🔪+ ❤️ Нож в сердце (2018; реж. Ян Гонсалес)
Париж, 1979 год. Загадочная фигура в черной маске и с кожаным дилдо убивает актеров третьесортного гей-порно — все из продюсерской компании Анны Перез (Ванесса Паради). Анна переживает тяжелый разрыв со своей девушкой Лоис, но вдохновляется убийствами, чтобы снять очередной фильм. (Кино подражает жизни, жизнь насмехается над искусством.) Полиция бездействует, и она затевает собственное расследование — перо, которое убийца оставляет у тела жертв, приводит ее к поиску загадочной птицы, вымершей много лет назад…
Какой-то пульсирующе сексуальный, очень красивый, искусный и безвкусный одновременно, этот фильм напомнил мне раннего Альмодовара. Хотя сам Гонсалес, похоже, держал в голове Ардженто и других мастеров хорроров из 1970-х. И зацените саундтрек группы M83 (фронтмен — брат Яна Гонсалеса, Энтони; очень люблю такие коллаборации): http://m83.it/knifeheartsoundtrackYo
#ужасы_новое
Париж, 1979 год. Загадочная фигура в черной маске и с кожаным дилдо убивает актеров третьесортного гей-порно — все из продюсерской компании Анны Перез (Ванесса Паради). Анна переживает тяжелый разрыв со своей девушкой Лоис, но вдохновляется убийствами, чтобы снять очередной фильм. (Кино подражает жизни, жизнь насмехается над искусством.) Полиция бездействует, и она затевает собственное расследование — перо, которое убийца оставляет у тела жертв, приводит ее к поиску загадочной птицы, вымершей много лет назад…
Какой-то пульсирующе сексуальный, очень красивый, искусный и безвкусный одновременно, этот фильм напомнил мне раннего Альмодовара. Хотя сам Гонсалес, похоже, держал в голове Ардженто и других мастеров хорроров из 1970-х. И зацените саундтрек группы M83 (фронтмен — брат Яна Гонсалеса, Энтони; очень люблю такие коллаборации): http://m83.it/knifeheartsoundtrackYo
#ужасы_новое
🎞✂️Цензор (2021; реж. Прано Бейли-Бонд)
Британия, конец 1980-х. С популярностью видеомагнитофонов страну наводнили кровавые слешеры на VHS (а что еще смотреть, когда по всей стране вспыхивают бунты, а каждый третий сидит без работы). Преступники слишком вдохновляются изобретательной жестокостью киноделов, поэтому самые кровавые сцены из фильмов вырезают. Цензор — сдержанная и спокойная Энид. Она верит, что делает самую важную работу. Но у нее есть секрет. Много лет назад пропала ее сестра, и Энид никак не может вспомнить, что же произошло в тот день. И вот она смотрит очередной фильм и в первый раз не может сдержаться. Фильм называется «Не ходи в церковь». В одной из сцен, Энид в этом уверена, она видит не только эпизод из собственного детства, но и свою пропавшую сестру… Но может, она просто пересмотрела ужастиков?
«Цензор» — дебютный фильм британки Прано Бейли-Бонд (она, вроде, играет одну из жертв в фильме, который цензурирует Энид — я бы тоже так сделала!). А я очень люблю дебюты — сразу представляю, какая это гигантская работа, и хочется обнять всех причастных, — и поэтому прощаю им любые огрехи. Да, с интригой, может и не докрутили, но получилось, как минимум, красиво. И очень.
#ужасы_новое
Британия, конец 1980-х. С популярностью видеомагнитофонов страну наводнили кровавые слешеры на VHS (а что еще смотреть, когда по всей стране вспыхивают бунты, а каждый третий сидит без работы). Преступники слишком вдохновляются изобретательной жестокостью киноделов, поэтому самые кровавые сцены из фильмов вырезают. Цензор — сдержанная и спокойная Энид. Она верит, что делает самую важную работу. Но у нее есть секрет. Много лет назад пропала ее сестра, и Энид никак не может вспомнить, что же произошло в тот день. И вот она смотрит очередной фильм и в первый раз не может сдержаться. Фильм называется «Не ходи в церковь». В одной из сцен, Энид в этом уверена, она видит не только эпизод из собственного детства, но и свою пропавшую сестру… Но может, она просто пересмотрела ужастиков?
