Боб
Рейнольдс
Новый бот в c.ai
Сюжет:
Ссылки:
Английский
Русский
Рейнольдс
Новый бот в c.ai
Сюжет:
Ты — новый член Громовержцев. Ты успела сдружиться со всеми участниками, но Боб... Он до сих пор был для тебя загадкой.
Его мощь пугает даже самых опытных героев, но в его глазах ты всегда видела лишь усталость и грусть.
Этой ночью тебе не спится. Ты решаешь сходить на общую кухню, заварить чаю и, может, почитать что-нибудь. Но едва заходишь в полумрак кухни, как слышишь тихие всхлипы.
За столом, поджав колени к груди, сидит Боб. Он не замечает тебя — его плечи слегка вздрагивают.
Ты замираешь. Часовой — один из сильнейших существ во вселенной, и сейчас он выглядит... Совершенно разбитым.
— Боб?.. — осторожно зовёшь ты.
Он резко поднимает голову, глаза красные от слёз. На секунду в них мелькает паника — он не хотел, чтобы кто-то видел его таким.
— Извини... я не хотел... — его голос дрожит. – поговори со мной...
Ссылки:
Английский
Русский
#бот
#marvel
Линикс творит🖤
Примечание: Детективное AU. Линэль Браун – мой ОС.
|Нью-Йорк. Ноябрь 1947.
Дождь. Постоянный дождь.
Он стучал по крышам «Кадиллаков», стекал по витринам дорогих магазинов, растворялся в дыму фабричных труб. Город был мокрым и грязным.
Барнс стоял под вывеской борделя, зажигая сигарету. Пламя осветило его лицо — выразительные скулы, тень щетины, холодные глаза, в которых слишком давно не было ничего, кроме усталости. Пальто, тяжелое от воды, висело на его плечах, под которым был темно-серый костюм. Шляпа с опущенными полями скрывала взгляд, но не могла скрыть напряжение в челюсти.
Пять трупов. Пять серебряных монет. Пять пуль между глаз.
Он перебирал в голове детали, все до единой... Но ничего не сходилось.
Первая жертва — Аль Капоне-младший. Найден в своем кабинете, за столом, с пулей в голове и серебряной монетой на левом веке.
Вторая — судья Морроу. В оперном театре, во время второго акта «Травиаты». Выстрел никто не услышал.
Третья — мэр Квинса. В постели. С той же монетой.
Четвертая и пятая — братья Моран, найденные в одном лимузине. Два выстрела. Две монеты.
Ни свидетелей. Ни мотивов. Ни ошибок.
Слишком чисто.
Он сжал кулак. Гнев, холодный и острый, как лезвие, прошелся по нервам. Он ненавидел, когда кто-то играл с ним.
Но больше всего он ненавидел то, что ему придется идти к ней.
Дождь бил в окна «Конкорда». Внутри пахло старым деревом, коньяком и чем-то запретным — как будто само место было грехом, застывшим во времени.
Барнс вошел, сбросил с плеч мокрое пальто. Он был раздражен. Раздражен делом, раздражен городом, раздражен тем, что он увидит ее.
Линэль сидела за своим столиком, куря длинную сигарету в черном мундштуке. Ее темно-красное платье облегало каждую линию тела. Шляпа с вуалью прикрывала глаза, но не скрывала улыбку — медленную, хищную. Ее губы были накрашены яркой бордовой помадой.
— Ну вот и ты, — сказала она. Голос был ласковый. — Я уже думала, ты предпочел бы утонуть в этом ливне, чем увидеть меня.
Он сел напротив, небрежно бросил на стол конверт с деньгами.
— Информация. Сейчас.
Лина рассмеялась — звук был мягким, но в нем звенели лезвия.
— Ох, Джимми, ты же знаешь, мне не нужны твои деньги.
— Тогда что?
Она потянулась через стол. Черная перчатка скользнула по его галстуку, поправила узел.
— Ты.
Он не двинулся. Не отстранился.
Лина провела пальцем по его щеке, потом медленно, слишком медленно, коснулась его губ.
— Не как детектив. Как мужчина.
Он должен был оттолкнуть ее. Должен был встать и уйти. Но он не сделал ни того, ни другого.
И это было хуже, чем любое признание.
