Все мы на своем пути время от времени встречали таких гаденышей. Дочь моя, будучи в начальной школе, столкнулась с воровством ее детских сокровищ в виде серебряных колечек и цепочек с котами в раздевалке на уроке физкультуры. Это был шок – кто-то из ее одноклассниц тайно ворует и продолжает как ни в чем не бывало ходить в школу. Сам я, будучи уже в десятом классе, обнаружил в классном кабинете хорошо припрятанную тетрадку в 48 листов, наполненную мелкими доносами, которые наша классная руководитель собирала от детей-осведомителей много лет. Твари, подобные Игорю, неизбежно присутствуют среди нас. Откуда они берутся, вопрос философский, но гражданская мораль никогда их не приветствовала. Чмо, жлобы, сволота, мрази, суки, уебища – в русском языке существует множество оттеночных определений для таких людишек. Их число не должно превышать некоторой естественной нормы, иначе быть беде. Пофантазируем о дальнейшей судьбе соседского мальчика Игоря. Думаете, он однажды откроет для себя, скажем, творчество Александра Грина или будет мысленно спорить с Родионом Раскольниковым, а потом отлично закончит школу и станет ведущим специалистом в какой-нибудь области? Хрен там. Ничего читать этот мальчик не будет - пойдет он в секцию бокса, а еще лучше – самбо, где встретит настоящего Мужика, тренера-уголовника, который научит нашего Игоря главной жизненной мудрости – бить всегда надо первым. Дальше Игорь устроится в оперотряд стукачом, а оттуда уже и прямая дорога в КГБ. Вот и все.
Когда-нибудь этот Игорь позвонит вам и предложит встретиться, дескать, надо поговорить - он хочет сообщить нечто очень важное про вашего ближайшего товарища. Лучшим ответом ему будет – пошел на хуй. Но, к сожалению, реальные мишутки, стасики и димоны часто ведутся на разговоры с игорями, и тогда – пиши пропало. Пользуясь определением самого человечного человечка Владимира Ленина, подобные Игори и есть то самое говно нации. А говно следует смывать в канализацию и тщательно дезинфицировать отхожее место. Оглянитесь вокруг: нет ли где-нибудь поблизости мальчика Игоря?
Когда-нибудь этот Игорь позвонит вам и предложит встретиться, дескать, надо поговорить - он хочет сообщить нечто очень важное про вашего ближайшего товарища. Лучшим ответом ему будет – пошел на хуй. Но, к сожалению, реальные мишутки, стасики и димоны часто ведутся на разговоры с игорями, и тогда – пиши пропало. Пользуясь определением самого человечного человечка Владимира Ленина, подобные Игори и есть то самое говно нации. А говно следует смывать в канализацию и тщательно дезинфицировать отхожее место. Оглянитесь вокруг: нет ли где-нибудь поблизости мальчика Игоря?
👍19🔥7❤3👏2🤝1
ДОРОГИЕ МОИ СТАРИКИ
Жила-была бабушка в бывшем Ленинграде. И вот захотелось ей однажды чайку попить с колбаской. Сунулась бабушка в холодильник – а колбаски-то и нет, съела всю. Но нынче это дело поправимое – рядом магазин есть, «Дикси» называется, а уж там-то колбасок разных – видимо-невидимо! Надела наша бабушка верхнюю одежду поскромнее и отправилась в магазин. Выбрала она там себе кусочек колбаски розовенькой, батон нарезной, конфеток еще шоколадных прихватила и совсем уж было на кассу собралась, где национальное меньшинство принимало оплату. Но что-то привлекло вдруг внимание любопытной старушки. Это была девчонка незнакомая, которая, вместо того чтобы продукты выбирать, клеила какие-то картинки на ценники. «Что ж ты, внучка, делаешь?»- подумала наша бабушка и хвать ту девчонку за руку да прямиком к охраннику – держи ее, милай! Правильно – в магазинах надо еду покупать, а не картинки клеить. Дали девчонке десятку строгого режима, а бабушка пошла домой чай пить с колбаской докторской.
Другая бабушка жила в другом городе и работала всю свою жизнь учительницей – детишек рисовать учила. Так работала она до самой пензии, но на пензию не пошла, а продолжила учить ребят рисовать цветочки и зверушек. И вот однажды дала она задание ученикам на уроке да призадумалась, глядя в небо за окном классной комнаты. Вдруг что-то необычное привлекло внимание бдительной бабушки – девчонка одна нерадивая нарисовала вместо цветочков черт знает что такое! «Что ж ты, внучка, делаешь?» - воскликнула бабушка и бросилась в кабинет директора школы ментов вызывать. Девчонку ту сразу в приют отправили цветочки учиться рисовать как надо. А наша бабушка домой пошла пить чай с вареньем малиновым.
