Шкатулка, полная сюрпризов

Дом Московского купеческого сообщества не перестаёт удивлять, раз за разом, обнажая новые артефакты. История дома началась началась в конце XVI века, когда стены Ивановского женского монастыря подпёрли крепким экономическим форпостом — Соляным рыбным двором.

Место складирования драгоценного товара действительно напоминало крепость: неприступные, глухие стены, высокие башни, мощные ворота. Целый квартал под землёй был изрезан ходами с камерами для хранения. А потом соль подешевела... И от былого величия осталось только название улицы Солянка.

В начале ХХ века Москва переживала очередной строительный хаос и по своему обыкновению хорошела. Перестраивал соляной квартал тандем архитекторов под руководством Шервуда. Во время работ был обнаружен не только клад с монетками, но и тот самый склад в подвале с арочными сводами.

Новый дом сразу планировали как доходный комбинат: первые нежилые этажи оборудовали под конторы, торговые площади и кафе, поэтому просторные подземелья как нельзя лучше вписывались в эту концепцию. Шервуду оставалось лишь укрепить подземные ходы, увеличить их вглубь и вширь, провести туда вентиляцию и оборудовать освещение.

В 2022 году в ходе замены дорожного покрытия в одном из дворов из-под асфальта появились подснежники две ржавые металлические решётки с разбитыми стеклянными вставками.

Это люксферы, — некогда передовые и востребованные изобретения, — конструкции из стеклянных призм. Они эффективно собирали солнечный свет и передавали его в подвалы, благодаря чему там было светло и не требовалось дорогое искусственное освещение.

В начале XX века подобные световые крышки устанавливались в Москве по лицензии американской фирмы Luxfer Prism Company. Однако на бережную эксплуатацию передовые люди наплевали уже в 1917 году, элементы царапались, бились и постепенно были погребены в асфальте.

Со всей Москвы таких люксфер собрано около 20 штук. Говорят, надежда на нежную реставрацию и возвращение по прежним адресам есть!

Итак, склады-катакомбы частично доступны к просмотру: их давным-давно освободили от соли, а маргиналов из 90-х сменила публика с лавандовым апломбом. Наиболее насмотренная аудитория — завсегдатаи всех секретных баров с парадным входом из «Чёрного лебедя».

Пробравшись во внутренний двор-колодец, люксфер вы, скорее всего, не увидите, но их присутствие легко вычисляется по характерным проталинам в ледовой корке (пока она была).

➖Подписаться на Тайны Москвы

Горизонтальные небоскрёбы и летающие города: самые смелые и безумные проекты Москвы

Был такой век — двадцатый. Архитекторы просыпались и думали: а не перестроить ли нам всё заново? И знаете что — некоторые почти успевали.

Калмыков, выпускник ВХУТЕМАСа, нарисовал кольцо вокруг Земли. «Сатурний». Целый город-обруч в космосе — жильё, площадки, общественные пространства. Парень смотрел на небо и думал не о боге, а о том, как туда переехать. Не построили, конечно. Слишком утопично. Это слово придумали люди, у которых не хватало смелости или денег.

Крутиков в двадцать восьмом году пошёл тем же маршрутом, только скромнее — не кольцо вокруг Земли, а просто жилые модули в воздухе. «Летающий город». Внизу — промышленность и суета, вверху — жизнь. Люди спускаются работать и поднимаются обратно. Как птицы, только с документами. Дипломная работа. Комиссия смотрела, кивала и молчала. Такое молчание всегда означает одно и то же.

Иозефович хотел дирижабль. Не маленький — огромный, на десять тысяч человек. Летающий Дом съездов СССР. Он должен был швартоваться к башням в столицах республик, как усталый путник к постоялому двору. Внутри — залы, библиотеки, выставки. Красиво на бумаге. На бумаге всё красиво.

Татлин думал монументально. Башня Третьего Интернационала — спираль высотой четыреста метров, выше Эйфелевой. Внутри вращались бы геометрические объёмы с разной скоростью: один раз в год, раз в месяц, раз в день. Здание как механизм. Как манифест из железа и стекла. Не построили — не было ни денег, ни металла, ни, честно говоря, понимания, зачем это нужно. Но проект до сих пор смотрит на тебя с музейных стендов и чего-то молча требует.

Лисицкий был трезвее. Его небоскрёбы лежали горизонтально — вытянутые туши на пятидесятиметровых опорах. Восемь штук над Москвой. Лифты прямо к метро. Это почти архитектура. Но проект признали слишком сложным, как и все прочие.

Смешно вот что — потом весь мир начал строить дома на опорах и называть это модернизмом. Японцы в шестидесятых придумали «метаболизм» и рисовали города в воздухе. Никто не вспомнил ребят из Москвы двадцатых.

А Москва тогда была настоящим полигоном. Дома-коммуны, трансформируемое жильё, транспорт встроенный прямо в стены. Люди думали на десятилетия вперёд. Это редкость. Обычно люди думают до пятницы.