Она улыбнулась, зная это.
— Ну что, детектив? — шепнула она. — Ты все еще хочешь свои ответы?
Город за окном стонал под дождем. Где-то в темноте убийца готовился к следующему выстрелу.
А Барнс сидел перед ней, и впервые за долгие годы чувствовал себя не тем, кто задает вопросы, а тем, на кого охотятся.
— Говори.
Лина наклонилась ближе.
— Сначала ты выполняешь мое условие.
Он не отвел взгляд.
— Какое?
Ее губы почти коснулись его уха.
— Целую ночь. Без вопросов. Без пистолета под подушкой. Только ты и я.
Он замер.
И тогда она тихо рассмеялась.
— Ох, Баки… Я же знала, что ты не откажешься.
И самое страшное было в том, что она была права. Он даже и не думал отказываться.
• ── • ──── ★ ──── • ── •
Скорее всего история Детектива Барнса и Линэль ещё не закончена.
Как относитесь к этому жанру?
Дождь. Постоянный дождь.
Он стучал по крышам «Кадиллаков», стекал по витринам дорогих магазинов, растворялся в дыму фабричных труб. Город был мокрым и грязным.
Барнс стоял под вывеской борделя, зажигая сигарету. Пламя осветило его лицо — выразительные скулы, тень щетины, холодные глаза, в которых слишком давно не было ничего, кроме усталости. Пальто, тяжелое от воды, висело на его плечах, под которым был темно-серый костюм. Шляпа с опущенными полями скрывала взгляд, но не могла скрыть напряжение в челюсти.
Пять трупов. Пять серебряных монет. Пять пуль между глаз.
Он перебирал в голове детали, все до единой... Но ничего не сходилось.
Первая жертва — Аль Капоне-младший. Найден в своем кабинете, за столом, с пулей в голове и серебряной монетой на левом веке.
Вторая — судья Морроу. В оперном театре, во время второго акта «Травиаты». Выстрел никто не услышал.
Третья — мэр Квинса. В постели. С той же монетой.
Четвертая и пятая — братья Моран, найденные в одном лимузине. Два выстрела. Две монеты.
Ни свидетелей. Ни мотивов. Ни ошибок.
Слишком чисто.
Он сжал кулак. Гнев, холодный и острый, как лезвие, прошелся по нервам. Он ненавидел, когда кто-то играл с ним.
Но больше всего он ненавидел то, что ему придется идти к ней.
Дождь бил в окна «Конкорда». Внутри пахло старым деревом, коньяком и чем-то запретным — как будто само место было грехом, застывшим во времени.
Барнс вошел, сбросил с плеч мокрое пальто. Он был раздражен. Раздражен делом, раздражен городом, раздражен тем, что он увидит ее.
Линэль сидела за своим столиком, куря длинную сигарету в черном мундштуке. Ее темно-красное платье облегало каждую линию тела. Шляпа с вуалью прикрывала глаза, но не скрывала улыбку — медленную, хищную. Ее губы были накрашены яркой бордовой помадой.
— Ну вот и ты, — сказала она. Голос был ласковый. — Я уже думала, ты предпочел бы утонуть в этом ливне, чем увидеть меня.
Он сел напротив, небрежно бросил на стол конверт с деньгами.
— Информация. Сейчас.
Лина рассмеялась — звук был мягким, но в нем звенели лезвия.
— Ох, Джимми, ты же знаешь, мне не нужны твои деньги.
— Тогда что?
Она потянулась через стол. Черная перчатка скользнула по его галстуку, поправила узел.
— Ты.
Он не двинулся. Не отстранился.
Лина провела пальцем по его щеке, потом медленно, слишком медленно, коснулась его губ.
— Не как детектив. Как мужчина.
Он должен был оттолкнуть ее. Должен был встать и уйти. Но он не сделал ни того, ни другого.
И это было хуже, чем любое признание.
Она улыбнулась, зная это.
— Ну что, детектив? — шепнула она. — Ты все еще хочешь свои ответы?
Город за окном стонал под дождем. Где-то в темноте убийца готовился к следующему выстрелу.
А Барнс сидел перед ней, и впервые за долгие годы чувствовал себя не тем, кто задает вопросы, а тем, на кого охотятся.
