"... Нравственный характер. Вот основной ценз, решающий судьбу страны. Нужны честные люди, иначе все рушится. Как в древние времена, так и теперь нужны праведники, чтобы спасти общество, нужно хоть немного их, но чтобы они были видимы Богу, грозящему огнем серным. Разве Порт-Артур, Мукден, Цусима не были для нас библейской катастрофой? Разве на армию нашу - лучшую кровь народа - пали менее огненные тучи, чем на хананейские города?

Вспомните огромное государственное дело - именно эту войну с Японией. Нельзя сказать, чтобы у нас недоставало ценза для его решения. Мы имели достаточные средства для войны. Мы истратили их ровно вдвое больше, чем Япония: два миллиарда против одного. И образованностью, в общем, мы не уступаем Японии, у нас шесть или семь одних военных академий. И военного опыта, кажется, было достаточно, а военного красноречия - хоть отбавляй. При всех этих цензах, однако, мы были жалко выгнаны из захваченного края и не одержали хоть бы на смех ни одной победы. Чего же недоставало? Что столкнуло нас в пучину грязи, где мы до сих пор барахтаемся?

Недоставало честности. Только честности, уверяю вас, - одной честности. Недоставало нравственного ценза. Недоставало мужества выполнить долг свой до войны и во время войны.

После севастопольского погрома тогда еще молодой великий князь Константин Николаевич издал знаменитый приказ об официальной лжи. Тогда, 50 лет назад, высшее правительство было оболгано кругом и обмануто всеми, кто был поставлен говорить правду. Самые важные исторические донесения, от которых зависела судьба царства, были извращением действительности. Бесчисленные рапорты, донесения, отчеты, справки, доклады лгали, лгали, лгали. В результате империя, воображавшая себя сильной, чтобы отразить Европу, не была в силах сбросить в море даже стотысячной армии.

Та же глубоко бесчестная ложь привела к японской войне. Правительство было обмануто своими ближайшими агентами и точно в забытьи само шло на обман. Один за другим являлись предприимчивые господа, которые брались развить русскую промышленность и торговлю на Востоке, брались построить неприступную крепость, брались утвердить наше могущество на Тихом океане и т.д., - и вместо этого - клали себе деньги в карман и лгали.

"Готовы ли мы к войне?" - спрашивала страна, замечая тучу, ползущую с Востока. "Готовы!" - отвечало восточное начальство. "Готовы!" подтверждало западное. "Готовы!" - удостоверяло центральное. Военный министр, посланный в Порт-Артур проверить, точно ли крепость готова, - на площади города пил шампанское в честь "гения" тех мест - адмирала Алексеева, создавшего несокрушимый оплот России. А когда японцы атаковали Порт-Артур, оказалось, что этот оплот можно было взять голыми руками: многие, числившиеся на бумаге, форты, грозные и неприступные, оказались лишь местами, отведенными под форты, и, кроме вешек, там ничего не стояло.

Как в Севастополе, и тут пришлось строить крепость под ядрами неприятеля. Высшее начальство спрашивало: есть у нас флот? Отвечали: конечно, есть. На бумаге наш флот превосходил японский. Есть доки, мины, ядра, пушки и т.д.? О, да! Конечно!.. Но когда подошел последний страшный час, вместо "есть" оказалось "нет".

Не нашлось ни горных орудий для горной войны, и они оказались даже незаказанными (за что ответственный генерал получил повышение - в Государственный Совет); не нашлось ни снарядов в достаточном количестве, ни патронов, ни бездымного пороха, ни военных приборов, ни воздушных шаров, ни военных карт, ни лошадей, ни фуража, ни медицинских припасов, ни сапог для армии.

Строили стратегическую железную дорогу - не оказалось и дороги, именно той второй колеи, которая отвечала бы военным целям".

Михаил Осипович Меньшиков, "Нравственный ценз", 1906 год.

Тестируем новые цветовые гаммы. Осень не за горами

На наших сетях отдыхает)

В России понимают, что идет война, где-то 1/4 населения. Остальные застыли в позиции глупого капризного ребенка. Если остальные 75% не очнутся - нас сметут, и трупы наших детей мы будем собирать по всей России.

Я это констатирую по тому, что вижу на фронте, что вижу в тылу, и в особенности в информационной сфере и при личном общении с тысячами людей в день.

К примеру, БПЛА прилетело в Саратове в многоэтажку. Стали подавать изначально, что сбитые обломки повредили дом - опять это вранье, но тут же было выставлено видео, где это было прямое попадание. Попало и попало, никто особо ничего не говорит. Зато по аресту Павла Дурова высказались все, кому не лень.

И это не просто ощущения, это правда, что большая часть населения живёт как не в воюющей стране.

Нет, я не поддерживаю возмущения, что кто-то смеет улыбаться/ходить в кафе/отдыхать. В конце концов, вы никогда не узнаете - возможно, девушка за столиком кафе, в сторону которой вы, воители телеграма, фырчите, всю ночь плела сети или вчера приехала после очередного рейса с гуманитаркой.

Но в целом многие люди не способны почувствовать тревоги, масштаб и важность происходящего, пока война не постучится в их персональные двери.

По жилым домам в Саратове прилетели беспилотники. Жители области в шоке. Пишут в пабликах: война пришла в наш дом!
Дорогие, война лично в мой дом пришла ещё в 22 году, если не в 2014. Потому что домом я считаю всю страну, а не только свой уютный диван, на котором можно не замечать ничего.

Или мамы срочников. Ребят, которые находятся в воюющей стране на военной СЛУЖБЕ, которые давали присягу, которые вообще-то военнослужащие. Но почему-то их эвакуируют из опасных районов наравне с женщинами и детьми.

Война идёт только для тех, кто в ней участвует. У остальных хата с краю и другая реальность. Простите, но разве не за эту "хату с краю" мы так любим гнобить украинцев? Мол, платили налог на войну в Донбассе, делали вид, что ничего не происходит - получайте.

А сами мы как же? Пока умирает кто-то другой - пусть, не будем даже читать неприятных новостей. А когда затрагивает уже лично - возмущение: "Почему мы? Пусть кто-то другой идёт, защищает страну, борется, кто-то другой, но не мой пирожок".

Мы интересное даже заметили: многие, при написании обращений по плену, поиску пропавшего без вести, год рождения бойца автоматически указывают 2024. Вот так и живут, так и относятся к взрослым уже парням - как ко вчера родившимся.

И пока сознательность большинства людей не отдалится от продавленного дивана напротив телевизора - война будет стучаться в их окна и двери все активнее и чаще.

Надоели уже эти призывы, да. Но просыпаться пора не только руководству страны, но и каждому отдельному человеку.