В прошлом году у военных был шанс стать самой позорной профессией. Есть там и плохие люди, получающие удовольствие от пыток и убийств, и просто военные преступления — их могут совершать даже люди, которые в остальном-то хорошие. Но не получится сказать, что это вот прям все поголовно такие. А главное — на войну людей забирают так же, как и заводят дела: наебаловом, запугиванием, пользуясь отсутствием знаний у мобилизованных. В отличие от них, полиция и так называемая госбезопасность добровольно работают, за обычную зарплату. Сами туда идут и увольняться не хотят.

Представляете, когда-то я хотела пойти в школу милиции. До того, как получила собственный опыт взаимодействия с ними. Обычный гражданский опыт, неактивистский. Мне казалось, что это важная работа, и чтобы работать там, нужно соответствовать. Я сомневалась, что смогу.

Сейчас я думаю, что МВД и ФСБ ленивые и стараются облегчить свою работу (им не реальная эффективность нужна, а отчётность). Это самые позорные профессии, и чтобы работать на там, тоже в каком-то смысле нужно соответствовать. И я сомневаюсь, что смогу.

Я не люблю категоризацию. Мой личный опыт взаимодействия с полицейскими — плох абсолютно весь, но из новостей я точно знаю, что на самом деле не все такие. Одна проблема: когда рабочая деятельность «нетаких» полицейских попадают в новости, это новости про то, как государство преследует их самих (например, помните, в августе прошлого года уволили полицейского, который отвечал, что рассматривать доносы нецелесообразно).

Если у вас есть хорошие истории взаимодействия с МВД/ФСБ, где они действительно показали себя профессионально, — я буду рада их узнать.

Перенесла результаты опроса и свои комментарии в один текст:

Приглашаю прочитать и поговорить со мной :)

Ой, а мне это нравится!

Сергей Миронов увидел «зеркалочку» про то, что не надо выставлять на показ свою гетеросексуальность, и назвал это заявление либерал-фашизмом.

Сергей Михайлович, зеркалки так и работают! Какую правильную приставку вы выбираете к тому фашизму, который заставляет прятать от людских глаз квир-семьи? Пожалуй, «традиционный фашизм» — самое точное определение, верно?

После репоста, что уехавшие не могут на равных высказываться о событиях в России (и поста с просьбой указать мне, если я совершу такую ошибку) получила ввопрос:

...а как это вобще работает? Вот почему моё знание происходящего в РФ, формирующееся опытом глядения из окошка на спальный район Москвы и походов в
Пятёрочку более правильно? 95% времени я гляжу в монитор, 5% времени я гляжу за окно. Из объективной реальности это даёт мне только знание о волнах простудных заболеваний, выраженных в числе скорых, проезжающих мимо. При этом, вроде, интуитивно правильно: ну, люди уезжающие куда-то теряют связь с тем местом, откуда уехали.
Но ведь не может быть, что бы эта связь была в хождении в Пятёрочку.. Или может?

Ну, сто лет назад понятно: уехал и всё. А сейчас-то остаёшься в ровно том же самом информационном пузыре.. И как оно работает?

В каком-то смысле вы правы: я уехала, но читаю те же новости от тех же источников информации. Я в курсе новостей, могу обсуждать их и привлекать внимание к важным темам. Слава интернету.

Возможно, вы замечали, что из спокойной обстановки без стресса легче получается видеть удачные ходы, уметь посмотреть на ситуацию с разных сторон, в том числе быть эмпатичными к агрессору.

Может показаться, что без эмоций получается трезво оценить роль всех факторов. Но при этом есть риск забыть роль фактора эмоций.

Это в том числе походы в Пятёрочку: знание людей и их настроений, о чём и как они говорят, а каких тем избегают, подходящая ли погода, какие местные новости. Встреча глазами с камерами на столбах, ожидание обыска ночью, страх за близких.