«Цензор» — дебютный фильм британки Прано Бейли-Бонд (она, вроде, играет одну из жертв в фильме, который цензурирует Энид — я бы тоже так сделала!). А я очень люблю дебюты — сразу представляю, какая это гигантская работа, и хочется обнять всех причастных, — и поэтому прощаю им любые огрехи. Да, с интригой, может и не докрутили, но получилось, как минимум, красиво. И очень.
#ужасы_новое
Ну и мне всегда интересна личность автора, поэтому я нашла небольшое интервью с Прано Бейли-Бонд. Она рассказывает, как впервые смотрела ужастик в детстве и думала, что ее маму за это арестуют (все из-за цензуры); почему ее тогда не напугал сам фильм (а ей было всего 8); и еще про то, как, работая над «Цензором», она общалась с реальными женщинами, цензурирующими хорроры в Британии 1980-х и что они ей рассказали.
🦑Одержимая (1981; реж. Анджей Жулавский)
Западный Берлин, 1980-е. Марк (Сэм Нилл) возвращается из длительной командировки, но что-то непоправимо изменилось за время его отсутствия. Его жена Анна (Изабель Аджани), теперь отстраненная и неприкаянная, говорит, что хочет развестись, но ничего не объясняет и на любые вопросы отвечает истерикой; дома почти не появляется и оставляет их сына Боба одного… Драма о распаде отношений оборачивается не просто кровавым кошмаром, но трагедией психологического распада личности.
Жулавский работал над «Одержимой» в глубокой депрессии. Он переживал болезненный развод с актрисой Малгожатой Браунек и одновременно — разрыв с родной Польшой, которую вынужден был покинуть, фактически столкнувшись с запретом на профессию. Съемки картины проходили в разделенном Берлине и помогли ему отвлечься от навязчивых суицидальных мыслей. В одной из сцен фильма Марк засовывает перышко себе в горло, чтобы вызвать рвоту, и Жулавский, кажется, делает примерно то же: исторгает из себя весь тот ужас, который испытывает...
У картины была тяжелая судьба. В Великобритании его отнесли к «недостойным видеофильмам» и фактически запретили к дистрибуции (помните — действие фильма «Цензор», о котором я писала выше, это как раз 1980-е годы); в штатах показали в урезанном на треть варианте, слепив из многослойной драмы эксцентричный боди-хоррор. (Хотя в какой-то момент и сам Жулавский пытался представить «Одержимую» Чарльзу Бладорну из Paramount как «фильм о женщине, которая трахается с осьминогом». Почему это не обеспечило ему мгновенную славу и богатство — та еще загадка.)
#ужасы_ретро
Западный Берлин, 1980-е. Марк (Сэм Нилл) возвращается из длительной командировки, но что-то непоправимо изменилось за время его отсутствия. Его жена Анна (Изабель Аджани), теперь отстраненная и неприкаянная, говорит, что хочет развестись, но ничего не объясняет и на любые вопросы отвечает истерикой; дома почти не появляется и оставляет их сына Боба одного… Драма о распаде отношений оборачивается не просто кровавым кошмаром, но трагедией психологического распада личности.
Жулавский работал над «Одержимой» в глубокой депрессии. Он переживал болезненный развод с актрисой Малгожатой Браунек и одновременно — разрыв с родной Польшой, которую вынужден был покинуть, фактически столкнувшись с запретом на профессию. Съемки картины проходили в разделенном Берлине и помогли ему отвлечься от навязчивых суицидальных мыслей. В одной из сцен фильма Марк засовывает перышко себе в горло, чтобы вызвать рвоту, и Жулавский, кажется, делает примерно то же: исторгает из себя весь тот ужас, который испытывает...
У картины была тяжелая судьба. В Великобритании его отнесли к «недостойным видеофильмам» и фактически запретили к дистрибуции (помните — действие фильма «Цензор», о котором я писала выше, это как раз 1980-е годы); в штатах показали в урезанном на треть варианте, слепив из многослойной драмы эксцентричный боди-хоррор. (Хотя в какой-то момент и сам Жулавский пытался представить «Одержимую» Чарльзу Бладорну из Paramount как «фильм о женщине, которая трахается с осьминогом». Почему это не обеспечило ему мгновенную славу и богатство — та еще загадка.)
