Хаха, Маяк заработал свою первую реакцию-дизлайк. А пока я пишу этот пост, уже даже и не первый.

Прям даже не 🤔 и даже не 😢, а настоящий полноценный 👎

Как обычно, я подозреваю, что дело в пугающих словах «радикальный феминизм». Точнее, только в одном из этих слов. Радикальный.

В толерастических кругах радикальный всенепременно означает трансфобный. Вообще-то радикальный феминизм вовсе не вертится вокруг вопросов трансгендерности. А ставить под сомнение гендер означает ставить под сомнение и цисгендерность тоже — просто для цисгендерных людей это не ощущается как угроза их идентичности, поэтому обычно не появляется конфликтов на этой почве.

Но собственные травмы я ещё могу понять, а вот заведомое гейткиперство — не очень. И главное, я искренне недоумеваю, как эти люди видят мир.

ЛГБТ+ сообщество не монолитно и не обязательно разделяет фем-повестку. Фем-повестка сама по себе не монолитна (и не обязательно пересекается с защитой прав ЛГБТ+ людей). Вот появилось новое фем-сообщество в Приморье, что мне было делать? Игнорировать его?

Маяк занимается защитой прав женщин, поэтому мы точно будем совместно работать, если возникнет повод. Если к этому сообществу обратится за помощью женщина, а они перенаправят её к нам (как было однажды, когда женщина обратилась за помощью к депутатке КПРФ Кочуговой), — что эти люди предлагают делать? Не объединяться? Отказывать в помощи?

В городе совершенно точно есть разные люди. Допустим, что среди этих людей есть транс-эксклюзивные радикальные феминистки. Предположим, что эта новая группа именно такая (хотя в приветственном посте они не указали таких критериев, поэтому лично я пока без понятия). Так вот, я считаю, что у этих людей тоже есть право объединяться друг с другом. Или как это должно происходить? Нужно... запретить плохим людям общаться? Серьёзно? А «плохими» будут те, кто не нравится... кому?

Вообще, до того, как сделать о них пост, я посмотрела, о чём они пишут и — это Очень Важно! — как общаются в комментариях. На странице всего три поста, поэтому судить рано. Но мне понравилось, что в комментариях они настаивают на корректной лексике по отношению к условным мужчинам (несмотря на декларативно заявленное противостояние угнетению именно со стороны мужчин). Если бы я увидела что-то другое, то и пост был бы другим. Но сейчас, в самом начале, я считаю важным акцентироваться на объединяющих моментах, а не на разделяющих.

Поводы для разногласий рано или поздно найдутся и без этого, наша задача — их преодолевать)

...

Впрочем, возможно, я не права, и дизлайки на самом деле относятся к тому, что новая Организация сотрудничает с Российской Маоистской Партией. «Партия» — тоже настораживающее слово.
Моё дело — предоставить людям право поставить эмодзи, а что они в него вкладывают, я бессильна угадать.

Просто наезды на Страшный Радикальный Феминизм и его Обязательную Трансфобию — моя личная чувствительная тема.

...

А здесь я об этом пишу по двум причинам.

Во-первых, я действительно остро переживаю дизлайки (это первые открытые дизлайки Маяка, и появились они так или иначе из-за меня).

В-третьих, они опубликовали реакцию на пост Самсонова о женской обуви на каблуках, и я просто не могла не дать на это ссылку.

Самсонов вообще немало сексистских и нетолерантных вещей из своей камеры пишет, чем регулярно меня подбешивает. Я каждый раз по разным причинам удерживаюсь от поста-реакции, но рада, что кто-то всё таки уделили этому внимание.

С Т Р А Д А Ю !!

Не, ну правда.

Я просто НЕ начинаю общение с этого.

Новое фем-сообщество в городе: А КАК ОНО ОТНОСИТСЯ К ЕВРЕЯМ? а к мусульманкам? а к трансгендерным людям? а к войне? а к азейбарджанско-армянской войне? а к секс-работе?

Это всё очень важные вопросы, которые обязательно повлияют на построение отношений в какие-то моменты. Но это НЕ то, с чего я НАЧИНАЮ.

Нельзя выстраивать общение с поисков разногласий.

Если бы новое сообщество в приветственном посте написало, что они не работают с трансгендерными женщинами, я бы указала это и в своём посте. Но раз не указали, я не буду задавать тысячу вопросов, чтобы выяснить, где между нами всё-таки пройдёт граница (которая РАЗУМЕЕТСЯ хоть где-нибудь да пройдёт).

Я понимаю, что эти вопросы очень чувствительны для кого-то. Для меня это не наболевшее, но для кого-то — наболевшее.

Ещё я понимаю, что такое коллективная ответственность. То есть я действительно понимаю, почему у каждого встречного русского можно спрашивать про войну, у мужчины про феминизм, а у радфемки про трансгендерность. И действительно было бы неплохо в условиях доминирующей гетеронормативности в каждом медицинском кабинете вешать информационную табличку о том, френдли человек или не френдли.