➖Подписаться на Тайны Москвы

На ВДНХ реставрируют павильон «Оптика»

Кто-то вспомнил, что он существует.

Снаружи вернут двадцать четыре скульптуры. Сняли их в восьмидесятых, как обычно, без особых объяснений. Учёный, тракторист, женщины-колхозницы. Воссоздадут по архивным фотографиям. Люди умерли, фотографии остались — и теперь по ним лепят заново.

Внутри приведут в порядок панно и лепнину. Но главное, что за фальшстеной нашли горельеф. «Праздничный Ленинград». Шествие, толпа, памятник Ленину у Финляндского вокзала. Кто-то в своё время взял и просто замуровал это за листом гипсокартона.

Теперь достанут. Отреставрируют. Покажут людям.

Город иногда возвращает то, что сам же и спрятал.

➖Подписаться на Тайны Москвы

Исторический лот: Дачу Строгановых на Яузе выставят на торги

Знаменитая усадьба XVIII века на Волочаевской улице ищет нового владельца. Аукцион запланирован на третий квартал 2026 года.

Что входит в лот:

— Главный дом площадью 2,2 тыс. кв. м.
— Прилегающий парк на 1,8 гектара.
— Вид на набережную Яузы и уникальная архитектура с коринфскими и ионическими портиками.

Объект имеет статус памятника федерального значения. Это значит, что будущему собственнику придется взять на себя жесткие обязательства по реставрации. Любые изменения и даже «приспособление под современное использование» нужно будет детально согласовывать с госорганами.

Это редчайший для Москвы пример «летней резиденции» без лишних хозпостроек — только чистая архитектура и парк. Главный вопрос: превратится ли усадьба в закрытый клуб, элитный офис или сохранит общественный статус?

Следим за судьбой памятника.

➖Подписаться на Тайны Москвы

Модный дом Диор в Москве. Гастроли

В 1959 году произошло по истине знаковое событие на стыке моды, политики и культурной дипломатии. Относительно свежий генсек Хрущёв в разгар холодной войны неожиданно проявил интерес к дамским туалетам! К консенсусу пришли путём долгих переговоров между МИДами и МинКультами.

Французской делегации выкатили презабавные ЦУ: взять с собой папиросы и косметику, детективные романы в подарок посольским служащим, не оставлять чаевые и не пытаться искать виски.
Но самым жёстким требованием стало не облачать моделей в брюки! Свобода передвижения, в прямом смысле, шла в разрез с коммунистической доктриной.

Какие цели преследовали стороны? Это — поле для фантазии. Советы ничего покупать у буржуа не собирались, разве что вдохновиться. Эксцентричный Сен-Лоран, вероятно, рассматривал поездку как отличный PR новых коллекций и себя в качестве нового креативного директора.

Приоткрытый железный занавес на время подвязали ленточкой из органзы: строго регламентированный показ организовали в ДК «Крылья Советов».

В зале, где проходил показ мод, изумительно пахло французскими духами — их вылили для «антуража» аж 12 литров! Остальные 488 литров разошлись на подарки представителям соцлагеря. За пять дней состоялось 15 показов, которые посмотрели 11 тысяч зрителей. Каждая, из 12 приехавших манекенщиц, вышла на подиум 140 раз, всего показали 120 комплектов.

На шоу по спецпропускам попала только аппаратная верхушка. Однако дефиле продолжилось прямо на улицах столицы. Элегантные француженки в нарядах Haute Couture неспешно прогуливались по Москве, одаривая прохожих свежими цветами.

Туфли-лодочки, чулки со строчкой и шляпки, безусловно, вызывали искренний интерес у горожан, как межгалактический контакт у уфологов.

Пресса отреагировала более категорично. “Платья коротковаты. Полных и низкорослых это вряд ли украсит.” — так особо сердобольный журнал «Огонёк» искренне переживал за соотечественниц.

Капиталистический шик в советский массмаркет, разумеется, не просочился. Модницы, которым товар от фарцовщиков был не по карману, обращались к швеям. Искусницы творили чудеса индивидуального пошива с помощью самоучителей и готовых выкроек, а особо привилегированные, обшивая высшие эшелоны, вдохновлялись зарубежными журналами.

Мода циклична? Абсолютно! Те, кто с содроганием вспоминают свои первые фэшн проходки по обледенелой картонке на вещевом рынке и наблюдали открытие-закрытие в Москве магазинов и бутиков одежды всех сегментов, сейчас с лёгким недоумением слушают восторги юных ценителей из примерочных «Садовода», "потому что там вайб!"

«Je reviens te chercher» французского кутюрье относительно славянского культурного кода отразилось позже в коллекции 1976 года «Русские балеты / Ballets Russes», — одной из самых знаменитых в карьере Сен-Лорана

➖Подписаться на Тайны Москвы