Слышу и читаю невероятное количество интеллектуальных и совсем нет критиков, презирающих Нолана и Одиссею.
Это единственное, самое важное и безумно захватывающее интервью об этом великом фильме, которое вам надо посмотреть.

https://youtu.be/wa4I8Ch2TRo?is=xESw-GpGcaezp6uT

David Ellison поставил Калифорнии ультиматум

На прошлой неделе David Ellison собрал 12 членов Executive Leadership Team и обозначил дедлайн: 1 октября. До этой даты генпрокурор Rob Bonta должен согласиться обсуждать сделку. Иначе Paramount Skydance переедет из Калифорнии в Теннесси, Техас, Джорджию или еще один пока не названный штат. Совет директоров Paramount переезд уже одобрил.
Почему 1 октября? С этого дня включается счетчик. Paramount начнет платить Warner Bros. Discovery ticking fee, около $7 млн в день или $650 млн в квартал. Если сделка не закроется до следующего июня, сверху может прилететь еще $7 млрд breakup fee. David Zaslav будет рад дать отсрочку или снизить выплаты, - при закрытии сделки он получит до $800 млн, чем плохо.
У переезда есть четкая экономическая модель. По расчетам Ellison, уход из Калифорнии позволит экономить около $500 млн в год на налогах. Бэклоты Paramount и Warner Bros. можно продать. Каждый оценивали максимум в $4 млрд, хотя при нынешнем состоянии производства в ЛА реальная цена, скорее всего, будет ниже.
Для Paramount это особенно символично - это последняя из старых голливудских студий, которая по-прежнему физически находится в самом Голливуде. Под угрозой еще и десятки тысяч прямых и косвенных рабочих мест.
Генпрокурор назвал угрозу Ellison попыткой шантажировать штат и заставить его пропустить незаконную сделку. Но к ультиматуму Ellison пришел не сразу.
Еще 16 мая Paramount направила генпрокурору проект соглашения из 12 уступок. Генпрокурор не ответил. Тогда Ellison пошел напрямую к кинотеатрам.
Первой предложение поддержала AMC. Paramount пообещала 30 релизов ежегодно, минимальное прокатное окно в 45 дней и 90 дней до выхода фильмов на Paramount+. Следом присоединилась Regal. На этой неделе вопрос рассмотрит Cinemark, третья крупнейшая сеть. После этого Paramount отправит такое же предложение небольшим сетям. Cinema United, главная ассоциация кинотеатров, продолжает активно выступать против, потому что все эти гарантии работают только до первого серьезного конфликта.
Если штраф за нарушение обещания составит, например, $10 млн, компания легко заплатит его ради сделки на $110 млрд. Еще сложнее представить, что AMC или Regal подадут в суд на крупнейшую студию, которая после объединения будет отвечать примерно за 30% всех широких релизов в стране.
Получается довольно чистая индустриальная математика: студия обещает кинотеатрам фильмы, кинотеатры дают студии политическую поддержку. А генпрокурор хочет структурных уступок, включая возможную продажу телеканалов или даже самой Warner Bros.
Ellison отвечает новым ходом. Он звонит политикам и крупным донорам Democratic Party, пытаясь заставить Rob Bonta начать переговоры. Губернатор Калифорнии Gavin Newsom молчит. Он не хочет выглядеть союзником миллиардеров, связанных с Donald Trump, хотя сам предпочел бы мировое соглашение.
Rob Bonta тем временем получает поддержку прогрессивных демократов и продолжает называть сделку незаконной. Хотя ее уже одобрили в 66 юрисдикциях, включая США, Великобританию и Евросоюз.
We shall see. 1 октября может стать датой очередного передела Голливуда.