Сидят теперь бабушки у себя на кухнях, улыбаются, чаек прихлебывают да Господа нашего славят. Вот и хорошо. Тут и сказке конец.
Жила-была бабушка в бывшем Ленинграде. И вот захотелось ей однажды чайку попить с колбаской. Сунулась бабушка в холодильник – а колбаски-то и нет, съела всю. Но нынче это дело поправимое – рядом магазин есть, «Дикси» называется, а уж там-то колбасок разных – видимо-невидимо! Надела наша бабушка верхнюю одежду поскромнее и отправилась в магазин. Выбрала она там себе кусочек колбаски розовенькой, батон нарезной, конфеток еще шоколадных прихватила и совсем уж было на кассу собралась, где национальное меньшинство принимало оплату. Но что-то привлекло вдруг внимание любопытной старушки. Это была девчонка незнакомая, которая, вместо того чтобы продукты выбирать, клеила какие-то картинки на ценники. «Что ж ты, внучка, делаешь?»- подумала наша бабушка и хвать ту девчонку за руку да прямиком к охраннику – держи ее, милай! Правильно – в магазинах надо еду покупать, а не картинки клеить. Дали девчонке десятку строгого режима, а бабушка пошла домой чай пить с колбаской докторской.
Другая бабушка жила в другом городе и работала всю свою жизнь учительницей – детишек рисовать учила. Так работала она до самой пензии, но на пензию не пошла, а продолжила учить ребят рисовать цветочки и зверушек. И вот однажды дала она задание ученикам на уроке да призадумалась, глядя в небо за окном классной комнаты. Вдруг что-то необычное привлекло внимание бдительной бабушки – девчонка одна нерадивая нарисовала вместо цветочков черт знает что такое! «Что ж ты, внучка, делаешь?» - воскликнула бабушка и бросилась в кабинет директора школы ментов вызывать. Девчонку ту сразу в приют отправили цветочки учиться рисовать как надо. А наша бабушка домой пошла пить чай с вареньем малиновым.
Сидят теперь бабушки у себя на кухнях, улыбаются, чаек прихлебывают да Господа нашего славят. Вот и хорошо. Тут и сказке конец.
👍15😢5❤3🔥3👎1👏1🤡1🤣1
Поскольку пожаловала осень, и люди задрожали, а птицы улетели в дальние края, ваш покорный слуга вспомнил, наконец, о просмотренном минувшим летом кинофильме «Птицеферма», и счёл своим долгом сказать о нём несколько слов. День знаний, и noblesse oblige, понимаете ли...
На московской премьере, где я к сему шедевру приобщился, режиссёр Андрей Кагадеев предуведомил почтенную публику, что кино это в конце концов развлекательное. Стало быть, я и позволю себе предаться любимому развлечению, и поразглядывать эту штуку под интересными углами.
Если кратко, то это классический НОМ-фильм: кто любит и ценит такое кино, тот не уйдёт обиженным, так что ждите осенних кинопоказов, которые, надеюсь, будут. А кто любит рассуждения, читайте дальше.
***
Итак, гротескный «мистический триллер», абсурдная сказка, фарс, что там ещё. Подобное часто бывает иммунной реакцией здорового творческого организма на воздействие затхлой и захворавшей культурно- медийной среды. Классические случаи см. в каталоге под названием «Воздушный цирк Монти Пайтона», а также в обэриутских пьесах, вроде неимоверной «Ёлки у Ивановых» (вспомните, когда и в каких условиях она писалась). Но и без дальних экскурсов: в каталоге НОМ-фильм «Птицеферма» уже не первый и даже не второй такой случай – помимо нетленной «Пасеки» стоит напомнить клиническую дилогию «Слонёнок Гобо».
Ведь ТВ 70-х и ранних 80-х, с нравоучительными мультиками и соцреалистическими зарисовками из жизни доблестной милиции так и взывало к тому, чтобы пришёл однажды вот этот самый Слонёнок и всех неотвратимо и неизбежно порастоптал. Слонёнок, кстати, был не одинок - несколько другими средствами, но примерно тогда же и с теми же мотивами орудовал и Владимир Сорокин, и не только он.
Время вперёд, теперь на дворе 80-е и 90-е – засилье городских легенд и всевозможного низового бреда, в духе газет «Аномалия» и передачи «НЛО: необьявленный визит», вперемешку с перестроечным паракинематографом и конспирологией. В итоге появляется «Пасека», это уже полновесный дада\сюрреализм и психоанализ тогдашнего медиа-ландшафта.