— Говори.
Лина наклонилась ближе.
— Сначала ты выполняешь мое условие.
Он не отвел взгляд.
— Какое?
Ее губы почти коснулись его уха.
— Целую ночь. Без вопросов. Без пистолета под подушкой. Только ты и я.
Он замер.
И тогда она тихо рассмеялась.
— Ох, Баки… Я же знала, что ты не откажешься.
И самое страшное было в том, что она была права. Он даже и не думал отказываться.
• ── • ──── ★ ──── • ── •
Скорее всего история Детектива Барнса и Линэль ещё не закончена.
Как относитесь к этому жанру?
#зарисовка
#marvel
Хэдканоны🖇
1. Дерутся — значит любят.
Они могут поссориться, толкаться, даже слегка подраться, но уже через час валяются в обнимку, целуются и шепчут друг другу что-то глупое. Клинт иногда нарочно задирает Баки, зная, что «примирение» будет особенно приятным.
2. Бессонные ночи.
У Баки бессонница, а у Клинта — режим «совы». Они находят друг друга в 3 часа ночи на балконе. Без слов. Просто остаются рядом.
3. Ты. Меня. Слышишь.
Клинт иногда притворяется, что не слышит Баки (даже с аппаратами), просто чтобы позлить его. Баки сначала хмурится, а когда понимает, что его разводят, либо швыряет в Клинта что-то, либо хватает за подбородок и чётко артикулирует: «Ты. Меня. Слышишь.»
4. Разница в росте.
Клинт использует свой рост по полной:
— Кладет подбородок Джеймсу на макушку.
— Обнимает его сверху, как большой медведь.
— Шепчет ему в ухо всякие глупости, чтобы заставить его краснеть.
Винтерхоуки (Баки Барнс/Клинт Бартон) – отношения.
1. Дерутся — значит любят.
Они могут поссориться, толкаться, даже слегка подраться, но уже через час валяются в обнимку, целуются и шепчут друг другу что-то глупое. Клинт иногда нарочно задирает Баки, зная, что «примирение» будет особенно приятным.
2. Бессонные ночи.
У Баки бессонница, а у Клинта — режим «совы». Они находят друг друга в 3 часа ночи на балконе. Без слов. Просто остаются рядом.
3. Ты. Меня. Слышишь.
Клинт иногда притворяется, что не слышит Баки (даже с аппаратами), просто чтобы позлить его. Баки сначала хмурится, а когда понимает, что его разводят, либо швыряет в Клинта что-то, либо хватает за подбородок и чётко артикулирует: «Ты. Меня. Слышишь.»
4. Разница в росте.
Клинт использует свой рост по полной:
— Кладет подбородок Джеймсу на макушку.
— Обнимает его сверху, как большой медведь.
— Шепчет ему в ухо всякие глупости, чтобы заставить его краснеть.
Линикс творит🖤
Хэдканоны🖇 Винтерхоуки (Баки Барнс/Клинт Бартон) – отношения. 1. Дерутся — значит любят. Они могут поссориться, толкаться, даже слегка подраться, но уже через час валяются в обнимку, целуются и шепчут друг другу что-то глупое. Клинт иногда нарочно задирает…
5. Только для Баки.
Когда кто-то флиртует с Клинтом, Баки не говорит ничего… но встаёт так, чтобы его металлическая рука была на виду. Клинт замечает и ухмыляется — а потом нарочно целует Баки при всех, чтобы доказать ему, что никому не нужен, кроме него.
6. Голос
Клинт редко говорит о том, как звучит мир без аппаратов – тихо, давяще, как под водой. Но однажды, когда они лежат в темноте, он признаётся:
— «Твой голос – первое, что я хочу слышать, когда включаю их утром.»
Баки не отвечает, но с тех пор старается говорить с ним первым.
7. Панические атаки.
Баки никогда не признавался о своем состоянии вслух. Ни Стиву, ни даже самому себе. Но в тот раз, когда Клинт нашёл его прижавшимся к стене в углу, с трясущимися руками и пустым взглядом — Баки впервые выдавил из себя:
— «Мне плохо.»
И тогда Клинт сидел рядом и пытался отвлечь его от паники. Он прижимал его к себе и шептал на ухо, что все будет хорошо.
