Зарегистрированный товарный знак против зарегистрированного товарного знака в деле о нарушении исключительного права.
 
С удовольствием поработал в 20 ААС по делу, где неожиданно для истца - правообладателя товарного знака оказалось, что сходное обозначение ответчика тоже зарегистрировано в качестве товарного знака. Товары совпадают. А суд первой инстанции просто не смог не последовать тому своему внутреннему убеждению, что угроза смешения существует, и удовлетворил иск, запретив по сути ответчику использовать свой же товарный знак. Но этот товарный знак, надо сказать, совпал по фонетике еще и с более ранним фирменным наименованием истца.
 
С каким же обоснованием суд это сделал? А просто признал в мотивировочной части решения регистрацию и использование ответчиком товарного знака недобросовестной конкуренцией.
 
Из моего вчерашнего выступления в суде:
 

Доктрина, законодатель, Суд по интеллектуальным правам в своей практике разрабатывают правовые механизмы, которые позволяют учесть вне нюансы при столкновении разных средств индивидуализации, чтобы выносить справедливые решения. Они разработаны с учетом того, что все знаки перед регистрацией проходят экспертизу на сходство, что есть специализированный орган (Роспатент), что есть, наконец, специализированный суд по проверке его решений. Все они говорят: если младший зарегистрированный товарный знак кто-то считает сходным, то нужно сначала оспорить его регистрацию. СИП считает это необходимым даже тогда, когда подается требование о признании регистрации товарного знака недобросовестной конкуренцией. До этого сходство и НДК нельзя устанавливать!

Фирменное наименование? Здесь тоже специальный механизм защиты: через оспаривание товарного знака. И нужно при этом доказать сферу фактического использования фирменного наименования на дату подачи заявки на товарный знак. А на этот счет в деле нет вообще никаких доказательств.

Но тут приходит истец и говорит: всё это ерунда, давайте просто применим статью 10 ГК РФ! С таким подходом давайте тогда отменим весь ГК и заменим его одной только нормой о добросовестности!

 
Решение об удовлетворении иска отменено, в иске отказано. Дело №А68-7549/2024.
 
 

«А что, имеет право!»

Начали защищать поставщика светильников от действий его же покупателя, который покупал-покупал, а потом взял, да и зарегистрировал названия этой продукции в качестве своих товарных знаков, после чего сразу предъявил своему же поставщику сначала претензии, а потом и иск о взыскании компенсации за нарушение.

Причем иск предъявил после того, как мы в ответ на претензию явно дали понять: «Только попробуйте, и регистрации будут признаны недобросовестными».

Разумеется, после их иска (вот же упертые НДКашники!) мы сразу подали наш иск в Суд по интеллектуальным правам, а сегодня просили суд по их иску (АС Московской области) приостановить рассмотрение и ждать решения СИПа.

И вот начинаю я обосновывать ходатайство словами «Представляете, Уважаемый суд, наш же собственный покупатель зарегистрировал в качестве товарных знаков названия нашей же продукции, которую мы ему продавали…», а судья берет и прерывает меня своей репликой:

- Ну имеет право!

🤦‍♂️

- Как ему кажется - вставил я. Надо было еще добавить: «В силу его недобросовестности и нежелания честно вести бизнес, но суд-то имеет своей задачей защищать противоположные ценности».

В общем, посмотрим, кто на что имеет право.

В Казахстане принят закон об ИИ.

https://www.gov.kz/memleket/entities/maidd/press/news/details/1143060

А Казахстан-то впереди нас идет! Мы только говорим о том, что вопросы охраны авторским правом произведений, созданных с помощью ИИ, невозможно решить без введения обязательной маркировки таковых, а в Казахстане уже принят закон именно об этом.

Наверняка возникнут проблемы в его реализации, но сам подход видится правильным. Если результаты работы ИИ невозможно отличить от творческих произведений человека, то невозможно и регулировать отношения по поводу них по-разному (первым не давать охрану, а вторым давать). Значит, нужно обеспечить отличие специально внедряемым признаком - маркировкой.

Еще из интересного: обучать ИИ посредством охраняемых произведений можно, если это не запретил правообладатель. Об этом на Западе в судах еще только спорят, практику судебную создают, а в Казахстане уже закон.

У нас, настолько я знаю, все это только в юридической публицистике, да в диссертациях обсуждается.