«Герой приехал по работе в один странный городок, а там...» - этот троп, уже прекрасно обыгранный не только в бессмертных творениях Кафки и Линча, но и в том же «Городе Зеро», тут оказался как нельзя кстати. Путешествие солдата Детдомова по онейроидной изнанке «переходного периода от Высоцкого к Рамштайну» имело, как и подобает хорошей сказке, важный оздоровительный эффект, оказавшись и диагнозом, и рецептом, и лекарством сразу.
Прошла почти четверть века, и если бы некий агент Купер ворвался в наш городок спустя это время, что бы он увидел? Да ничего особенно хорошего...
***
Всевозможная ахинея, конспирология и «геополитика», которую в 90-е транслировали дешевые газеты и слухи, и которую так ловко высмеивала «Пасека», стала главным содержанием официальных СМИ.
Полковнички да уголовнички, чьи подвиги живописали медиа прошлых десятилетий, слились в паразитическом экстазе. Ну а поддерживаемая ими – и пользующаяся спросом среди народных масс! – «культура» населена всяческими черносотенными лабухами, политруками и борцами за нравственность... Говоря словами Стивена Кинга – Sometimes they come back.
Ну, вот и ответ – эта самая «Птицеферма», или можно сказать, Пасека: The Return. Теперь уже герой в исполнении Гриши Грязнова, не землемер, агент или солдат, но целый орнитолог, в самом начале бодро и по делу озвучивавший идею Devoлюции, приезжает в некий городок, где быстро и закономерно теряется, теряет сознание (не без помощи), и сталкивается со всякой, так сказать, дичью. Остальные подробности я, с вашего позволения, озвучивать не буду, дабы не портить сюрпризы тем любителям НОМ-фильм, которые будут смотреть это уморительное кинополотно.
А предназначено оно, конечно, в основном для них – тут в полный рост и специфический киноязык, и уйма перекличек со старыми работами, и много замечательных мест и лиц - в общем, очередное погружение в мир драматического идиотизма.
На московской премьере, где я к сему шедевру приобщился, режиссёр Андрей Кагадеев предуведомил почтенную публику, что кино это в конце концов развлекательное. Стало быть, я и позволю себе предаться любимому развлечению, и поразглядывать эту штуку под интересными углами.
Если кратко, то это классический НОМ-фильм: кто любит и ценит такое кино, тот не уйдёт обиженным, так что ждите осенних кинопоказов, которые, надеюсь, будут. А кто любит рассуждения, читайте дальше.
***
Итак, гротескный «мистический триллер», абсурдная сказка, фарс, что там ещё. Подобное часто бывает иммунной реакцией здорового творческого организма на воздействие затхлой и захворавшей культурно- медийной среды. Классические случаи см. в каталоге под названием «Воздушный цирк Монти Пайтона», а также в обэриутских пьесах, вроде неимоверной «Ёлки у Ивановых» (вспомните, когда и в каких условиях она писалась). Но и без дальних экскурсов: в каталоге НОМ-фильм «Птицеферма» уже не первый и даже не второй такой случай – помимо нетленной «Пасеки» стоит напомнить клиническую дилогию «Слонёнок Гобо».
Ведь ТВ 70-х и ранних 80-х, с нравоучительными мультиками и соцреалистическими зарисовками из жизни доблестной милиции так и взывало к тому, чтобы пришёл однажды вот этот самый Слонёнок и всех неотвратимо и неизбежно порастоптал. Слонёнок, кстати, был не одинок - несколько другими средствами, но примерно тогда же и с теми же мотивами орудовал и Владимир Сорокин, и не только он.
Время вперёд, теперь на дворе 80-е и 90-е – засилье городских легенд и всевозможного низового бреда, в духе газет «Аномалия» и передачи «НЛО: необьявленный визит», вперемешку с перестроечным паракинематографом и конспирологией. В итоге появляется «Пасека», это уже полновесный дада\сюрреализм и психоанализ тогдашнего медиа-ландшафта.
«Герой приехал по работе в один странный городок, а там...» - этот троп, уже прекрасно обыгранный не только в бессмертных творениях Кафки и Линча, но и в том же «Городе Зеро», тут оказался как нельзя кстати. Путешествие солдата Детдомова по онейроидной изнанке «переходного периода от Высоцкого к Рамштайну» имело, как и подобает хорошей сказке, важный оздоровительный эффект, оказавшись и диагнозом, и рецептом, и лекарством сразу.
Прошла почти четверть века, и если бы некий агент Купер ворвался в наш городок спустя это время, что бы он увидел? Да ничего особенно хорошего...
***
Всевозможная ахинея, конспирология и «геополитика», которую в 90-е транслировали дешевые газеты и слухи, и которую так ловко высмеивала «Пасека», стала главным содержанием официальных СМИ.
