Forwarded from КЦПН. Координационный Центр Помощи Новороссии.
КЦПН подготовил операторов БПЛА из Новосибирского Высшего Командного училища
Как мы уже писали, с 27 июля по 06 августа инструкторская группа КЦПН и Команда «Дронницы» работали на федеральном проектно-образовательном интенсиве «Архипелаг 2023» в Новосибирске.
Помимо наглядной демонстрации наших навыков и ряда практических разработок, в рамках этого мероприятия КЦПН подготовил группу операторов БПЛА из числа курсантов Новосибирского Высшего командного училища.
Будущие командиры ВС РФ получили наглядное представление об устройстве и принципах управления беспилотниками коптерного типа, о методах радиоэлектронной борьбы с ними и способах уничтожения вражеской живой силы и техники при помощи БПЛА.
Также с курсантами были проведены практические занятия по управлению дронами, поиску целей в заданных квадратах и определению их координат.
Кроме того целый день занятий инструктора КЦПН и их подопечные посвятили тактической военной игре с отработкой двух упражнений: сопровождении пешей колонны в лесистой местности с отражением атак ДРГ и штурму населенного пункта. В последнем упражнении группы курсантов посменно штурмовали и обороняли специально построенный макает «городка» с коридорами, зданиями и окопами. При этом, дроны применялись как для разведки, так и для сброса пиротехники. 💥
При Новосибирском высшем командном училище имеется единственный в России Учебный центр подготовки младших специалистов разведки, который сейчас занялся обучением в том числе и операторов БПЛА. Мы обязательно будем помогать в этом процессе как обучением и консультациями, так и техникой. В сентябре, уже после «Дронницы» инструктора КЦПН намерены вновь приехать в Новосибирск для проведения более углубленного курса занятий. 🤞❗️
Cogito ergo vinco
МЫСЛЮ, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, ПОБЕЖДАЮ!
Вы можете помочь нашим солдатам через реквизиты КЦПН!
Наша новая карта Сбера:
Подробные реквизиты здесь
Как мы уже писали, с 27 июля по 06 августа инструкторская группа КЦПН и Команда «Дронницы» работали на федеральном проектно-образовательном интенсиве «Архипелаг 2023» в Новосибирске.
Помимо наглядной демонстрации наших навыков и ряда практических разработок, в рамках этого мероприятия КЦПН подготовил группу операторов БПЛА из числа курсантов Новосибирского Высшего командного училища.
Будущие командиры ВС РФ получили наглядное представление об устройстве и принципах управления беспилотниками коптерного типа, о методах радиоэлектронной борьбы с ними и способах уничтожения вражеской живой силы и техники при помощи БПЛА.
Также с курсантами были проведены практические занятия по управлению дронами, поиску целей в заданных квадратах и определению их координат.
Кроме того целый день занятий инструктора КЦПН и их подопечные посвятили тактической военной игре с отработкой двух упражнений: сопровождении пешей колонны в лесистой местности с отражением атак ДРГ и штурму населенного пункта. В последнем упражнении группы курсантов посменно штурмовали и обороняли специально построенный макает «городка» с коридорами, зданиями и окопами. При этом, дроны применялись как для разведки, так и для сброса пиротехники. 💥
При Новосибирском высшем командном училище имеется единственный в России Учебный центр подготовки младших специалистов разведки, который сейчас занялся обучением в том числе и операторов БПЛА. Мы обязательно будем помогать в этом процессе как обучением и консультациями, так и техникой. В сентябре, уже после «Дронницы» инструктора КЦПН намерены вновь приехать в Новосибирск для проведения более углубленного курса занятий. 🤞❗️
Cogito ergo vinco
МЫСЛЮ, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, ПОБЕЖДАЮ!
Вы можете помочь нашим солдатам через реквизиты КЦПН!
Наша новая карта Сбера:
2202205080218883Получатель: Майя Владимировна М.
Подробные реквизиты здесь
Forwarded from ЧАДАЕВ
И вдогонку к интервью — немного о мозгоштурме по военному беспилотию, который мы проводили в рамках Архипелага.
Основной костяк участников, экспертная группа — профессиональные военные, как с боевым опытом, так и из вполне академической военной науки. В финале даже была импровизированная командно-штабная игра, где два полковника возглавляли штабы соответственно «красных» и «синих», а третий выполнял роль посредника и ставил задачу штабам, и потом делал разбор. Кроме военных, участвовали чиновники, инженеры, инструктора БЛА и группа отраслевых специалистов.
О прикладном не буду — пусть останется в итоговых документах. Скажу немного о вещах концептуальных, вполне пригодных для открытого доступа.
1. Дронификация армии в XXI веке — процесс, аналогичный моторизации армии в ХХ. Кто успевает — получает фазовое доминирование. Технически это значит, что при столкновении «дронифицированной» армии с армией образца ХХ века соотношение потерь будет отличаться на порядки — и в людях, и в технике.
2. Главное в дроне не то, что он летает (плавает, едет или даже роет землю). Главное — что он представляет из себя устройство, способное управлять своими действиями в целевой среде и полезной нагрузкой самостоятельно — либо получая команды от внешнего оператора, либо получая команды от ИИ на борту, либо получая команды от ИИ, расположенного на другом устройстве. То есть представляет из себя программируемое безэкипажное устройство. В этом смысле разновидностью дрона является и управляемый снаряд, и космический спутник, и даже симулятор радиообмена, основанный на технологии ChatGPT (хотя в данном случае все действия происходят в виртуальной реальности радиоэфира).
