После символа ♾️ пост про террориста в Магдебурге дополнен интересной ссылкой, которую мне прислали в личку (за что спасибо).

Сам пост я удалять не буду, потому что он-то на самом деле не про этого террориста, и вывод в конце не меняется.

♾️

Люди, которые мгновенно включают расизм (мигрантофобию), себя при этом считая «правильными белыми людьми», для меня ничем не отличаются.

Работница пекарни [во время небольшого смолтока]: а сколько вам лет?
Я: 35
Она: о! Вы же совсем ещё юная!
Я: …извините, но вы же… не старше меня?
Она: мне 34. Ну да, я тоже ещё очень юная!

Фотография, которая всегда где-то в моих сохранёнках: шкала оценки интенсивности боли.

Куда более удобные описательные критерии, чем «так сильно болит, что я об этом сказала».

Дополнила пост про террориста в Магдебурге ещё раз, на этот раз после ☕️🍰 (и сейчас повторю):

☕️🍰

…мне сообщили, что Голденбергу в твиттере в комментариях люди обоснованно показали, что он не прав. И что террорист таки сторонник «Альтернативы для Германии».

Я могу дополнять этот пост сколько угодно раз, мой вывод в любом случае не поменяется:

Ксенофобия плоха не тогда, когда она исламская, а всегда.

В головах у них всех примерно одни и те же сказочки и страшилки про «наследие предков», которому «угрожают» (и которого никогда не существовало в реальности).

Я не отмечаю Новый год.

Дни рождения, годовщины эмиграции, тысячи дней войны и прочие даты я тоже не отмечаю. Но с Новым годом ситуация особая.

С друзьями мы могли собираться по поводу любой календарной даты. Это может быть приятным поводом собраться. То есть моё «не отмечаю» — это не против праздника, это против обязательности.

Подарок близким можно делать в любой день, а не ждать конкретного. В конкретный тоже можно! Но если нет денег, или идей, или времени — это не становится проблемой.

С Новым годом отношения особые, потому что давление обязательности теперь уже не на одного человека, а будто бы на всё общество. Все-все-все чувствуют завершение годичного круга, и так или иначе чувствуют что-то по этому поводу (в том числе чувствуют, как их раздражает что-то по этому поводу чувствовать).

Это создаёт ЗНАЧИТЕЛЬНО больше давления.
• когда хочешь создать зимнюю сказку, но всё постоянно идёт не по сценарию,
• когда все транслируют красивые картинки, а ты возвращаешься в пустую одинокую квартиру,
• когда праздник с друзьями вдруг превращается в ничем не отличающуюся от других пьянку,
• когда после 31 декабря наступает не что-то новое, а обычная среда,
• и все события из старого года всё ещё здесь. И мы сами, такие же старогодние, ничуть не обновившиеся.

Я стараюсь говорить каждый год: ничего не изменится в новом году. Я такая не одна, многие пытаются напоминать, например, у Лилии Вежеватовой был хороший пост про новогоднее «достигаторство».

Я совсем не против праздника, если он есть. Цель не в том, чтобы портить праздник. Цель в том, чтобы портить практически гарантированную «праздничную» тоску и «постпраздничную» депрессию. Хотелось бы, конечно, чтобы люди разделяли мой взгляд.

Мой взгляд — в том, что 31 декабря — это просто ещё один вторник. Ну, в этом году.

Культура отмены без доказательств в правозащите

Узнал, что мою коллегу Марию Чащилову уволили одним днём из "ОВД-Инфо" из-за слухов, распространённых журналистами "Важных историй".

Журналисты нашли какие-то пробелы и противоречия при проверке информации о профессиональной деятельности Марии и, прикрываясь словами о профессиональном долге, решили разобраться.

За десять месяцев не появилось ни то чтобы какого-то расследования, но даже одного публичного обвинения, под которым бы могли подписаться конкретные лица из упомянутого издания. Это, впрочем, не помешало коллегам из "ОВД-Инфо" на прошлой неделе уволить Марию из правозащитной организации.

Что здесь хочется сказать?

1. С Марией с лета этого года мы работаем в Движении сознательных отказчиков. Я рад, что она является частью нашего юридического отдела. Её опыт, знания и умения выстраивать организационные процессы усилили работу наших консультантов.

2. "ОВД-Инфо" поступили некорректно. Поражён, что в таком правозащитном проекте сотрудника уволили из-за неподтвержденных ничем слухов. Каждый имеет право знать о сути обвинений и обозначить свою позицию при ответе на них. Увольняя человека на основании слухов, вы, коллеги, далеко не уходите от примеров "внесудебного преследования" в России, о которых пишите в своих аналитических материалах.

3. Журналисты "Важных историй" занимаются травлей. Не проверку проводят. Не разбирательство. А уничтожают репутацию человека, который занимается правозащитной деятельностью. Главный редактор Мароховская комментирует , что они якобы проводили проверку информации о профессиональной деятельности Марии как эксперта. Видимо, проверки носят избирательный характер. За всё время, что я давал комментарии "Важным историям", никто из журналистов никогда не интересовался моей биографией.

Марие сил и всяческая поддержка. Просто так, конечно, оставлять это не будем и от журналистов потребуем подробных комментариев.