#ужасы_ретро
❤1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
(продолжение)
Теперь отступлю от темы. Моя основная работа — выпускать материалы Arzamas, и недавно я работала над очередным видео, в котором поэт Сергей Гандлевский рассказывает о других поэтах. На этот раз — о Льве Лосеве. Он приводил в пример один из самых чудовищных стихов во всей русской лирике — об изнасиловании в лагере («Allegretto: Шантеклер»), и сказал так: «Какой чистый спирт лирики он выгнал из этой чудовищной бурды!». Из мерзости у него получилось сделать настоящее искусство.
И вот Жулавский, мне кажется, делает примерно то же. Ему очень плохо, он думает о смерти, он готов к ней. Но вместо этого он снимает невероятное по силе воздействия кино, сложное, неудобное (чего стоит только пятиминутная сцена в метро, где Анна фактически теряет рассудок; Аджани получила за нее приз в Каннах, но признавалась, что ей потребовалось несколько лет, чтобы отойти от съемок), но и утешительное. А утешение — в самом акте творчества.
#ужасы_ретро
Теперь отступлю от темы. Моя основная работа — выпускать материалы Arzamas, и недавно я работала над очередным видео, в котором поэт Сергей Гандлевский рассказывает о других поэтах. На этот раз — о Льве Лосеве. Он приводил в пример один из самых чудовищных стихов во всей русской лирике — об изнасиловании в лагере («Allegretto: Шантеклер»), и сказал так: «Какой чистый спирт лирики он выгнал из этой чудовищной бурды!». Из мерзости у него получилось сделать настоящее искусство.
И вот Жулавский, мне кажется, делает примерно то же. Ему очень плохо, он думает о смерти, он готов к ней. Но вместо этого он снимает невероятное по силе воздействия кино, сложное, неудобное (чего стоит только пятиминутная сцена в метро, где Анна фактически теряет рассудок; Аджани получила за нее приз в Каннах, но признавалась, что ей потребовалось несколько лет, чтобы отойти от съемок), но и утешительное. А утешение — в самом акте творчества.
#ужасы_ретро
❤1
Смерть Клеопатры. Фрагмент картины Джампетрино. 1526
Одержимая. Постер к фильму Анджея Жулавского. 1981
#признаки_подобия
Одержимая. Постер к фильму Анджея Жулавского. 1981
#признаки_подобия
❤2
🌑Девушка возвращается одна ночью домой (2014; реж. Ана Лили Амирпур)
Она (Шейла Ванд) идет по всегда темным и безлюдным улицам Бэд-сити — скверного города то ли в Иране, то ли где-то еще. На ней тельняшка и хиджаб. Все ее движения медленные и плавные, и кажется, будто она плывет (а в некоторых сценах хиджаб развевается как супергеройский плащ). На улице девушка встречает татуированного наркодилера, который принимает ее за проститутку. Он ведет ее в свою квартиру, кладет палец ей на губы — яркие, цвета его крови… Потом на пороге дома бандита она встретит грустного юношу (Араш Маранди), который придет возвращать свой ретро-автомобиль. Он отдал его за долги отца, который сидит на героине. Парень и девушка встретятся снова, когда он, одетый в костюм Дракулы, по дороге с костюмированный вечеринки засмотрится на фонарь, совершенно потерянный из-за принятой дозы. Вампир ряженый и вампирша настоящая.
А моя самая любимая сцена, когда он протягивает ей сережки, которые украл, чтобы обменять на свою тачку, а она ему в ответ — английскую булавку, чтобы он проколол ей уши...
Я начинала смотреть этот фильм как мстительный хоррор, и полностью ошиблась. Напряжение здесь усиливается не с помощью тревожной музыки и тем более скримеров, а с помощью движений актеров — от почти полной неподвижности до плавности танца и ускоренного ритма нескольких ярких сцен. Каждый кадр (картина черно-белая) — хоть распечатывай и вешай на стену, музыка (иранская группа Kiosk), хореография зачаровывают. Ассоциативно это как будто Джим Джармуш (не столько «Выживут только любовники», сколько «Более странно, чем в раю»), но также Вуди Аллен (мрачный) и немного Дэвида Линча. В итоге получилась очень красивая и трогательная драма и про любовь, и про женскую силу. Особенно в контексте названия — на Востоке исторически общественные места не предназначались для женщин, и для многих стран это все еще так. Хотя вывод неутешительный: чтобы нам не бояться ходить по темноте одним (не важно, в Тегеране, Детройте или Москве), надо отрастить зубы.
