Шутки пассажиров в самолете армянских авиалиний:

***
- Почему окна не затонированы?

***
- Если пристегнешься, обидишь пилота.

***
- У вас есть шахматы? - вопрос к стюардессе.
- Нет, только нарды.

3 марта все пути сошлись для меня в одну дорогу – Camino Francés – Путь святого Иакова. Известную дорогу паломников на севере Испании, которая растянулась от востока и до самого запада полуострова. До края земли, как говорят паломники, потому что дальше – Атлантический океан.

Я начала путь в Памплоне и дошла до Сантьяго-де-Компостелы за 32 дня. 710 километров, которые дались не легко. Физическая боль через неделю сильно снизилась, но не могу сказать того же о душевных терзаниях. Они рождались из раздражения и непонимания собственного выбора.

Добровольно каждый день идешь 25 км с рюкзаком 7 кг, ночуешь в альберге (хостеле для пилигримов) в холоде под храп, умываешься ледяной водой, ешь, когда придется и часто что придется. На это должна быть причина.

Через 18 дней мое потрясающее тело, оказавшись честнее меня, включило саботаж на максимум – меня затошнило невероятно сильно. Я даже слегла с температурой. Восстановилась и снова пошла. Но через пару дней тошнота вернулась.

Пилигримы обожают спрашивать друг у друга причину прохождения Камино. Я отвечала размыто. Что-то вроде «у меня микс из причин, основная – хочу найти ответы на некоторые вопросы». Какие точно вопросы и нужны ли мне ответы, я не понимала. А главное – я перестала понимать, зачем для поиска ответов страдать.

Самым близким пилигримам я говорила, что иду ради папы, что посвящаю этот путь ему и хочу помолиться за него в Сантьяго-де-Компостеле. Будто пройдя в страданиях 710 км, я буду иметь больше права и сильнее подготовлюсь к молитве, чем если приеду в храм на поезде из Мадрида. Но правда в том, что если бы я позвонила папе и сказала хотя бы о доле своих ограничений, он бы заволновался: «Мне это не нужно, остановись, доча, и вернись домой».

На 22 день случилась кульминация: все достигло пика – символично что и путь в этот день был на вершину – на максимальную точку – 1700 м над уровнем моря. В пике, наконец, поговорила с собой содержательно. Это прозвучит банально и слишком психосаматично, но меня отпустило. Тошнота прошла. Страдания прошли. Остаток пути я просто пошла. В удовольствие. Останавливаясь, когда красиво, а не когда устала до невозможности. Без спешки. Просто так, обращая больше внимания на мир. Восхищаясь тем, что боли в ногах уже нет, и они теперь с желанием преодолевают 25 км.

До Камино я представляла, что за 710 км без соцсетей будет так много времени на мысли, что я закрою абсолютно все свои вопросы. Но нашла в итоге другое, а про вопросы поняла, что они будут всегда. К счастью, и путей в жизни очень много.

Брала с собой на Камино две футболки, двое штанов, две кофты и термобелье. Таким образом у меня был один комплект одежды на выход и один для дома. Ситуация непривычная, но прелесть в том, что каждое утро не тратишь ни минуты на выбор «какой ты сегодня»: стильный, городской, спортивный, разный. Все определено – как и вчера ты бродяга пилигрим.

Пишу эту заметку из первого дня дома, стоя перед шкафом уже тридцать минут и отправляя вопрос в пустоту «что мне надеть???»

Почему Норвегия – страна, в которую я поеду в последнюю очередь?

В прошлом году я провела в автобусе из Касабланки в Эссуэйру 6 часов, они прошли легко и с наслаждением, марокканские пейзажи и устройство маленьких городов по пути были для меня интересными, новыми. Но в этом же автобусе ехали два норвежца, и каково же было мое удивление, когда на остановке они признались, что очень устали, что картинка за окном невероятно скучная.

Тогда я подумала, что это особенность двух конкретных мужчин: «Наверное, их в целом сложно удивить».

Пока не встретила еще одного человека из Норвегии на Камино. Это был мой 30 день, к тому моменту я уже четко понимала, что на 100% рада пейзажам и городам Испании. Я даже писала семье, что не помню, как это, когда вокруг некрасиво.

«Пейзажи пока ни о чем, конечно», – сказал мне парень из Норвегии, и глаза мои выкатились. Можно было засомневаться, что я правильно его поняла, так как английский мой всего В1, но он говорил на русском.

– Чтооо? Ну нет, тут я не соглашусь. Я могу сколько угодно жаловаться на испанский график и сиесту, но пейзажи…Не знаю. Может, я не так притязательна?
– Нет, просто я из Норвегии.
– Да что у вас там творится? – рассказала ему историю про норвежцев в Марокко.
– Приезжай, поймешь.
– Чтобы потом все вокруг казалось мне скучным? Ну уж нет, Норвегия пусть будет вишенкой на торте. Приеду, когда страны закончатся.