Ну что же, ура! Голливуд наконец нашёл новую формулу успеха: формулы больше не работают!
После забастовок индустрия примерно год жила в режиме: “Несите нам проверенное”. Знакомый жанр, понятная структура, доказанная аудитория. Никаких сюрпризов.
А потом случился 2025-2026. Obsession стоил меньше $1 млн. Backrooms - около $10 млн. The Pitt взял традиционный жанр и сделал его максимально нетрадиционно. Второй сезон Severance оказался одновременно авангардом и блокбастером.
И безопасные проекты внезапно стали самой опасной ставкой.
Я всегда говорю, аудитория зачастую умнее продюсеров. Она стала любопытнее и охотнее вознаграждать большие творческие риски. Buyers снова хотят амбициозные идеи и авторов с голосом. Но эпоха “потратим сколько захотите” закончилась (и слава богу?). Сериалы дороже $10 млн за эпизод больше не являются нормой. Дорогая идея с туманными перспективами сегодня просто не случится.
Новый контракт Голливуда с авторами выглядит так: чем меньше денег вы просите, тем больше свободы можете получить.
Именно здесь пока зияет самое интересное окно на рынке. Кино уже доказало, что проект за $1-10 млн может быть радикальным и одновременно массовым. В телевидении снижение бюджета пока чаще производит просто аккуратный mid-tier content. Дешевле, но не смелее.
Первый, кто научится делать по-настоящему дерзкое телевидение без бюджета в $100 млн, может сорвать банк Голливуд.
Есть ещё одна проблема: никто больше не понимает, где именно должен жить конкретный проект. У каждого стриминга своя формула успеха. Один считает существующих подписчиков, другой новых, третий смотрит completion rate, четвёртый - сколько людей вообще нажали play. Поэтому проект, который кажется идеально собранным для определённой платформы, может получить там мгновенный отказ. А buyer, которого никто даже не рассматривал всерьёз, внезапно вцепится в него обеими руками. Внутренние приоритеты меняются каждый месяц.
Студии теперь задают каждому новому проекту четыре вопроса:
Он достаточно громкий?
К нему захотят присоединиться большие актёры?
Это действительно большой творческий риск?
Можно ли заразить им buyer?
При этом рынок независимого premium TV чувствует себя неожиданно живым. HBO, Apple, FX и Hulu продолжают активно заказывать. Netflix открыл отдельное направление “prestige shows”. Стриминги стали гораздо дружелюбнее к независимым студиям.
Голливуд снова разрешил рисковать! Но за дешево.

Я запустила инстаграм, в котором буду оперативно давать аналитику индустрии, обсуждать деньги, власть, контент-тренды и иногда делиться продюсерским мнением и опытом.
Контент не будет повторять тг-канал, за исключением больших кейсов (Paramount-WB merger), но формат будет в любом случае разным.
Буду рада видеть вас в PICTURES AND POWER.

https://www.instagram.com/picturesandpower

Последние несколько месяцев топ-экзеки YouTube пытаются решить одну большую проблему: как остановить Netflix, который начал переманивать крупнейших авторов.
Все начиналось довольно невинно. В 2020 году Netflix начал закупать детский и семейный контент. Авторы получали еще одно окно, Netflix получал проверенный контент, YouTube ничего особенно не терял.
А в июле за несколько дней Netflix объявил сделки с Rhett & Link, Stokes Twins, Alan Chikin Chow и Nick DiGiovanni (очень большие аккаунты с шоу). Следом добавился Kevin Langue. И речь уже шла о новых видео, которые будут выходить на Netflix одновременно с YouTube. А некоторые и эксклюзивно, как, например, мой любимый комеди-подкаст Kill Tony.
Вообще, механика идеальная. YouTube годами дает авторам площадку, они сами оплачивают производство, тестируют форматы, собирают миллионы подписчиков. Netflix приходит, когда шоу, ведущий и аудитория уже готовы.
И вот тут, как говорят, экзеки YouTube "обосрались от страха" (цитата). 
YouTube стал панически предлагать эксклюзивные сделки примерно 15 авторам. В списке Brittany Broski, Kareem Rahma, Jesser, Cleo Abram и Michelle Khare. Суммы начинаются с низких семизначных и доходят примерно до $10 млн. Иногда это большая сумма денег, иногда гарантированный рекламный доход. За это автор обязуется не выпускать видео у конкурентов в течение определенного срока. К деньгам прилагаются довольно понятные предупреждения. Уйдешь к Netflix - можешь больше не оказаться на сцене Brandcast, на билбордах YouTube и в привилегированной рекламной программе для крупнейших creators. 
Особенно прекрасно, что YouTube уже является крупнейшим стримингом в США. В июне на него пришлось 13,8% всего просмотра телевидения. На Netflix - 7,9%. То есть платформа, которая почти вдвое больше Netflix, теперь платит своим главным звездам, чтобы Netflix их не забрал.
До этого дня модель YouTube работала идеально - финансировать original programming даже не нужно: creators сами производят контент, а YouTube дает им аудиторию и продает рекламу.
Но у этой модели вдруг обнаружился мини дефект. Автор, который сам создал шоу и сам привел зрителей, может взять все это и переехать.
В прошлом году Ted Sarandos мило назвал YouTube "farm league" - младшей лигой, которая выращивает игроков для других.
И Netflix здесь далеко не самые умные. Disney заказал 20 эпизодов у Dhar Mann Studios. Prime Video работает с MrBeast. Hulu тоже предлагает youtube-авторам семизначные licensing deal. Все крупные платформы неожиданно увидели рынок, где можно покупать проекты уже с лояльной аудиторией. 
Для creators это идеальная ситуация. Даже если Netflix никогда не делал тебе оффер, сама возможность его получить уже повышает твою стоимость внутри YouTube. Можно вообще никуда не уходить и все равно получить несколько миллионов за обещание остаться. Класс!
Но миллионными чеками YouTube пытается прикрыть гораздо более серьезную проблему. Платформа стала огромной: каждый день на нее загружают в среднем 20 млн видео. Новым авторам почти невозможно пробиться, а состоявшимся все сложнее запустить новый формат. Поэтому, когда у creator появляется действительно большая идея, он все чаще идет с ней в вертикальные видео или сразу на Netflix.
Один из экзеков сформулировал ситуацию совсем просто: "Почините продукт - и этой проблемы не будет".