В промо картину назвали «первым иранским вампирским вестерном», а вообще «Девушка возвращается одна ночью домой» — дебют в полнометражном кино ирано-британской режиссерки Аны Лили Амирпур. Амирпур живет в Америке (фильм снимали в Калифорнии), в 2016 году вышел ещё один её фильм, «Плохая партия» — антиутопия о любви и каннибализме с Джейсоном Момоа и Киану Ривзом 🖤
#ужасы_новое
Она (Шейла Ванд) идет по всегда темным и безлюдным улицам Бэд-сити — скверного города то ли в Иране, то ли где-то еще. На ней тельняшка и хиджаб. Все ее движения медленные и плавные, и кажется, будто она плывет (а в некоторых сценах хиджаб развевается как супергеройский плащ). На улице девушка встречает татуированного наркодилера, который принимает ее за проститутку. Он ведет ее в свою квартиру, кладет палец ей на губы — яркие, цвета его крови… Потом на пороге дома бандита она встретит грустного юношу (Араш Маранди), который придет возвращать свой ретро-автомобиль. Он отдал его за долги отца, который сидит на героине. Парень и девушка встретятся снова, когда он, одетый в костюм Дракулы, по дороге с костюмированный вечеринки засмотрится на фонарь, совершенно потерянный из-за принятой дозы. Вампир ряженый и вампирша настоящая.
А моя самая любимая сцена, когда он протягивает ей сережки, которые украл, чтобы обменять на свою тачку, а она ему в ответ — английскую булавку, чтобы он проколол ей уши...
Я начинала смотреть этот фильм как мстительный хоррор, и полностью ошиблась. Напряжение здесь усиливается не с помощью тревожной музыки и тем более скримеров, а с помощью движений актеров — от почти полной неподвижности до плавности танца и ускоренного ритма нескольких ярких сцен. Каждый кадр (картина черно-белая) — хоть распечатывай и вешай на стену, музыка (иранская группа Kiosk), хореография зачаровывают. Ассоциативно это как будто Джим Джармуш (не столько «Выживут только любовники», сколько «Более странно, чем в раю»), но также Вуди Аллен (мрачный) и немного Дэвида Линча. В итоге получилась очень красивая и трогательная драма и про любовь, и про женскую силу. Особенно в контексте названия — на Востоке исторически общественные места не предназначались для женщин, и для многих стран это все еще так. Хотя вывод неутешительный: чтобы нам не бояться ходить по темноте одним (не важно, в Тегеране, Детройте или Москве), надо отрастить зубы.
В промо картину назвали «первым иранским вампирским вестерном», а вообще «Девушка возвращается одна ночью домой» — дебют в полнометражном кино ирано-британской режиссерки Аны Лили Амирпур. Амирпур живет в Америке (фильм снимали в Калифорнии), в 2016 году вышел ещё один её фильм, «Плохая партия» — антиутопия о любви и каннибализме с Джейсоном Момоа и Киану Ривзом 🖤
#ужасы_новое
❤8
🍒Новый вишневый вкус (2021; сериал Netflix)
«Я просто хотела снять фильм».
Неоновый Голливуд, 1990-е. Режиссерка Лиза Нова (потрясающая Роза Салазар) приезжает в Лос-Анджелес по приглашению влиятельного Лу Берка (Эрик Ланге) — ему понравилась ее короткометражка, и он хочет, чтобы она сняла в Голливуде полный метр. Но разумеется, не просто так: играя на первых порах роль наставника, скоро он уже кладет руку ей на коленку. Потеряв и покровителя, и фильм, Лиза обращается к ведьме по имени Боро (Кэтрин Кинер), чтобы отомстить. Все, что происходит дальше, почти неописуемо (никогда не доверяй ведьмам!), по крайней мере в контексте линейного повествования. Рвота котятами, зомби, могущественный белый ягуар (из которого испанцы сделали диван), ядовитая жаба, наемники, детские травмы, оторванные головы, переселение душ, сексуальная магия…
Если в первой половине шоу повествование строится преимущественно на противостоянии Лизы и Лу Берка, то чем дальше, тем все становится запутанее, сюрреалистичнее и психоделичнее. При этом «Новый вишневый вкус» не скатывается просто в кровавое месиво, в нем достаточно остроумия и, несмотря на все шероховатости, очень много потрясающей дерзости (хотя ужинать под этот сериал я не советую).
