Бредень (или волокуша)

Когда говорят
«у него/у неё получилось»,

то имеют в виду нечто целое.
Почему же «полу-» тогда,
а не вся небывалая «чилось»?

Не ваша ли это милость
в мои забрела невода?

#poetry #ru

Гавот и трема

Я, в сущности, многое произнёс, и уже, казалось бы, следует остановиться, но смотри, как полопались звёзды, немеют лица, но послушай, как солнечно лает взведённый пёс, как до слёз он смеётся над теми, кто возвратился в эти домики-будки надолго и навсерьёз.

#poetry #ru

ὀρθότης ὀνομάτων
(в защиту Кратила)

Бананы выглядят и плитка отражает,
и маленький слова со-ображает.

#poetry #ru

Монолог на перроне

Мама просила
кидать подальше сорняк,
не повезёт —
ещё где-нибудь вырастет.

Я его так и сяк,
выискивал дюже пристально,
а растёт себе на уме —
очень даже
осмысленно.

Извините,
простите,
я так…

#poetry #ru

Ξένος (Ксенос)

Чайный гриб:

«Вот моя нечаянная семья,
гляжу на них
из-под сахарных глыб,
как растят меня...
А могли б

купить —
прости, Господи, —
в супермаркете
бутылку комбучи,

не было бы
так лучше
для тех же
рыб?».

Банку открыв,
нового философа отлепляют,
от пожилого философа отслоив, —
чего только не скажешь
ради свежего
сладкого
чая.

#poetry #ru

Κένωσις (Кенозис)

— Хочется унаследовать сложность у языка,
у собаки, поглядывающей радостно на дорогу,
у того, что скрывается ночью за облака,
у сокрытого навсегда от себя самого Бога,
и, конечно, чтобы эту сложность кто-то в тебе любил —
да хотя бы не-сложно, хотя бы просто немного.

#poetry #ru

Гекатомба

Еду в пуховике, а передо мной — мужчина, едет в троллейбусе,
и ещё некоторые такие же непонятные, зашитые в эйдосе,
«доселе не виданные».

Я читал о них
полторы жизни назад на реке,
когда жил на острове принцессой на выданье,
выходил в ближний город погулять в парике.

Тогда никто не был обиженный,
скорее обыденный, —
в парке,
на тротуаре,
под зонтиком,
в последнем рывке.

Теперь же я как-то не вижу, не слышу их,
и не совсем пойму — куда они все.

Так, должно быть, царь Минос помышлял о быке:
о быке-Зевсе-отце, пасынке-человекобыке
и о Европе, о святом женском духе-быке,

о заснеженном пуховике,
о рогатом троллейбусе.

#poetry #ru

«Вырастешь — узнаешь»

Колол орехи ручной гранатой,
маме показывал страницу из букваря —

мама отговаривала:
это слово учить не надо

до января.

#poetry #ru

* * *

Любимая улица родила некрасивый дом.
И вот мы молчим тяжело,
проходя друг по другу...

Мои прошлые чувства,
что называется,
особняком

(по правую руку).

#poetry #ru

Le mètre des Archives

Всё реже сажусь за стол —
всё чаще под или на,

есть ещё способов сто
узнать, какова длина

того, что зовём «то, что».

#poetry #ru

Le costume-cravate

На свидание со Вселенной
я надел деловой костюм.

Разливал по бокалам пену,
в океанской тоске тонул.

#poetry #ru

Anleitung zum Leben

Столько выдумано разных способов жить ужасно
и практически ни одного жить легко.

Заходя, всегда говори «здравствуйте»,
уходя, не болтай ничего.

#poetry #ru

О чувствах к пивным бутылкам

Помню сорное лето из девяностых годов, в котором мне около десяти, моей подруге Наташе — тринадцати, мы катаемся на великах по садоводству, собирая пивные бутылки — рядом с магазинами, у помоек, в придорожных канавах — бликующее на солнце зеленое и коричневое стекло. Орошая траву остатками пахучего напитка, мы везем их к одному из пожарных прудов, где в прошлые годы собирали улиток, а теперь — отмываем стекло изнутри и снаружи, соскабливая этикетки, сдаем в магазин, покупаем взамен жвачку и чипсы, едем лежать на мостках или сидеть на бревнах, придумывая, куда отправимся завтра.

Но на следующий день повезет меньше, мы найдем лишь одну, и станем копить стекло на крыльце ее дома. Неожиданно это перестает быть попутным развлечением между поездками до неизвестных земель, бутылочная сокровищница превращается для Н. в цель наших дней, мы забываем о лете, о странной тропе за шоссе, о далекой железной дороге — только рыщем в траве вдоль заборов, проверяя одни и те же места, лишь бы пополнить стекольную кладовую.