Это невозможно почувствовать, находясь снаружи. Кое-что вообще нельзя чувствовать, нужно просто знать: например, как много в конкретном городе камер, в том числе с возможностью распознавания лиц. Всё-всё-всё это включено в связь с реальностью.

Я как-то писала в этом контексте про «знающих, как лучше». Границу допустимого легко перейти, даже находясь в одном городе — просто потому что мы разные люди и у нас разные ресурсы. И чем дальше от ситуации находятся советчики, тем больше может быть расхождений между действительностью и заграничными представлениями о ней. Тем грубее (в том числе чисто этически) может быть ошибка.

Ссылочки на материалы про РАС, которыми со мной поделились в комментариях к посту (публикую из комментариев, как есть):

• Мне очень нравится этот журнал, нашёл там про свой случай: autismjournal.help

• Канал с
переводами и всякая мемная жиза: @meandadhd

• Фонд, который работает со взрослыми (это довольно редко): antontut.ru

• Тесты для самодиагностики полезные ссылки: aspergers.ru

• И ещё хорошая статья про РАС на n-e-n.ru

P. S. Мне не нравится обозначение РАС — во всяком случае, применительно ко мне, потому что я не называю свой способ организации жизни расстройством. Многое, что мне мешает жить, мешает только потому что остальным не мешает. Когда появились супермаркеты самообслуживания, исчезла проблема «Итиль боится ходить в магазин». Проблема в моём случае есть только тогда, когда окружающий мир почему-то воспринимает её таковой. Если мир удобен для всех и общество принимает чужие культурные различия, это не проблема.

Моё первое «настоящее» задержание случилось только летом 2020-го года.

Митинги были запрещены «из-за коронавирусных ограничений», поэтому мы собирались для кормления голубей — в поддержку вопиющего задержания Сергея Фургала, экс-губернатора Хабаровского края.

Никто во Владивостоке, разумеется, не голосовали за Фургала. Но мы и выходили не за него, а за честные выборы, против фабрикации дел, за право граждан на мирные собрания...

Это чистая случайность, что меня не задерживали никогда раньше. И чистая случайность, что задержали тогда.

...

Зацените, даже подпись одного из эшников похожа на голубя 😁

Флешбэк из 2016-го: осенью мы во Владивостоке проводили форум «Гендерное равенство», позвали к себе активист_ок со всего ДВ и рассказывали друг другу, что мы сделали, делаем или хотим делать.

Тогда о нас писали СМИ, мы сами им писали и хохотали, когда видели гомофобные формулировки, — кажется, ни до, ни после у нас не было такого освещения, как в тот год. Мы строили большие планы и знакомились все со всеми. Форум не перерос в какое-то ежедневное дружеское общение, но это было шикарное расширение полезных контактов на ДВ.

Так вот, Дима там был. В том числе рассказывал о традиционных формах поведения коренных народов Севера. О той работе СМИ тоже писали, и с формулировок мы тоже смеялись. Это было до того, как брошюру стали проверять на экстремизм.

До первого приезда эшников на наше мероприятие была ещё пара месяцев, до нашего первого задржания — около полугода. Кажется, все тогда были немного другими людьми. А из 2023-го всё вспоминается как будто вообще из другой жизни. Но оглядываясь назад, я совершенно не удивлена, где сегодня находится большинство из нас. И штрафам за антивоенную позицию не удивлена тоже.

P. S. Брошюра «Традиционные формы сексуального поведения у коренных народов Севера» с тех пор хуже не стала.

P. P. S. Давайте поможем Диме со штрафом.

Карта Тинькофф: 4377720008724205, Дмитрий С.

Во Владивостокском магазине книги Леонида Парфенова, Людмилы Улицкой и Алексея Поляринова завернули в «иноагентские» обложки.

Никто из них еще не признан «иноагентом».

Фото: Дождь

Во владивостокском чатике пишут, что это «Владкнига». Написала им письмо, поделилась ссылками на бот @mstrokru_bot и канал @ForeignAgentToday, чтобы могли подписаться и использовать в работе.