Про Лос-Анджелес говорят, что там на самом деле никто не родился. Люди едут в Голливуд из крошечных городков по всему миру, прихватив с собой не только мечты о лучшем будущем, но и свои демонов. И кислотный «Новый вишневый вкус» (никто так и не объяснит смысл названиа) как раз об этом — о травмированных людях, не умеющих приручить своих монстров.
#ужасы_новое
«Я просто хотела снять фильм».
Неоновый Голливуд, 1990-е. Режиссерка Лиза Нова (потрясающая Роза Салазар) приезжает в Лос-Анджелес по приглашению влиятельного Лу Берка (Эрик Ланге) — ему понравилась ее короткометражка, и он хочет, чтобы она сняла в Голливуде полный метр. Но разумеется, не просто так: играя на первых порах роль наставника, скоро он уже кладет руку ей на коленку. Потеряв и покровителя, и фильм, Лиза обращается к ведьме по имени Боро (Кэтрин Кинер), чтобы отомстить. Все, что происходит дальше, почти неописуемо (никогда не доверяй ведьмам!), по крайней мере в контексте линейного повествования. Рвота котятами, зомби, могущественный белый ягуар (из которого испанцы сделали диван), ядовитая жаба, наемники, детские травмы, оторванные головы, переселение душ, сексуальная магия…
Если в первой половине шоу повествование строится преимущественно на противостоянии Лизы и Лу Берка, то чем дальше, тем все становится запутанее, сюрреалистичнее и психоделичнее. При этом «Новый вишневый вкус» не скатывается просто в кровавое месиво, в нем достаточно остроумия и, несмотря на все шероховатости, очень много потрясающей дерзости (хотя ужинать под этот сериал я не советую).
Про Лос-Анджелес говорят, что там на самом деле никто не родился. Люди едут в Голливуд из крошечных городков по всему миру, прихватив с собой не только мечты о лучшем будущем, но и свои демонов. И кислотный «Новый вишневый вкус» (никто так и не объяснит смысл названиа) как раз об этом — о травмированных людях, не умеющих приручить своих монстров.
#ужасы_новое
🧜♀️Дочери танца (2015; реж. Агнешка Смочиньская)
Польская Народная Республика, 1980-е. Две русалки, Золотая и Серебряная (Михалина Ольшаньская и Марта Мазурек), заманивают смертных своим пением, а потом вырывают у них сердца и съедают. Однажды девушки выходят на берег Вислы, чтобы присоединится к группе, выступающей в одном из варшавских дансинг-клубов. («Где вы так хорошо научились говорить по-польски?» — «На пляжах Болгарии».) В клубе девочки сразу становятся популярными, а заодно проходят все этапы взросления. Главное не влюбится в смертного, который, не дай бог, женится на другой — станешь морской пеной!
Исход в данном случае известен заранее, и может поэтому Смочиньская задвигает драматургическое действие на второй план, то и дело прерывая его эффектными музыкальными номерами в духе классических видеоклипов (авторы музыки — сестры Вронские из группы «Баллады и Романсы»). В дансингах работала мама режиссерки, и «Дочери танца» — это взгляд на ту атмосферу глазами ребенка. И хотя коммунистическая Варшава 1980-х — место преимущественно серое и унылое, дети, как известно, предпочитают политике сказки и собственную фантазию. Впрочем, хотя в фильме много музыки и блесток, это если и сказка, то «сказка большого города для взрослых» (по определению самой Смочиньской). Взяв за основу классическую андерсеновскую историю, она дает ей женскую оптику. Смочиньская не идеализирует своих героинь, ее русалочки не сказочные существа, а настоящие кровопийцы, даже хвосты у них — как у какого-нибудь огромного угря. Балансируя на грани музыкальной баллады, наивной мелодрамы и ужасов, Смочиньска рассказывает историю превращения молодых девушек в женщин, а эта история всегда пугающая. В какой-то момент все оказываются на операционном столе, пусть и не буквально.
