как будто ожидая, чтобы его открыли. Есть разница между тем, что человек делает, и тем, что происходит само собой. Я открывал эту закономерность во многих уголках мира, в строениях, объектах искусства, в жизнях отдельных людей, достигших величия вопреки самим себе. Человек настраивает себя на некоторую задачу с решимостью и упорством, а затем внезапно из другого мира приходит порыв ветра, и всё меняется. Его, кажется, используют боги; вопреки себе самому, он становится частью Мифа. Работа Юнга была слишком упрямой и драматичной, чтобы не продлиться в будущее. Как человек, ожививший труды гностиков и алхимиков, он сам должен был стать частью их мистерий, даже если изначально хотел отмежеваться от них. Потому что ни гностики, ни алхимики не творили символы ради психологического анализа, но лишь ради магии. А потому, даже сражаясь с этим, Юнг неизбежно должен был стать магом, желающим проникнуть за пределы официальной науки своего времени. Я думаю, он осознавал это, когда говорил, что только поэты могли бы его понять.

Ibid.

Особое знание ставит нас в невыгодное положение. Оно заводит нас настолько далеко, что вы уже не можете ничего объяснить.

Карл Густав Юнг - "Тавистокские лекции"

Подобно ртути алхимиков и астральному огню оккультистов, Кундалини пробуждает чакры, одну за другой, пока наконец, не оказывается открытым Третий Глаз, Аджна Чакра, и не будет достигнута Финальная Пустота. Это брак между Эго и Самостью, достигаемый через союз Anima и Animus. Из объятий Беатриче Данте нисходит в Ад, а после возносится на Небеса…

«Только поэты будут способны понять меня…». Теперь я осознал силу слов Юнга; я также понял, что Юнг, этот маг, почти в одиночку открыл для нас, сегодняшних, возможность принять участие в этих Мистериях, которые, кажется, способны вернуть нас в легендарные земли Человека–Бога.
А теперь мы должны ждать появления ученика, способного донести его послание, истолковать скрытый язык его работы, подобный палимпсесту. Такой ученик должен быть священником, магом или поэтом.

Мигель Серрано - "Герметический круг Юнг и Гессе: записки о двух дружбах"

Тойнби всегда интересовал такой факт: хотя человек существует на земле более миллиона лет, цивилизация зародилась лишь пять тысяч лет назад. Ему любопытно, почему она не возникла раньше, и что ей предшествовало. Юнгианская гипотеза об архетипах и о вселенском мифе дала Тойнби точку отсчёта. Как он говорил мне, «может быть, некий племенной вождь увидел сон, захлестнувший его. Он стал одержим Мифом, архетипом, и посредством страха или чудес передал его всему сообществу».

Ibid.

В свете зелëного Луча!

Архетипы обладают значительной автономностью — непреходящей, в то время как проявление образа может изменяться. Когда, например, вера в бога Вотана исчезла, и о нём никто больше не вспоминал, феномен, изначально названный Вотаном, остался; не изменилось ничего, кроме его имени, что в огромных масштабах продемонстрировано нам историческим примером национал–социализма. Коллективное движение состоит из миллионов индивидов, каждый из которых проявляет симптомы вотанизма, тем самым доказывая, что Вотан на самом деле никогда не умирал, но сохранил свою изначальную жизненную силу и автономность. Наше сознание только воображает, будто потеряло своих богов; на самом деле они всё ещё с нами, и нужны лишь определённые общие условия, чтобы они возвратились во всей мощи. Этим условием будет ситуация нужды в новом ориентире и новом укладе. В том случае, если новые требования не осознаны, а нужный ответ не найден, вступает в силу архетип, выражающий эту ситуацию, запуская реакцию, изначально присущую подобным временам, в нашем случае — реакцию Вотана. И поскольку лишь немногие способны услышать и принять добрый совет, совсем маловероятно, что кто–то обратит внимание на предостережение о новом присутствии Вотана.

Карл Густав Юнг: Выдержка из письма к Дону Мигелю.
Кюснахт–Цюрих, Зеештрассе 228, 14 сентября, 1960 г.

«Однажды - в первый год по Рождестве Христа - Сивилла пьяная (не от вина) сказала: "О, горе, горе, как всё низко пало! Какая всюду нищета! Стал Рим большим публичным домом, Пал Цезарь до скота, еврей стал - Богом!"»

Фридрих Ницше – " Так говорил Заратустра "

Эсклармонда, хранительница Граля, бросила ценную святыню внутрь раскрывшейся горы. Та тотчас снова закрылась, и так был спасён Граль. Когда черти ворвались в замок, то было уже слишком поздно. Озлобленные, они сожгли всех Чистых недалеко от горных скал на Camp des Cremats — «полях костра». Приспешниками дьявола были сожжены все Чистые, за исключением Эсклармонды. Когда она спрятала Граль, то поднялась на вершину Табора, превратилась в белого голубя и полетела в сторону азиатских гор. На самом деле Эсклармонда не умерла: ещё и сегодня живёт она в земном раю. Пастух сделал вывод, что именно поэтому могилу Эсклармонды невозможно отыскать.

Отто Ран

После паузы она спросила меня, знаю ли я о Боллингенской башне, построенной Юнгом на берегу озера за городом, возле местечка Боллинген. Он выстроил её, повинуясь импульсу, а её конструкция определялась сновидениями. Эта башня была попыткой Юнга выразить идею Самости в камне. Таким образом, она воплощает всю его систему психологии. В былые годы Юнг проводил там выходные. У него была небольшая парусная лодка, на которой он катался по озеру. Он разводил костёр, готовил еду на огне и не пользовался электричеством. На каменных стенах башни он вырезал изречения гностиков и египетских алхимиков; он также изобразил мандалы и прочие волшебные символы. Я сказал мисс Бейли, что никогда не видел башни.

Мигель Серрано - "Герметический круг Юнг и Гессе: записки о двух дружбах"