Роскомпозор строит потёмкинскую ЛГБТ-деревню: чтобы отчитаться о хорошей работе Хинштейну, они сделали фейковый сайт про смену пола и заблокировали на нём больше 200 страниц, каждая из которых легла в отчёт как отдельный материал. Это вот выяснил Игорь Кочетков.

Вот как выглядит этот сайт. Я нахожусь в Тбилиси, а на Сакартвело не распространяются решения РКН — реальные заблокированные сайты открываются с VPN либо из-за границы. То есть плашка о блокировке РКН это и есть содержимое сайта.

Ну и название «smena-pola-i-gay-sex-eto-kruto.rashka.net» — это, конечно, выглядит либо как очень толстый троллинг, либо совсем уж как наплевательство на всё на свете.

#гейновости

ГМОсподь, я все эти дни работаю и пропускаю СЛИШКОМ смешные новости, скорее бы завтра выходной, чтобы включиться в них по полной, это НЕВОЗМОЖНО смешно.

В перерывах между выполнением заказов могу только позавидовать крутому названию сайта (жаль, что не я первая придумала).

Итак, я выяснила. Сайт с названием smena-pola-i-gay-sex-eto-kruto.rashka.net — это РЕАЛЬНЫЙ сайт, который, кажется, хотел стать агрегатором всего запрещённого, не взирая на идеологические различия. Не зря я завидовала названию: там вообще много весёлых названий.

В том числе там есть хэштег LGBTQIABCDEF, по которому можно найти такие статьи (неоригинальные), как:
• Как стать настоящей лесбиянкой?
• Гей секс. Стоит ли пробовать?
• Как подготовиться к лесбийскому сексу впервые?

По тому же хэштегу теперь есть и и новость из канала Роскомсвободы, объясняющая, что происходит. Это не халтура Роскомнадзора, это машинка наехала на троллей (и хотелось бы, чтобы подавилась).

Радоваться тут нечему: отчётность у РКН нехило так прибавила в весе. Но не смеяться с ебанизма РКН я всё же не могу.

Прослушала интервью Юрия Дудя с Оскаром Кучерой. Мы когда-то считали его молодым весёлым прогрессивным красивым парнем-ведущим на молодёжном музыкальном канале (МУЗ-ТВ не MTV, конечно, но всё же). Оказывается, его имидж был тогда ему неприятен. Что ж.

А ещё он поддерживает войну — поэтому Дудю и было интересно его позвать, а мне слушать. Потому что если я хочу говорить с людьми, мне надо понимать людей.

Я думаю, что абсолютное большинство «поддерживающих войну» именно такое. Это неплохие люди, не агрессивные и искренне желающие, чтобы всё было хорошо. Чтоб никто никого не убивал и не обижал. Конечно, наверняка есть и другие люди, у которых язык поворачивается радоваться разрушению жилых домов. Но во-первых, я думаю, с ними тоже может быть всё по-разному (мало ли, насколько подвижный у людей язык), а во-вторых, меня как раз волнуют именно такие люди, как Кучера.

Такими намерениями часто вымощена дорога в ад, потому что знаете, кто эти люди?

Это люди, отказывающиеся от прививок. У них в мыслях смешиваются бытовые представления о гражданских правах вместе со смутными теориями заговора. При этом попытка самостоятельно разобраться в сложной медицинской теме вызывает головную боль, а внятных — на уровне обычного человека — инструкций не пишут (все слишком заумные или тупо агрессивные). А когда говорят внятно, то не известно, стоит ли верить источнику? Кому вообще можно верить?

Коронавирус кажется мне наиболее близким сравнением, просто замените отказ от прививок с поддержкой войны, а медицинские вопросы (которыми человек раньше как-то не интересовался) на политические.

В каком-то смысле коронавирус даже хуже, потому что поддерживающие войну не особо могут на неё влиять (как и те, кто против войны), а отказывающиеся от коронавирусных ограничений и прививок вносили немалый личный вклад в распространение вируса. И коронавирус пока намного больше людей убил.

