Хаома персов уже больше не является первоначальной Сомой. Её цвет, варна, хромос изменился, она стала жёлтой. Это больше уже не та гиперборейская, одухотворённая раса. А так же пропала Сила Вриля, власть над двумя мирами. В дальнейшем Хаома также теряется. Тогда красное, густое вино занимает её место, оно используется при ритуальных жертвах Дионису, а также в христианской мессе. Это уже тёмный напиток, который вызывал память землян об исчезнувшем.
Сома и Хаома использовались в Магической Любви. Также вино используется в случае тантрического сочетания, майтхуны. В последнее время утверждают, что ЛСД — это сказочная Сома, которую переоткрыли в эпоху Водолея. Некоторые рекомендуют её применение при тантрическом коитусе, майтхуне.
Тем не менее, это ошибка, так как мы все еще находимся в критической точке Кали–Юги. Первоначальная Сома пилась на святой горе Полюса.

Мигель Серрано "Золотая цепь"

В напитке одухотворённой крови арийцы находили своё божественное происхождение, своё воспоминание. Сома награждала арийской силой (ХВАРЕНО), открывала Вриль, третий глаз и позволяла видеть внеземных божественных предков предыдущей Земли и потерянного рая, Парадешу или Высокий регион (на санскрите называемый Муйяват ). Чтобы память о рае не пропала, однажды божество посылает голубя с веточкой сомы в клюве на Юг, чтобы её смогли пить также и там. Таким образом, гиперборейское предание доходит и до другого конца Земли, причем оба полюса, Северный и Южный, друг с другом связаны.
Мы уже видели, что голубь является катарским символом Святого Духа. Сообщают, что Эсклармонда де Фуа, созидательница замка Монсегюр, превращалась в голубя и летала к самым дальним горам Азии. Возможно, к Шамбале или к Агарти? Белые Боги Америки — это также гиперборейские голуби, которые посылались туда божеством.

Мигель Серрано "Золотая цепь"

Германские трубадуры, миннезингеры, пели о Минне, о памяти. Однако Минне значит любовь, Амор. Таким образом, тогда воспевали память о любви. Говорили, что Амор состоит из двух слогов: — a– и — mor–, что значило бы «без смерти», вечная жизнь.
Бессмертие. Трубадуры воспевали память о Магической Любви, которая победила смерть и которая награждала вечностью. Это была любовь жриц Туле, Агарти. Жан Поль говорит:

«Память — это единственный рай, из которого мы не сможем никогда быть изгнаны!»

Мигель Серрано "Золотая цепь"

Барды и миннезингеры воспевали память своих предков о испытываемой в месяце мае любви, когда раскрывался сад роз короля Лаурина, который нужно было искать, вероятно, в Тироле, в дальнем Асгарде, который гиперборейские арийцы основали на Кавказе, из которого прибыл когда–то Бог Вотан.

Мигель Серрано "Золотая цепь"

...И они говорили:

«Дай мне красивую розу старых времен».
Тогда раскрывалась калитка в сад, и трубадур мог входить в вечность. Германские трубадуры разучивали культовый обычай пития Любви, при котором они обычно пили в память о любви, в память о Вечной любви, Вечной жизни. Наверное, пили Сому, магическую кровь расы, в которой всё ещё циркулирует память о Гиперборее, жрицах с волосами золотистого цвета, о вечном льде и Утренней звезде. Они поднимали каменную чашу и говорили:
«Друг, налей мне Сомы. Каменный бокал говорит мне, что я снова пребуду, он шепчет это мне в ухо в неописуемой тишине».

Мигель Серрано "Золотая цепь"

Теперь мы попытаемся ответить на вопрос, который поставили о повторном воплощении. В какой вид повторного воплощения верили друиды и посвящённые катары?