Также я понимаю, что такое стигматизация. Человек без социальной стигмы может просто уточнить у любого таксиста: товарищ, а вы к геям как относитесь? Люди, чувствующие стигму, такого сделать не могут.

Это я понимаю.

Дальше по структуре текста должно идти «но». Но его не будет.

Я действительно всё это понимаю, и у меня нет ответа, как из этого выходить. Мы в тупике.

Альтернативой тупику будет только начать меряться, кому более некомфортно: мне делать фильтрационную анкету, против которой восстаёт вся моя сущность, — или людям читать что-то от имени людей, не проходивших фильтрацию. А я не хочу меряться, кому больнее.

Мир сложна 😔

На общие мероприятия (в Маяке и не только) приходят (и общаются) разные люди. С очень разными границами и очень разной оптикой.

На одном из мероприятий я сидела в зале, невдалеке сидела компания и шутила: «Единственная лесбиянка, которой нельзя доверять, — бисексуалка. Ха-ха-ха, как хорошо, что здесь их нет, и мы в полной безопасности».

В другой раз после моего традиционного «я бисексуалка» я сходу получила личный вопрос (довольно напористым тоном!), буду ли я заниматься сексом с трансгендерными людьми, «ведь бисексуальность — это трансфобно». Меня об этом спросила цисгендерная женщина, и она не собиралась заниматься со мной сексом, она просто посчитала, что моя идентичность — сама по себе повод не использовать со мной этику.

Как-то я услышала, что все трансгендерные люди истерики, — а в качестве примера мне рассказали про трансгендерного мужчину, который «по-детски» обиделся, когда ему сказали, что до пластической хирургии он не был мужчиной.

В другой раз мне рассказывали про женщину, которая некогда была замужем, а теперь определяет себя как лесбиянка. «Да какая она лесбиянка!»

Когда приезжала Лиза, мы с самого начала уточняли, что ей безразлично, какие женщины придут, и всё равно получили три разные негативные реакции о том, что «Ударыни», в которых входит Лиза, декларативно принимают только «биологических женщин». Причём наезд был со стороны тех, кто, как я понимаю, и не собирались приходить, потому что не интересовались темой.

Когда анонсы к мероприятиям пишу не я, там НИКОГДА не бывает гендерно-нейтральных текстов и ВСЕГДА забывают про феминитивы, и про гендергапы, и мне ВСЕГДА некомфортно их читать.

Когда мы используем гендергапы, Очень Часто находятся люди, которые их не просто не используют, а неверно понимают! Думают, что набор волонтёр_ок — это подчёркнутое заявление, что мы ищем только женщин (дискриминация мужчин, значит).

Я использую термин би+ как термин немоносексуального зонтика, а кто-то на днях прочитали это как «би и кто угодно ещё».

Однажды на встрече радикальных феминисток мои компаньонки грубо говорили про мужчин, а я попросила этого не делать. В ответ мне сказали, что я пронизана патриархатом и не умею в сестричество и вообще разрушила их атмосферу доверия и близости. А когда я извинилась, ответили: «Извинений недостаточно».

И вот, вопрос.

Что нужно делать заранее? Проверять людей на бифобию и отсеивать до мероприятий, чтобы всем было комфортно в одном пространстве? Или дискриминация бисексуальных людей менее уважительная причина?

Мне некомфортно, когда проявляют ненависть (не важно, к кому). Это моя особая потребность. Почему моя особая потребность становится менее важной, когда другим людям хочется выразить ненависть к радфемкам? Почему когда я прошу учесть моё ментальное состояние, это «не умеешь в сестринство», неужели сестринство подразумевает уважение ко всем женщинам, кроме чувствительных?

Я это бесконечно продолжать могу. Например, меня физически начинает выворачивать, когда люди, которые только что распинались о толерантности и требовали уважения ко всем, в перерыве рассказывают про «жирную хамоватую бабку из автобуса».

И как бы — действительно ли хорошая идея мне во всех этих случаях доёбывать людей требованиями, чтобы они соблюли мой комфорт?

Невозможно унифицировать правила общения. Можно только в каждом конкретном случае до чего-то договариваться.

Никакая «общая лексика» не помогает наладить контакт. Как в случае с теми радикальными феминистками, которым было «недостаточно извинений».

А если вспомнить, что всё не ограничивается чисто нашими толерастическими интересами, то всё ещё сложнее. Поэтому что с моими условными соратницами мы тогда разругались из-за отношения к условным мужчинам. А ведь могли бы разругаться из-за того, во сколько ложиться спать. Или из-за того, был ли Ельцин хорошим президентом.

Мне мама в детстве говорила, что люди могут от меня отличаться и мне нужно об этом помнить. Я в ответ ныла, что я от них отличаюсь и почему они не помнят о том, что это возможно? Мама в ответ повторяла, что ну вот в этом люди от меня и отличаются.

И мне всё ещё нужно об этом помнить.

Так вот, я-то помню.

Мир — сложна.
Единственное, что мы можем в нём делать, — это пытаться принимать других людей как они есть.