В августе до сборной цели остается лишь пара склянок, Н. уезжает с семьей на полдня по грибы. Я проползаю под калиткой пустого участка, протискиваюсь через известный мне, как частому гостю, узкий проход в щели между досками крылечного пола, краду и сдаю все бутылки. По возвращении отдаю ей, обиженной, деньги от напрочь руинизированного ритуала. Так я впервые нарочно испортил удовольствие общего, но заранее понятного, выигрыша, чтобы чувствовать время от времени необыкновенную тоску от взгляда на щавелевое стекло и пену на губах незнакомца.

#short_stories #ru

Незнакомым людям, что гладят и похлопывают по спине

Пожалуйста, перестаньте.

Искренне,
L

#poetry #ru

Покидая вагон метро

Бывает будто две волны
расступятся, давая ходу
одна другой,

но — льются воды, —
и снова сходятся во мне
в одну волну,

одну свободу.

#poetry #ru

* * *

Художник приоткрыл нам дверь,
и мы рассматриваем стражу,
и — нас — рассматривает стража,
и гонится за нами зверь
по коридорам Эрмитажа.

#poetry #ru

Маршрут
(пьеса)

Двухвагонный тролейбус с круглой площадкой между вагонами. Действующие лица одеты в туники, но украшены современными атрибутами. Несколько после часа пик.

Д Е Й С Т В У Ю Щ И Е Л И Ц А:
Контролер — слегка хромающий пожилой человек, не готовый к восприятию нового опыта
Первый пассажир
Второй пассажир
Первый пассажир на передней площадке
Второй пассажир на передней площадке

Контролер:
О, смертный род, прикладывайте карты! Кто не имеет карт, я жду монеты.

Первый пассажир:
Я приложил.

Второй пассажир:
И я.

Контролер (оглядывая переднюю площадку) :
И ты, полуодетый? И ты прикладывал?

Первый пассажир на передней площадке:
Вчера еще...

Контролер:
Да что твое вчера? На то билеты
созданы, чтоб отличать оплаченные дни
поездок по пространству через время.

Первый пассажир на передней площадке:
И там, и там огни...

Контролер:
... и темя заслоняет темя.
Я жду оплаты твоего пути.

Первый пассажир на передней площадке:
Мне не пройти...

Контролер:
Так передай по нити.

Второй пассажир на передней площадке (обращаясь к контролеру):
Простите!..

Контролер:
Да?

Второй пассажир на передней площадке:
Прошу вас, подскажите...

Контролер:
Я на маршруте первый день. Что нужно?

Второй пассажир на передней площадке:
Насколько внутреннее сводится к наружным
признакам? — я хотел бы знать.

Контролер:
Ха, издеваетесь?

Второй пассажир на передней площадке:
Нет, дайте мне понять...
(обращаясь к первому пассажиру на передней площадке)
А вы что улыбаетесь?

Первый пассажир на передней площадке (действительно улыбаясь):
Не сводятся, никак и никогда,
как пятна старые, как старые года.

Контролер (первому пассажиру на передней площадке):
Тебя спросили? Оплати проезд.
(второму пассажиру на передней площадке)
Кондуктор выдаст и он же съест.

Второй пассажир на передней площадке:
Не понимаю.

Первый пассажир на передней площадке (второму пассажиру на передней площадке):
В троллейбусе от перемены мест
меняется количество слагаемых.

Контролер:
И обзываемых!
Ну, быстрее, пэс...

и т. д.

Invidia mortui

Сон был будто я умер, и вот лежу,
и стоящие люди мешают взгляду
рассмотреть на кого,
зубы сжав, сержусь —
на живого меня с ними рядом.

#poetry #ru

У ларечка «Любимые лакомства»

Пышная женщина, склонясь над орехом как белка,
отдает его неохотно, будто с обидой
на пакость,

как если бы мы совершали сделку
невыгодную —
что-то нужно ей кроме денег:

сквозь баррикаду лакомств
выплыть в морскую пену.

#poetry #ru

* * *

Рано утром я встану-встану,
чуть рассвет, как я выйду-выйду,
шаг-другой за порог — устану,
лягу в снег, постелю обиду,

прикорну, и приснится сон мне,
что дошел я, что стало лучше,
что любимую сказку вспомнил —
ту, что спал, и уже не слушал.

#poetry #ru

* *

Муж и жена — часовые карты метро:
кто-то один сторожит их общие вещи,
кто-то чихнёт — другой говорит /будь здоров/
и прочее вечное.

#poetry #ru