8. Жестовый язык.
Баки выучил жестовый язык. Он сделал это втайне, тренировался у зеркала, чтобы однажды сказать Клинту что-то важное, когда тот будет без слуховых аппаратов. Когда это наконец случилось — Баки медленно, но уверенно показал «Я люблю тебя, ты никогда не будешь один», Клинт сначала остолбенел, а потом расплакался и вцепился в него так, будто боялся, что он исчезнет.
9. Запрещенные приемы.
Клинт обожает провоцировать Баки на людях – внезапно целует его в шею, когда тот разговаривает с Стивом, или нарочно громко вздыхает: «Ну почему ты такой красивый, это же нечестно!» Баки краснеет до кончиков ушей и делает вид, что ненавидит это, но на самом деле обожает.
10. Живой щит.
Несмотря на разницу в росте, Баки всегда заслоняет Клинта в бою. Клинт ворчит, что не нуждается в защите, но втайне тает от этого.
11. Громче любых слов.
Иногда Клинт намеренно не надевает аппараты. Не потому что забыл — а потому что не хочет. Не хочет слышать голоса, вопросы, шум мира. В такие дни он отключается, и Баки не показывает «надень их». Он просто подходит сзади, обнимает его крепко, прижимает к себе так, чтобы Клинт чувствовал его дыхание, его тепло.
Они могут часами сидеть в тишине. Баки не требует объяснений — он просто держит его за руку, водит пальцами по его ладони, рисуя бессмысленные узоры, которые говорят «я здесь» громче любых слов.
• ── • ──── ★ ──── • ── •
Ну как-то вот так🤭
Жду ваших комментариев.
Когда кто-то флиртует с Клинтом, Баки не говорит ничего… но встаёт так, чтобы его металлическая рука была на виду. Клинт замечает и ухмыляется — а потом нарочно целует Баки при всех, чтобы доказать ему, что никому не нужен, кроме него.
6. Голос
Клинт редко говорит о том, как звучит мир без аппаратов – тихо, давяще, как под водой. Но однажды, когда они лежат в темноте, он признаётся:
— «Твой голос – первое, что я хочу слышать, когда включаю их утром.»
Баки не отвечает, но с тех пор старается говорить с ним первым.
7. Панические атаки.
Баки никогда не признавался о своем состоянии вслух. Ни Стиву, ни даже самому себе. Но в тот раз, когда Клинт нашёл его прижавшимся к стене в углу, с трясущимися руками и пустым взглядом — Баки впервые выдавил из себя:
— «Мне плохо.»
И тогда Клинт сидел рядом и пытался отвлечь его от паники. Он прижимал его к себе и шептал на ухо, что все будет хорошо.
8. Жестовый язык.
Баки выучил жестовый язык. Он сделал это втайне, тренировался у зеркала, чтобы однажды сказать Клинту что-то важное, когда тот будет без слуховых аппаратов. Когда это наконец случилось — Баки медленно, но уверенно показал «Я люблю тебя, ты никогда не будешь один», Клинт сначала остолбенел, а потом расплакался и вцепился в него так, будто боялся, что он исчезнет.
9. Запрещенные приемы.
Клинт обожает провоцировать Баки на людях – внезапно целует его в шею, когда тот разговаривает с Стивом, или нарочно громко вздыхает: «Ну почему ты такой красивый, это же нечестно!» Баки краснеет до кончиков ушей и делает вид, что ненавидит это, но на самом деле обожает.
10. Живой щит.
Несмотря на разницу в росте, Баки всегда заслоняет Клинта в бою. Клинт ворчит, что не нуждается в защите, но втайне тает от этого.
11. Громче любых слов.
Иногда Клинт намеренно не надевает аппараты. Не потому что забыл — а потому что не хочет. Не хочет слышать голоса, вопросы, шум мира. В такие дни он отключается, и Баки не показывает «надень их». Он просто подходит сзади, обнимает его крепко, прижимает к себе так, чтобы Клинт чувствовал его дыхание, его тепло.
Они могут часами сидеть в тишине. Баки не требует объяснений — он просто держит его за руку, водит пальцами по его ладони, рисуя бессмысленные узоры, которые говорят «я здесь» громче любых слов.