Классно на себе убедиться, как внутреннее состояние влияет на успехи в спорте. Спустя 1,5 месяца перерыва пришла на теннис более раскрепощенная и свободная, тренер говорит: «Играешь так, будто не переставала».

Хочу добавить дисциплины и ожидаю прогресс.

Впервые была на скалолазании, дооценила сложность процесса, но больше всего впечатлилась от возможности громко, легко, вкладывая всю душу и, кажется, даже вспоминая прошлые страдания, кричать на весь скалодром сверху вниз своему тренеру: «Я больше не могу». Это был момент пиковой свободы. Когда не терпишь, чтобы не позориться, а орешь, не стесняясь, потому что нет ни капли сил держать себя дальше, и тем более двигаться вверх.

Двадцать первую ночь Камино провела в альберге в Астроге. Комнату делила с тремя другими пилигримами, двое из которых – пожилая пара мексиканцев. Мужчина – Сальвадор – хорошо говорил на английском, его супруга понимала только испанский.

Как это всегда бывает в альберге – завязался разговор. Сальвадор рассказал, что уже проходил Камино много лет назад со своей дочерью. «Я проводил мало времени с ней, Камино это изменило, мы сблизились, это были очень хорошие дни». Спустя 10 лет он вернулся с супругой.

Я сплю чутко, и просыпаюсь с первым пилигримом. Как только кто-то начинает собираться, наполовину бодрствую. В ту ночь супруга Сальвадора проснулась около 5:30. Оделась, собралась и села ждать. И сидела так до 7:00, пока не проснулся Сальвадор.

Когда он проснулся, я сказала на английском: «У вас замечательная жена. Она проснулась почти на 2 часа раньше и просто спокойно сидела и ждала вас». Смеясь, добавила откровение: «Я бы поступила иначе».

Сальвадор, улыбаясь, перевел жене. На что она отреагировала спокойно, произнеся простое, но самое емкое: «Somos esposos» – «Мы супруги».

Помните, как почти год назад я проиграла всем на своем первом турнире по настольному теннису? Спустя 7 попыток в призерах! Что изменилось за это время? Я не то, чтобы больше тренируюсь сейчас. Стала меньше волноваться, играю рискованней, в удовольствие, эффектно, армянка я в конце концов или нет? 👆🏼

Ходили с Аней и Ариной на квиз по мультфильмам, за пару часов до него гуляли и готовились. В числе прочего погуглили, сколько серий в «Ну, погоди» и создателя «Ёжика в тумане».

На квизе таких вопросов не было, но каждый раз, когда попадался вопрос про «Ну, погоди» или «Ёжика», я просила Аню в графе с ответом писать «Ответ: Ёжик в тумане, режиссер Юрий Норштейн», «Ответ: Ну, погоди. В мультфильме 22 серии».

Добавил ли нам кто-то за это баллы? Нет. Считаю ли я себя хитрой? Да.

Мама учит английский, купила ей игру для увеселения процесса. Нужно подбирать печенье к стакану молока с картинкой. Мама увидела стакан с уткой и говорит: «Утка на английском — это же Дональд?»

Мультик был обучающий, да не совсем.

Случилось небольшое, но насыщенное путешествие по Кыргызстану.

Давно впервые увидела фотографии озера Ала-Кёль, с того момента знала точно, что и у меня такие фотографии будут. Идти по горам, еще к красивой цели — это то, что радует и успокаивает.

В итоге в Кыргызстане впечатлило не только Ала-Кёль. Страна окружена горами, их видно практически всегда, а в Оше можно даже посреди города развлечься маленьким хайком и посмотреть на него на вершине Сулайман-Тоо.

Горы обрамляют красивую начинку — огромное озеро Иссык-Куль. Вода с южного берега такая прозрачная, чистая, что хочется сидеть долго у берега и любоваться, восстанавливаться.

Там же на юге можно и в каньоне оказаться. Одно грустно — природное богатство Кыргызстана соседствует с бедностью населения. Чувствуется, что уровень жизни несправедливо низкий. Только это не отражается на людях: в большинстве мест, которые мы посетили, ощущалось гостеприимство. Дети любят подходить и говорить «Hello». Туризм в стране начинает набирать неплохие обороты, но сервис только формируется. И вот тут я даже не знаю, плюс это или минус. С одной стороны уровень комфорта ниже привычного, но с другой стороны столько души в том, что получаешь. В Тосоре, например, мы поселились в домике у Иссык-Куля, и все сотрудники выглядели как одна семья. Никаких условностей, все по-домашнему.

— Вам нужна уборка? — спрашивает у меня девушка-сотрудник (в Кыргызстане очень часто среди работников дети). И тут же добавляет мило: — Только не сейчас, ладно?

В общем, желаю этой прекрасной стране полностью развить свой большой туристический потенциал и не потерять при этом национальный колорит с душевностью.