#ужасы_новое
Польская Народная Республика, 1980-е. Две русалки, Золотая и Серебряная (Михалина Ольшаньская и Марта Мазурек), заманивают смертных своим пением, а потом вырывают у них сердца и съедают. Однажды девушки выходят на берег Вислы, чтобы присоединится к группе, выступающей в одном из варшавских дансинг-клубов. («Где вы так хорошо научились говорить по-польски?» — «На пляжах Болгарии».) В клубе девочки сразу становятся популярными, а заодно проходят все этапы взросления. Главное не влюбится в смертного, который, не дай бог, женится на другой — станешь морской пеной!
Исход в данном случае известен заранее, и может поэтому Смочиньская задвигает драматургическое действие на второй план, то и дело прерывая его эффектными музыкальными номерами в духе классических видеоклипов (авторы музыки — сестры Вронские из группы «Баллады и Романсы»). В дансингах работала мама режиссерки, и «Дочери танца» — это взгляд на ту атмосферу глазами ребенка. И хотя коммунистическая Варшава 1980-х — место преимущественно серое и унылое, дети, как известно, предпочитают политике сказки и собственную фантазию. Впрочем, хотя в фильме много музыки и блесток, это если и сказка, то «сказка большого города для взрослых» (по определению самой Смочиньской). Взяв за основу классическую андерсеновскую историю, она дает ей женскую оптику. Смочиньская не идеализирует своих героинь, ее русалочки не сказочные существа, а настоящие кровопийцы, даже хвосты у них — как у какого-нибудь огромного угря. Балансируя на грани музыкальной баллады, наивной мелодрамы и ужасов, Смочиньска рассказывает историю превращения молодых девушек в женщин, а эта история всегда пугающая. В какой-то момент все оказываются на операционном столе, пусть и не буквально.
#ужасы_новое
❤1
🌓Дикие мальчишки (2017; реж. Бертран Мандико)
Начало XX века. Пятеро сорванцов из аристократических семей разыгрывают сцену из «Макбета» перед любимой учительницей, а потом — одержимые злым духом, представшим в образе усыпанного драгоценными камнями черепа в духе Дэмиена Херста, — насилуют и убивают ее. Во избежание правосудия мальчиков отдают на перевоспитание Капитану, который везет их на зачарованный остров, где одержимые жестокостью подростки должны трансформироваться в «цивилизованных особей человеческого рода».
На острове мальчики едят мохнатые фрукты и пьют сладкий нектар фаллических деревьев и трансформируются в девочек — впрочем, совсем не для того, чтобы полностью утратить свои грубые мужские замашки, но чтобы все так же не отказывать себе ни в каких наслаждениях, чтобы оставаться плохими… Что интересно: мальчиков изначально играют девочки — самая интересная обманка фильма.
Экспериментатора Мандико сейчас называют одним из самых изобретательных визионеров в кино, и правда — визуальное решение «Диких мальчишек» это какая-то совершенная красота. Натурные съемки сочетаются здесь с очень условными декорациями, черно-белое изображение сменяется неестественно яркими кадрами, на задний план накладывается видеопроекция. Я не видела такого ни в одном кино и в полном восторге.
#ужасы_новое
Начало XX века. Пятеро сорванцов из аристократических семей разыгрывают сцену из «Макбета» перед любимой учительницей, а потом — одержимые злым духом, представшим в образе усыпанного драгоценными камнями черепа в духе Дэмиена Херста, — насилуют и убивают ее. Во избежание правосудия мальчиков отдают на перевоспитание Капитану, который везет их на зачарованный остров, где одержимые жестокостью подростки должны трансформироваться в «цивилизованных особей человеческого рода».
На острове мальчики едят мохнатые фрукты и пьют сладкий нектар фаллических деревьев и трансформируются в девочек — впрочем, совсем не для того, чтобы полностью утратить свои грубые мужские замашки, но чтобы все так же не отказывать себе ни в каких наслаждениях, чтобы оставаться плохими… Что интересно: мальчиков изначально играют девочки — самая интересная обманка фильма.
Экспериментатора Мандико сейчас называют одним из самых изобретательных визионеров в кино, и правда — визуальное решение «Диких мальчишек» это какая-то совершенная красота. Натурные съемки сочетаются здесь с очень условными декорациями, черно-белое изображение сменяется неестественно яркими кадрами, на задний план накладывается видеопроекция. Я не видела такого ни в одном кино и в полном восторге.
#ужасы_новое