• ── • ──── ★ ──── • ── •
Ну как-то вот так🤭
Жду ваших комментариев.
#Хэды
#marvel
9
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
1❤🔥18
– Ты знаешь, Роллинз... В последнее время я ловлю себя на мысли, что в перестрелках мне не хватает только одного — твоей спины прижатой к моей.
– Если бы я не знал тебя 10 лет, подумал бы, что это признание в любви, Рамлоу.
– А если бы знал меня 20 — понял бы, что так оно и есть.
– Ладно... Тогда обещай хотя бы не стрелять в меня, романтик хренов.
– Я так любовь свою выражаю, идиот.
• ── • ──── ★ ──── • ── •
– Если бы я не знал тебя 10 лет, подумал бы, что это признание в любви, Рамлоу.
– А если бы знал меня 20 — понял бы, что так оно и есть.
– Ладно... Тогда обещай хотя бы не стрелять в меня, романтик хренов.
– Я так любовь свою выражаю, идиот.
• ── • ──── ★ ──── • ── •
#sketch
#marvel
Линикс творит🖤
Photo
Клинт Бартон устало потирал переносицу, глядя на экран монитора. Миссия была провалена — не из-за врагов, не из-за нехватки ресурсов, а из-за одного конкретного человека.
— Барнс, — начал он, стараясь сохранять спокойствие. — Ты буквально мог просто пройти мимо.
— Я проходил мимо, — невозмутимо ответил Зимний Солдат, разглядывая свою металлическую руку. — Но он был такой нахальный.
— Он был охранник!
— Да? А мне показалось, он хотел меня оскорбить.
— Он сказал тебе «пропуск»!
— Ну вот, — Барнс кивнул. — Оскорбительный тон.
Клинт закрыл глаза и глубоко вдохнул. Они сидели в убежище, которое, по идее, должно было оставаться секретным, но теперь вся база знала о их присутствии. Потому что Джеймс «Я не люблю когда со мной разговаривают с таким тоном» Барнс не смог пройти мимо охранника, не устроив ему «лекцию» о вежливости.
— Ладно, — Клинт вздохнул. — Теперь нам придется выбираться отсюда по вентиляции.
— Я могу просто пройти через главный вход, — предложил Барнс.
— Нет.
— Они меня не остановят.
— Я тебя остановлю.
Барнс нахмурился.
— Ты попробуешь.
Клинт закатил глаза, но уголки его губ дрогнули.
— Ты невыносим.
— Зато красив.
— Это спорно.
Барнс притворно обиделся.
— Ты же сам вчера говорил, что у меня «гипнотические глаза и чертовски привлекательная улыбка».
— Я был пьян.
— Ты видимо всегда пьян.
Клинт фыркнул и потянулся к своему луку.
— Ладно, Красавчик, — пробормотал он. — Давай уже выбираться отсюда, пока нас не окружили.
Барнс ухмыльнулся.
— Значит, я всё-таки красавчик?
— Заткнись и лезь в вентиляцию.
Но, прежде чем последовать за ним, Клинт всё же не удержался и шлепнул его по бедру.
Идиоты. Оба.
• ── • ──── ★ ──── • ── •
Ода снова винтерхоуки. Они не закончатся.🫂
— Барнс, — начал он, стараясь сохранять спокойствие. — Ты буквально мог просто пройти мимо.
— Я проходил мимо, — невозмутимо ответил Зимний Солдат, разглядывая свою металлическую руку. — Но он был такой нахальный.
— Он был охранник!
— Да? А мне показалось, он хотел меня оскорбить.
— Он сказал тебе «пропуск»!
— Ну вот, — Барнс кивнул. — Оскорбительный тон.
Клинт закрыл глаза и глубоко вдохнул. Они сидели в убежище, которое, по идее, должно было оставаться секретным, но теперь вся база знала о их присутствии. Потому что Джеймс «Я не люблю когда со мной разговаривают с таким тоном» Барнс не смог пройти мимо охранника, не устроив ему «лекцию» о вежливости.
— Ладно, — Клинт вздохнул. — Теперь нам придется выбираться отсюда по вентиляции.
— Я могу просто пройти через главный вход, — предложил Барнс.
— Нет.
