P.S. эта дверь является бесконечным лесом - то бишь местом, где был "заточён" сам Локи. По сюжету его забирает другой монстр(а есть Пейн.), что считается "чужаком" в этой сфере. В бесконечный лес может пройти и выйти кто угодно, но сам Локи не может этого сделать. Нужно чтоб кто-то сопроводил его или же просто открыл "его дверь". Если Локи покидает это место, то дверь так и останется открытой, пока тот не вернётся. Сами хранители должны были следить за этой "вселенной".... Но что-то пошло не так XD. Они сами не знали, что Локи "забрали".

(Это будет краткий вариант всей его истории, ведь тогда бы это вышло намного больше, чем планировалось. В кратком варианте написано всё самое основное.)
очень надеюсь, что кому-то будет интересно почитать это 💔

✨ пред. история автора. ✨

«Компания» — творческое объединение людей, занимающихся созданием вымышленных вселенных, персонажей и сюжетов. Это был небольшой и не маленький коллектив писателей, сценаристов и художников, которые работают вместе в одном пространстве — просторном лофте с отдельными рабочими зонами. Что-то вроде этого.
Каждый участник Компании разрабатывает свои идеи и делится ими с остальными для обсуждения. Время от времени кто‑то из художников показывает новый набросок или черновик — остальные высказывают мнение, спорят, критикуют... Но под удар постоянно попадал лишь один из членов Компании - «Автор».
Он был искренне увлечён своим делом, но его работы постоянно подвергались жёсткой критике. Его "коллеги" считали идеи «слишком странными», «нечитаемыми» или «не вписывающимися в формат».
Постоянно претензии были одни и те же:
«Опять эти нелепые детали — кто будет разбираться в таком?»
«Сюжет слишком запутанный, никто не поймёт».
«Персонажи какие‑то… неправильные, что ли».

Автор начинал верить, что проблема и вправду в нём. Он перечитывает свои записи, пытается копировать стиль более успешных коллег, изучает популярные "произведения" — но результат остаётся прежним. Его работы по‑прежнему не нравятся остальным... Как и ему.

Автор завидовал многим. Но больше всего тому «существу», проявляющее себя через рисунки: оно как будто «отвечает» на работы самих Авторов, оставляя на их листах едва заметные штрихи, новые линии, небольшие дополнения... Или небольшой текст. Никто не знает, откуда Инк берётся и как именно действует — он просто появлялся на бумаге. Обычно.
Конечно, они могли и другим способом связаться с ним... Но сейчас не об этом.

Когда на чьём‑то наброске вдруг возникало что-то подобное, это сразу привлекает внимание остальных. Авторы начинали бурно обсуждать идею, предлагать дополнения, и проект мгновенно оживал.
Сам же Автор ненавидил это всё. Инк не создаёт ничего сам, но его вмешательство мгновенно повышает ценность работы на глазах.
Коллеги буквально расцветали, когда видели на своих листах «одобрение» Инка.
Даже тем, кто раньше критиковал автора, больше не было дело до его работ. Всем нужно было лишь его одобрение.

... Автора это бесило. Бесило то, что ему всё давалось так легко. Инку стоило лишь оставить пару штрихов на чьей-то работе и он сразу становился объектом обожания. Автор неделями горбатился над своим рабочим местом, лишь бы наконец угодить другим, получить то же одобрение, но те даже смотреть на это не хотели.

Давление нарастало. Автор всё реже выходил из своей «рабочей зоны», проводя дни и ночи за столом. Он пытался создать что‑то, что точно понравится остальным, но каждый новый вариант отвергался.
Однажды он выложил очередной набросок на общий стол для «обзора». Реакция предсказуема:
«Слишком сложно, никто не разберётся».
«Это вообще не вписывается ни в какой жанр».
«Может, попробуешь что‑то попроще?»
Этого достаточно, чтобы Автор почувствовал себя окончательно разбитым.

Он никогда не попадал в поле его зрения.

...

День, когда всё закончилось, был таким же, как и многие другие. Автор сидел за своим рабочим столом. Перед ним лежал чистый лист — последний шанс создать что‑то, что по-настоящему оценят. Рядом валялись десятки зачёркнутых набросков, исчирканы пометками коллег.
Он взял карандаш в руки. Рука дрожала. Мысли метались:
«Может, ещё один вариант? Ещё одна попытка?»
«Они никогда не примут меня».
«Инк бы оставил хоть какой‑то знак. Но я… Я просто не могу».
Решимость пришла внезапно. Резкий звук. Что-то разбилось. Очень звонко...
Боль была острой, но короткой. Кровь, тёмно‑красная, потекла по столу, заливая чистый лист. Она смешивалась с чернилами, превращая последний холст в хаотичный узор.
Всё, что тот мог помнить в последние моменты своей жизни, так это тёплая жидкость на руках.
Шуршание падающих листов, которые он случайно смахнул, резкий запах железа, перебивающий аромат чернил... И тишина. Абсолютная, всепоглощающая тишина, которой он так жаждал.

Самые внимательные заметят, что некоторые детали взяты у нынешних хранителей. ;D