3. Ход СВО в некотором смысле повторяет ситуацию «позиционного тупика» Первой Мировой. Мобильность сама по себе больше не даёт решающего преимущества, при условии, что противоположная сторона так же мобильна. Главный признак позиционного тупика — критический перекос соотношения потерь в наступлении и в обороне в пользу обороняющегося.
4. Одна из главных причин ПТ — высокоточное оружие. Им уже насыщены обе армии, но его всё же мало и оно достаточно дорого. Скажем, «Краснополь» отличается по стоимости от обычного 152мм снаряда в 20 раз, при том, что боевая часть вдвое меньше (остальной вес приходится на ту самую «высокоточность»). Поэтому, пока войска рассредоточены, а техника укрыта в глубине вдали от ЛБС, для «высокоточки» крайне мало достойных целей. Однако, как только одна из сторон начинает концентрировать силы для прорыва и выхода на оперативный простор, цели у «высокоточки» сразу же появляются. Именно с этим связана «брусиловская» тактика наступления ВСУ — попытка прогрызать фронт во многих местах малыми группами, избегая сосредоточения сил. Дроны же, в перспективе, дают шанс на сочетание «высокоточности» и дешевизны.
5. Средством преодоления позиционного тупика 1МВ стал танк. Но танки смогли решить эту задачу лишь тогда, когда из средства поддержки пехоты превратились в самостоятельную ударную силу. То есть когда новое «техническое» оружие было дополнено новым оружием «организационным» — появились самостоятельные танковые дивизии, которыми можно управлять как single unit. То же самое ждёт и беспилотники: шагом развития станет обретение способности к массированию сил.
6. «Беспилотная дивизия прорыва» — это буквальная калька с «артиллерийской дивизии прорыва»: то, о чём нам рассказывали на курсах в Артиллерийской академии прошлой осенью. Вообще, ударный беспилотник по логике применения ближе скорее к артиллерии, чем к авиации. Соответственно, многие правила и принципы артиллерийской науки применимы и здесь. Но ещё более перспективным представляется направление «дронификации» классической артиллерии: превращение, по сути, каждой артбатареи в полноценный разведывательно-ударный комплекс.
Продолжу ещё.
Основной костяк участников, экспертная группа — профессиональные военные, как с боевым опытом, так и из вполне академической военной науки. В финале даже была импровизированная командно-штабная игра, где два полковника возглавляли штабы соответственно «красных» и «синих», а третий выполнял роль посредника и ставил задачу штабам, и потом делал разбор. Кроме военных, участвовали чиновники, инженеры, инструктора БЛА и группа отраслевых специалистов.
О прикладном не буду — пусть останется в итоговых документах. Скажу немного о вещах концептуальных, вполне пригодных для открытого доступа.
1. Дронификация армии в XXI веке — процесс, аналогичный моторизации армии в ХХ. Кто успевает — получает фазовое доминирование. Технически это значит, что при столкновении «дронифицированной» армии с армией образца ХХ века соотношение потерь будет отличаться на порядки — и в людях, и в технике.
2. Главное в дроне не то, что он летает (плавает, едет или даже роет землю). Главное — что он представляет из себя устройство, способное управлять своими действиями в целевой среде и полезной нагрузкой самостоятельно — либо получая команды от внешнего оператора, либо получая команды от ИИ на борту, либо получая команды от ИИ, расположенного на другом устройстве. То есть представляет из себя программируемое безэкипажное устройство. В этом смысле разновидностью дрона является и управляемый снаряд, и космический спутник, и даже симулятор радиообмена, основанный на технологии ChatGPT (хотя в данном случае все действия происходят в виртуальной реальности радиоэфира).
3. Ход СВО в некотором смысле повторяет ситуацию «позиционного тупика» Первой Мировой. Мобильность сама по себе больше не даёт решающего преимущества, при условии, что противоположная сторона так же мобильна. Главный признак позиционного тупика — критический перекос соотношения потерь в наступлении и в обороне в пользу обороняющегося.
4. Одна из главных причин ПТ — высокоточное оружие. Им уже насыщены обе армии, но его всё же мало и оно достаточно дорого. Скажем, «Краснополь» отличается по стоимости от обычного 152мм снаряда в 20 раз, при том, что боевая часть вдвое меньше (остальной вес приходится на ту самую «высокоточность»). Поэтому, пока войска рассредоточены, а техника укрыта в глубине вдали от ЛБС, для «высокоточки» крайне мало достойных целей. Однако, как только одна из сторон начинает концентрировать силы для прорыва и выхода на оперативный простор, цели у «высокоточки» сразу же появляются. Именно с этим связана «брусиловская» тактика наступления ВСУ — попытка прогрызать фронт во многих местах малыми группами, избегая сосредоточения сил. Дроны же, в перспективе, дают шанс на сочетание «высокоточности» и дешевизны.
5. Средством преодоления позиционного тупика 1МВ стал танк. Но танки смогли решить эту задачу лишь тогда, когда из средства поддержки пехоты превратились в самостоятельную ударную силу. То есть когда новое «техническое» оружие было дополнено новым оружием «организационным» — появились самостоятельные танковые дивизии, которыми можно управлять как single unit. То же самое ждёт и беспилотники: шагом развития станет обретение способности к массированию сил.
6. «Беспилотная дивизия прорыва» — это буквальная калька с «артиллерийской дивизии прорыва»: то, о чём нам рассказывали на курсах в Артиллерийской академии прошлой осенью. Вообще, ударный беспилотник по логике применения ближе скорее к артиллерии, чем к авиации. Соответственно, многие правила и принципы артиллерийской науки применимы и здесь. Но ещё более перспективным представляется направление «дронификации» классической артиллерии: превращение, по сути, каждой артбатареи в полноценный разведывательно-ударный комплекс.
Продолжу ещё.