— Они меня не остановят.
— Я тебя остановлю.
Барнс нахмурился.
— Ты попробуешь.
Клинт закатил глаза, но уголки его губ дрогнули.
— Ты невыносим.
— Зато красив.
— Это спорно.
Барнс притворно обиделся.
— Ты же сам вчера говорил, что у меня «гипнотические глаза и чертовски привлекательная улыбка».
— Я был пьян.
— Ты видимо всегда пьян.
Клинт фыркнул и потянулся к своему луку.
— Ладно, Красавчик, — пробормотал он. — Давай уже выбираться отсюда, пока нас не окружили.
Барнс ухмыльнулся.
— Значит, я всё-таки красавчик?
— Заткнись и лезь в вентиляцию.
Но, прежде чем последовать за ним, Клинт всё же не удержался и шлепнул его по бедру.
Идиоты. Оба.
• ── • ──── ★ ──── • ── •
Ода снова винтерхоуки. Они не закончатся.🫂
#зарисовка
#marvel
Линикс творит🖤
Photo
Стол конгрессмена Барнса был залит мягким светом лампы, а за окном уже сгущались сумерки. Бумаги, разложенные аккуратными стопками, терпеливо ждали его внимания. Баки склонился над очередным документом, металлические пальцы время от времени постукивали по столу в такт его мыслям.
Тихо, как только умел, Стив подкрался сзади и положил ладони на его плечи, слегка разминая напряженные мышцы. Баки даже не дрогнул, лишь продолжил писать, будто не замечая его.
— Упрямец, — прошептал Стив, но улыбнулся.
Блондин провел рукой по коротким волосам Барнса, позволив пальцам задержаться на теплой коже шеи. Потом наклонился и оставил легкий поцелуй чуть ниже линии волос. Баки лишь хмыкнул, но не отвлекся.
— Серьезно? — Стив притворно вздохнул, целуя его в щетинистую щеку, уже настойчивее.
Ответа не последовало.
Наконец, сдавшись, он отступил на шаг.
— Ладно, не буду мешать...
Но едва он повернулся, чтобы уйти, как металлическая рука молниеносно обвила его талию и резко притянула назад. Баки усадил его себе на колени, не выпуская из объятий, и наконец-то оторвался от бумаг.
— Ты же знаешь, что я не могу сосредоточиться, когда ты рядом, — прошептал он, прижимая лоб к его плечу.
Стив рассмеялся, обнимая его в ответ.
— Тогда, может, сделаем перерыв?
— Определенно, — Баки наконец поднял глаза, и в них читалось куда больше интереса, чем к любым документам.
И бумаги могли подождать.
• ── • ──── ★ ──── • ── •
Себастиан в костюмах🛐
Небольшая зарисовочка по Стаки
Тихо, как только умел, Стив подкрался сзади и положил ладони на его плечи, слегка разминая напряженные мышцы. Баки даже не дрогнул, лишь продолжил писать, будто не замечая его.
— Упрямец, — прошептал Стив, но улыбнулся.
Блондин провел рукой по коротким волосам Барнса, позволив пальцам задержаться на теплой коже шеи. Потом наклонился и оставил легкий поцелуй чуть ниже линии волос. Баки лишь хмыкнул, но не отвлекся.
— Серьезно? — Стив притворно вздохнул, целуя его в щетинистую щеку, уже настойчивее.
Ответа не последовало.
Наконец, сдавшись, он отступил на шаг.
— Ладно, не буду мешать...
Но едва он повернулся, чтобы уйти, как металлическая рука молниеносно обвила его талию и резко притянула назад. Баки усадил его себе на колени, не выпуская из объятий, и наконец-то оторвался от бумаг.
— Ты же знаешь, что я не могу сосредоточиться, когда ты рядом, — прошептал он, прижимая лоб к его плечу.
Стив рассмеялся, обнимая его в ответ.
— Тогда, может, сделаем перерыв?
— Определенно, — Баки наконец поднял глаза, и в них читалось куда больше интереса, чем к любым документам.
И бумаги могли подождать.
• ── • ──── ★ ──── • ── •
Себастиан в костюмах🛐
Небольшая зарисовочка по Стаки
#зарисовка
#marvel
❤🔥23