Итак Дикая Охота "К предкам"
Baise Ma Hache – Ad Patres🇫🇷

Навсегда свободные, подожжем мир и нашу судьбу!
Мы мечтали об этой бесконечной скачке!
Помни этих парней
С сердцами оборотней
Которые бились в ритме их колес!

Помни их крики ярости
смешивающиеся со звуком орущего мотора!
Ноги сжимают тяжелых стальных коней
Мы рассекали ветер, оставляя позади нас, наши страдания!

Когда мы катились в отверстую могилу, мы пугали наших матерей.
Но под каменным солнцем, мы отдавали дань уважения нашим отцам.

Когда сердце встречает величие бесконечной дороги
Они сливаются в едино
Больше шрамов, переломаных костей!
Наши души покинут наши тела
Чтобы отправиться в великие долины, горы и леса!
Самые сильные протрубят в рог!
Самые дикие услышат наш шёпот
И мы отправимся в бесконечное путешествие!

СДОХНИ !

Мы были огненной молодежью,
Принимая жизнь за детскую площадку,
Жизнь вечная битва, и смерть уважает
Подонков!

На днях ещё две песни ждите!

Я начал с того, что рассказал Паунду о моём паломничестве в Монсегюр, а также упомянул Сьерру Маладетту, в которой Бертран де Борн, один из почитаемых им трубадуров, искал холодную смерть, как это описано Отто Раном в его книге «Двор Люцифера». И в этот момент эта каменная скала сделала передо мной жест, и её охватил свет радости.
Эзра Паунд поднимался именно на Монсегюр. Он был также еретиком и воином. Эта мысль пришла ко мне, как если бы мне открылась тайна. Эзра Паунд был частью люциферовского предания. Его руками вилась Золотая Цепь этого мужского, воинского предания...

Мигель Серрано "Золотая цепь"

Эзра Паунд принял на Великой Войне сторону Италии и Германии против земли его отцов, которую он с её базирующейся на ростовщичестве экономикой, техникой и укладом жизни понимал как символ противоположности всего этого, по его собственным словам. Эзру Паунда посадили в железную клетку в Пизе как дикое животное, где подвергали его невзгодам погоды, холода и жары. Позже перевели в сумасшедший дом в США, где он был заключен на протяжении тринадцати лет, лучших лет в жизни мужчины! И это происходило с самым большим поэтом своего времени, который сделал известным Джойса, который помогал Эллиоту в издании его произведений, который перевёл Конфуция и истолковал И–Цзин, Книгу Перемен!

Мигель Серрано "Золотая цепь"

Рассказывают, что катары были вегетарианцами, что они сжигали умерших, обладали способностями к ясновидению и занимались магическими искусствами, колдовством. Также как манихейцы и гностики, они были дуалистами. Для них Люцифер был не демоном, а носителем света Люци–БЕЛом. Демоном для них был Иегова, бог и творец мира современной Земли. От бога берёт своё начало совершенное творение; однако от пятого неба и ниже ему противостоит противоположная сила, хаос,ничто, которая изменяет, перемешивает это творение и таким образом одновременно делает плохим и злым.

Мигель Серрано "Золотая цепь"

Для катаров Христос — сущность из Солнечной системы, которая не воплощается в этом несовершенном мире овеществления и смешения. Она действует исключительно из высших сфер, приводя хорошие души к своему освобождению. В этом смысле катаров можно, наверное, считать христианами; несомненно, они были гностиками, поскольку не верили, что Христос был распят.
Они руководствовались указаниями Евангелия от Иоанна, чья истинность была более чем однажды подвергнута сомнению.

Мигель Серрано "Золотая цепь"

По мнению уже упоминавшегося Отто Рана, катары были друидами, магами и ясновидцами. Хотя о них и неизвестно ничего точного, Рене Нелли, серьезный исследователь, заверяет нас в том, что они жили по Евангелию от Иоанна. Однако возможно, что имена Juan, Jaun, Gigant (гигант), франц. «Geant» (великан) неоднократно смешивались друг с другом. В Пиренеи бежали некоторые атланты, и в Пиренеях сохранилось предание об истоках. К Пиренеям относится Благая Весть, Евангелие св. Иоанна, прочитанное ещё по атлантическим преданиям в том виде, как они сохранились благодаря Хуану, великану Пиренеев (и катаров); также к Пиренеям приурочена легенда о могиле Пирены, возлюбленной Геркулеса.

Мигель Серрано "Золотая цепь"

Катаров называли «хорошими Людьми». Они жили по тем же принципам целомудрия, что и рыцари Граля. (Мы используем здесь немецкое написание Граль Вольфрама фон Эшенбаха, сказителя саги о Парцифале, а не позднее введенное на испанском языке, христианизированное понятие Грааль для обозначения этой таинственной вещи.) Они были против размножения, поскольку посредством него небесные души принуждаются к инкарнации. Придерживаются мнения, что они верили в перевоплощение. Но в какое?
Ведь имеются различные варианты веры в перевоплощение, или, лучше сказать, представления о нем. Однако катары не противились так называемой «добивающейся» любви, изысканному служению женщине, любви–Минне. Утверждают, что они стимулировали всю литературу данной тематики и установили содержащиеся в их эзотерических народных обычаях правила испытания для посвящения в любовные обычаи трубадуров, в так называемую провансальскую любовь, а также в Минне германских миннезингеров.

Мигель Серрано "Золотая цепь"

В этой связи советую перечитать начала книги Ницше "Генеалогия морали" там есть интересные параллели.

Минне могло происходить от Mani (Мани), Manas, Manisola (Манисола) и могло, пожалуй, иметь в своём глубочайшем смысле значение воспоминания. Миннезингеры дали певучие свидетельства о воспоминании о потерянной в начале времён любви.
Трубадур (Troubadour) означает «тот, кто находит нечто (trovare), тот, кто заново открывает нечто потерянное (закон, порядок)».
То есть первый трубадур обнаружил тот сокрытый закон Минне в ветвях золотого дуба. Ему его показала птица. Был ли это голубь, сокол, ворон? Имя первого трубадура было Ясон.

Мигель Серрано "Золотая цепь"