Мы представляем себе, что их воззрение намёками обозначает себя в идее любви–Минне, которое имеет мало общего со слишком упрощающим и романтичным развитием веры в возвращение конкретной личности, определенного как «Я» существа, которое поднимается и спускается по зоологической, в какой–то мере дарвинистской, определённой развитием лестнице–иерархии и при этом может опуститься до животного или подняться до ангелов, вследствие достаточно сильного, окрашенного самоуничижением и сознанием своей виновности механистического закона, названного кармой.

Мигель Серрано "Золотая цепь"

...Это воззрение теософов и западных оккультистов, которое разрабатывалось в конце прошлого и начале нынешнего столетия в романтичных и псевдо–таинственных романах. Некомпетентные волшебники и шаманы также полагают, что человек превращается после своей смерти в жаб, лисиц или змей. Точка зрения Минне полностью противоположна этому. Она основывается на инволюции и, соответственно, овеществлении, а не на дальнейшем развитии, она основывается на памяти о пропавшей, божественной жизни, о Золотом веке.

Не человек происходит от обезьяны, а обезьяна инволюционирует от человека, так же как человек удалился из божественных миров, от богочеловека, расформировался.

Мигель Серрано "Золотая цепь"

Цель, к которой стремится и которую жаждет «Парцифаль», — это Граль, камень света. Любой земной блеск — ничто по сравнению с его сиянием. Этот камень должен быть исполнением земных желаний — раем. Тот, кто созерцает Граль, не нуждается в смерти и свободен от неё. Геракл, Александр Великий и другие героические фигуры греческой древности должны были знать о нём. Наконец, «язычник и астролог» увидел его из созвездия Света и Движения (Licht und Lauf) и возвещает о нём людям. В отношении того, каким же образом Граль прибыл на Землю со звёздного неба, Вольфрам фон Эшенбах хранит молчание. В конце концов, камень оказался на Земле, оставленный теми, «кто снова полетел к звёздам, потому что их чистота тянула их обратно домой».

Отто Ран "Двор Люцифера"

«Русский» мир в Мариуполе. Видите что-нибудь русское на картинке? Лично я - нет.

@sanatoriy_satani

Муссолини говорил о варварах Тацита, так как сам он не был посвящённым и не знал, что они были того же самого происхождения и что он должен был получить последнюю верность и помощь как раз от этих «варваров»!). Внутренняя земля была превращена в Ад, так как там находится Люцифер и его ангелы, или побеждённые герои. Там находятся также король Артур (испан.: Arctus = медведь, символизирующий животное Крайнего Севера), т. е. Амфортас, король Граля, Фридрих II Гогенштауфен и Дитрих фон Берн; так как здесь лежит, в действительности, король Лаурин Сада Роз, Сада Роз Номоса из Тироля. Здесь — рай.

Мигель Серрано "Золотая цепь"

Отто Ран приводит строчки стиха из песни альпиниста: "Мы — князи этого мира, и мы будем ими также и в потустороннем мире". И король этих князей — Люцифер, покоритель головокружительных высот, с которых он сбрасывает. Поднимаются, выше, все выше. Если альпинист найдёт однажды вход во Внутренний мир к Саду Роз, в горе Буин, к городу Асгарду в Эльбрусе, к Городу Императоров в Андах, то он должен пройти, чтобы открыть дверь, исполнить песнь, полную тоски по далёкой возлюбленной, которая умерла в месяце мае (майский праздник индейцев Майя), — песнь–Минне майской невесты (Мария–майя ), которую он осознаёт в своих глубинах крови (обретать = retrovar) в тоске по Потерянному раю Венеры, Утренней Звезды, раю Ариана Вэджи, исчезнувшего Туле на Полюсе. И поэтому этот альпинист, кроме воина, должен быть также ещё и поэтом, равным Парцифалю в поисках Граля, который с памятью о возлюблённой в сердце поднимается от ступени к ступени всё выше. И он найдёт её возрождённой в Саду Роз короля Лаурина, на Дороге роз, в долине цветков, в Городе Императоров, на «янтарном пути», на Утренней звезде.

Мигель Серрано "Золотая цепь"