ВКЛЮЧАЯ МЕНЯ

Не все перечисленные мероприятия были мероприятиями Маяка (надо это уточнить, наверное))

Но как итог, я — агендерка, бисексуалка, радфемка, интровертка, радужная клоунесса, ктоугодно — я на любое мероприятие прихожу с чувством тревоги, что меня там не примут.

И я подозреваю, что многие приходят с таким чувством. Ну, просто для людей принятие довольно важно.

И, собственно, совсем не хочу поощрять это чувство по отношению к кому бы то ни было.

Конечно, прочитаю

Давно искала повод опубликовать эту иллюстрацию, и нашла его, когда прочитала «Дуэль нейрохирургов» (2014), автор Сэм Кин.
#ЛГБТиКниги

Если честно, новой информации я от книги не получила: сами _факты_ были мне уже известны. Но вот _истории_, при помощи которых были рассказаны эти факты, были для меня новыми, поданы весело и читать было увлекательно.

Получается, что ваши действия, ваше желание действовать и вашу убеждённость в том, что вы действовали, можно разъединять, подвергая манипуляциям. Ни одна из этих трёх вещей не следует из остальных; они скорее связаны случайным образом, а не законом причин и следствий.

Артёму Самсонову присудили 13 лет колонии строгого режима.

За то, чего он не делал, — но это звучит привычно. А лично меня в этом деле злит, что Даже Если бы он сделал именно то, в чём его обвиняют, это никак не тянуло бы не то что на 13 лет, а вообще на хоть какой-то проступок.

В 23:27 по Владивостоку Феминистское антивоенное сопротивление опубликовали рекомендации по участию в уличных акциях (сегодня в 19:00 Весна митинг анонсировала).

Просто +1 момент, когда я злюсь, что все забывают, что Россия живёт не по московскому времени.

Что касается митинга, у меня была возможность только мимо пробежать, и то через дорогу. Я шла на запланированную встречу.

Полицейские машинки были, где обычно. Людей было не больше, чем на антивоенных анонсированных Весной митингах в начале марта. Поговорить я ни с кем не могла со своего расстояния, но моё уважение.

При этом вижу, как тема мобилизации всех взволновала. Даже в тех условиях, в которых мы сейчас находимся, нашлись новые люди, влившиеся в протест.

То, что для меня всего лишь очередной шажок пиздеца, для них ощущается, как наступление целого пиздеца. Между нами в некотором роде пропасть.

Никакого злорадства с моей стороны. Наоборот, огромное сочувствие. Гражданское рождение — болезненный и неоднократный процесс, и я не знаю, как его облегчить. Просто смотрю на лица, которые выглядят, как повторное переживание февральской новости. Слушаю растерянные обсуждения.

А потом пришла домой, а у меня в зеркале лицо такое же.

...

Снова закрыла возможность репостов в канале.

Это я поделилась ссылкой на канал Пограничный контроль.

Мне совсем не хотелось, чтобы мой мир пополнялся новыми людьми.

Вижу вокруг мнения, что это «люди с промытыми мозгами» или «как тупое стадо на убой». А Майкла Наки вообще бомбит, что «в России целая КУЛЬТУРА уклонения от военкомата».

Не соглашаюсь.

Думать, что в России люди не шли в армию, — значит игнорировать города, где нет университетов. А в маленьких городах воинская служба и вовсе нормальная такая карьера. Всегда была.

Что касается «культуры уклонения», от военкомов бегали — чтобы прям бегали — относительно немногие.

Косить от армии проще, когда тебе от 18 до 27 лет. А когда тебе 35, жизнь уже немножко другая, другие социальные обязательства, другой уклад. Уже немногие могут не работать и жить на родительском обеспечении — тут нужно обеспечивать родителей. Уже не так просто вместе снимать квартиру с друзьями (не по прописке) — у многих супруги, дети.

А ещё, знаете, раньше и военкомы бегали не за многими. На работу иногда приходили. А помните ли вы, чтобы останавливали людей на улицах? Чтобы ходили по квартирам вот так? Я условная женщина, не очень в теме, но если это и было, то вряд ли в таких масштабах.

Поэтому меня не удивляет, что люди идут в военкоматы добровольно.

Я остаюсь на стороне людей и не собираюсь обвинять их, что они делают что-то против своей воли. Никаких «значит сам хотел», никаких «а чего он ждал» от меня никто не услышит. Не для того я годами противодействовала виктимблеймингу и взращивала культуру активного согласия, чтобы сейчас обвинять людей, которые в ситуации злоупотребления властью не могут сказать нет.

Также я не буду обращать свою злость на людей, которые выбирают стратегию мимикрии, «присоединения» к агрессору. Это мы в феминизме тоже уже давно прошли. Айда все к нам в феминизм, тоже такими продвинутыми станете.

Я хорошо понимаю эмоциональную сторону вопроса. К сожалению, во всём остальном Майкл прав. При всём вышеназванном — надо выжить.

Бегать — страшно, всё бросать — страшно, думать об этом тоже страшно, но сейчас — именно такое время. К сожалению.

Держитесь, ребята. То, что призывное рабство в этом году приняло такую форму, это жесть. Пожалуйста, попробуйте её пережить.