А ещё это люди, которые в семейной ссоре мечтают о «примирении сторон». Они очень многого не видят — видеть насилие неприятно. Они давно знакомы — и ищут оправданий знакомым людям. Они не видят насилия, видят только ответную отчаянную агрессию со стороны переживших насилие — и они возмущены агрессии, которую видят.

Они говорят, «насилие недопустимо не только в отношении женщин, но и в отношении мужчин тоже» — и это звучит людоедски, когда они говорят это в лица пережившим насилие, отчаянно пытающимся себя защитить. И так же жутко это звучит, когда в ответ на информацию о преступлениях российской армии говорят «насилие творить нельзя не только российским солдатам, но и всем остальным».

Но главное, это — люди.

Не безумные, не людоеды, не тупые. Обычные люди, которые всегда ходили с нами по одним улицам и до сих пор ходят. Не очень информированные, но не желающие зла.

Не знаю, что вы заметили в Кучере, а я — как он раз за разом говорит «я пытаюсь разобраться». Он не против менять мнение, но ещё не видел аргументов, которые бы его убедили. И очевидно, что не могут быть убедительными фразы типа «вы кровожадные людоеды» и «вы поддерживаете войну» — потому что они НЕ поддерживают.

Если я хочу говорить с людьми, мне надо их понимать.

Помните первое известное дело о «пропаганде ЛГБТитд»? В отношении секс-работника.

Игорь Кочетков нашёл подробности, и получается, что обвинение действительно есть (а Ярослав Распутин предполагает, что это связано с другой новостью), штраф тоже есть, а пропаганды нет даже близко. Всё доказательство строится на признании вины.

Если кто-то знает человека, пострадавшего от этого дела, пожалуйста, свяжитесь с правозащитными организациями.

Ярослав публично предложил свою посильную помощь с полезными контактами. Свяжитесь с ним.

Есть люди, готовые помочь, соблюдая этику и не подвергая вас дополнительным угрозам.

Всем остальным: помните, что это частый приём: полиция и остальные элементы репрессивной системы заинтересованы в признании вины и стремятся его получить безо всяких других доказательств.

Не позволяйте себя запугивать, не поддавайтесь. Не верьте обвинителям — они заботятся не о ваших интересах, а о своих. Никого из нас не учили быть профессиональными сидельцами, поэтому нормально, если в чём-то вы ошибётесь, или чего-то не знаете, или не сразу найдёте проверенную информацию.

Не буду скрывать: главные затраты душевных сил потребуются от вас самих — этот груз неснимаем и непередаваем. Но всё остальное есть шанс облегчить.

Мне нужно дополнить, что я имею в виду, что мне нужно понимать людей, поддерживающих войну. Понимание не значит, что я могу их переубедить. Вполне возможно, что и нет.

Зато я могу:

– сохранить близкие связи: от того, что люди «за войну» смертельно разосрутся с людьми «против войны» (при том, что война не зависит вообще ни от кого из нас), не будет никакой пользы, только эскалация насилия;

– сохранить рассудок: жить в мире, где «все кровожадные zомби, одна я нормальная», очень невротизирует;

– сохранить возможность разговаривать с людьми, когда им придётся пережить то, от чего они закрывались с 24 февраля: однажды нормативной станет другая оценка.

Я хочу развивать общество, а для этого нужно его сохранять. А не просто разрушить всё до основания и новый мир чего-то там. Люди — это люди.

Когда я в городском чате (в диалоге про всё то же интервью) сравнила дискуссии вокруг войны с дискуссиями вокруг прививки Спутником, собеседник сказал, что это несравнимо, потому что про прививки никто никого в людоедстве не обвинял и вообще всё было мирно. Дискуссии вокруг войны тоже, наверное, забудутся, а воспоминания перепишутся, это нормально. Так вот, я не очень хочу ждать, когда это случится, а хочу напоминать людям, что окружающие их люди — люди.