Полковнички да уголовнички, чьи подвиги живописали медиа прошлых десятилетий, слились в паразитическом экстазе. Ну а поддерживаемая ими – и пользующаяся спросом среди народных масс! – «культура» населена всяческими черносотенными лабухами, политруками и борцами за нравственность... Говоря словами Стивена Кинга – Sometimes they come back.
Ну, вот и ответ – эта самая «Птицеферма», или можно сказать, Пасека: The Return. Теперь уже герой в исполнении Гриши Грязнова, не землемер, агент или солдат, но целый орнитолог, в самом начале бодро и по делу озвучивавший идею Devoлюции, приезжает в некий городок, где быстро и закономерно теряется, теряет сознание (не без помощи), и сталкивается со всякой, так сказать, дичью. Остальные подробности я, с вашего позволения, озвучивать не буду, дабы не портить сюрпризы тем любителям НОМ-фильм, которые будут смотреть это уморительное кинополотно.
А предназначено оно, конечно, в основном для них – тут в полный рост и специфический киноязык, и уйма перекличек со старыми работами, и много замечательных мест и лиц - в общем, очередное погружение в мир драматического идиотизма.
❤13
Идиотизма пожалуй прибавилось, дуракаваляние тут эпических размахов достигает, персонажи хороши, артисты тоже (из новых лиц Федул и Люблинский особенно фактурны). Ну и с драматизмом всё вполне, а за жуткие моменты «под Линча» отдельное спасибо маэстро Зубкерману, «давшего Бадаламенти» по высшему разряду.
В общем, и посмеяться, и испугаться, и подивиться, и одурачиться там есть где вволю. При том что идею этой сказки поймёт, как говорится, не только взрослый. Хотя, всякое бывает – вот на московской премьере, казалось бы, публика понимающая, а некий странный человек же решил испросить авторов про якобы антисемитские мотивы...
Ну да ладно, не будем о грустном – в конце концов, одна прекрасная леди там же задала вопрос по делу: а как так вышло, что Тот, Кого Нельзя Называть (тут спойлер, кто видел, молчите!) перешёл на сторону добра?
Ну, как вышло... Вроде бы зло в фильме и представляет небезызвестный гад Щукрай-Щукнудель со всей инфернальной харизмой артиста Ливера (браво, дядя Дима!) – но это персонаж, опять же, мифологический, мефистофелевского плана. Настоящее-то зло, гораздо более пакостное и заразное, воплощают там персонажи другие, вполне узнаваемые. И настолько они узнаваемы, что, кажется, дела совсем плохи, пропадём... но! Всё равно на нашей стороне искусство, воображение и жизнерадостный абсурд! Так тому и быть!
***
В общем, что сказать обитателям наших скотных дворов, живущих жизнь насекомых на всевозможных птицефермах...
Гриф-стервятник, может, и знает в мире что почём – но есть в этом мире не только соловьёвы, но и сорокины. А посему, есть и надежда, что осточертевшие попугаи перейдут таки в статус “ex-parrots”, “bereft of life” и вообще “no more”, и однажды серым утром, под радостный крик петуха… Впрочем, это будет уже другая история. А пока – ждите кинопоказов, и обязательно посетите!
С днём знаний, пернатые!
В общем, и посмеяться, и испугаться, и подивиться, и одурачиться там есть где вволю. При том что идею этой сказки поймёт, как говорится, не только взрослый. Хотя, всякое бывает – вот на московской премьере, казалось бы, публика понимающая, а некий странный человек же решил испросить авторов про якобы антисемитские мотивы...
Ну да ладно, не будем о грустном – в конце концов, одна прекрасная леди там же задала вопрос по делу: а как так вышло, что Тот, Кого Нельзя Называть (тут спойлер, кто видел, молчите!) перешёл на сторону добра?
Ну, как вышло... Вроде бы зло в фильме и представляет небезызвестный гад Щукрай-Щукнудель со всей инфернальной харизмой артиста Ливера (браво, дядя Дима!) – но это персонаж, опять же, мифологический, мефистофелевского плана. Настоящее-то зло, гораздо более пакостное и заразное, воплощают там персонажи другие, вполне узнаваемые. И настолько они узнаваемы, что, кажется, дела совсем плохи, пропадём... но! Всё равно на нашей стороне искусство, воображение и жизнерадостный абсурд! Так тому и быть!
***
В общем, что сказать обитателям наших скотных дворов, живущих жизнь насекомых на всевозможных птицефермах...
Гриф-стервятник, может, и знает в мире что почём – но есть в этом мире не только соловьёвы, но и сорокины. А посему, есть и надежда, что осточертевшие попугаи перейдут таки в статус “ex-parrots”, “bereft of life” и вообще “no more”, и однажды серым утром, под радостный крик петуха… Впрочем, это будет уже другая история. А пока – ждите кинопоказов, и обязательно посетите!
С днём знаний, пернатые!
❤15👍2