Эпоха overall deals в Голливуде закончилась.

В 2019 году Warner Bros. предложил J.J. Abrams и его компании “Bad Robot” сделку на $250 млн. Пять лет, кино, ТВ, полная эксклюзивность - пакет overall deals эпохи Peak TV.
Контракт закончился. Выяснилось страшное: если дать человеку $250 млн, сериал сам по себе не появится.
Вместо новых $250 млн Warner дал “Bad Robot” двухлетний first-look: сначала показываешь проект нам, если мы не хотим - идёшь дальше.
Во времена Peak TV Netflix, Amazon и Apple завлекали с помощью overall deals шоураннеров, чтобы переманить их у больших студий. Огромные деньги платили вперёд за эксклюзивность и обещание будущего хита.
Иногда хит действительно случался. В 2017-м Netflix дал Shonda Rhimes $100 млн на четыре года. Она сделала Bridgerton. На прошлой неделе подписала уже третий контракт на пять лет и, говорят, снова на девятизначную сумму. Но Shonda теперь исключение - она принесла реальный результат.
Средний overall сегодня стоит около $2 млн в год. Баснословные $20–50 млн всё ещё получают титаны Shonda Rhimes, Taylor Sheridan, Ryan Murphy и ещё несколько человек. Но даже их на переговорах ждут уже с пакетом проектов, готовых к запуску.
Гарантированные деньги урезают, зато в контракты добавляют бонусы: за запуск, количество эпизодов, новый сезон, попадание в топ-10 и номинации на Emmy.
У одного шоураннера, например, прописано $50 тысяч за номинацию сериала, $25 тысяч за сценарий и ещё $25 тысяч за режиссуру. Наконец, статуэтки можно нормально монетизировать.
Seth MacFarlane вообще сам попросил NBCUniversal заменить его эксклюзивный overall на first-look. Денег стало меньше, но теперь он может продавать проекты другим студиям. Если проект выстрелит, прежнюю сумму он доберёт бонусами. Если нет, ну, свобода тоже чего-то стоит.
Для авторов попроще придумали “showverall” — контракт, привязанный к одному конкретному сериалу. Ты очень ценный талант, пока идёт шоу.
Раньше Голливуд щедро платил за потенциал и обещание хита. Теперь платит, когда хит уже случился, вышел вовремя, получил продолжение и в идеале Emmy.

Оскар без гондолы: почему Голливуд все чаще пропускает кинофестивали

В прошлом году критики пришли на нью-йоркский показ "One Battle After Another" с чемоданами, чтобы сразу после скрининга лететь на фестиваль в Toronto.
Warner Bros. пропустила осенние фестивали и показала фильм самостоятельно к началу TIFF. Критики прилетели смотреть программу, уже имея в голове фильм, с которым предстояло всё сравнивать. "One Battle After Another" в программе не было, а обсуждение было. Потом фильм взял главный Оскар. Коварно!
Этой осенью студии снова реже везут главные фильмы на фестивали. В Венеции нет ни "Digger" с Tom Cruise, ни "Dune: Part Three" с Timothée Chalamet, ни "The Social Reckoning" с Jeremy Strong. Среди главных англоязычных премьер: "Ink", "Wild Horse Nine" и "Primetime". Всё больше места занимают независимые и международные фильмы.
Для системы, десятилетиями продававшей Голливуду правильный вход в оскаровский сезон, неприятный поворот.
Схема работала прекрасно. В конце августа-начале сентября открывается Венеция. Почти одновременно, на другом конце света, Telluride. Затем Toronto. Венеция и Toronto идут примерно по десять дней, Telluride короче. За пару недель индустрия получает рецензии, фаворитов и фотографии звёзд с красных дорожек, ради которых всё это читают люди за пределами индустрии.
К широкому релизу зритель уже несколько месяцев слышит, что кому-то стоя хлопали 8 минут. Так фестивальная реакция превращается в желание купить билет.
Но между восторгом на фестивале и деньгами в бокс офисе расстояние всё больше. "Ink" открывает Венецию, а до декабрьского релиза ещё целая осень. Всё это время хайп нужно поддерживать.
И студия смотрит на бюджет продвижения и задаёт неприятные вопросы. Сколько стоит поездка. Что она даст фильму. Потратить деньги сейчас или сохранить на следующие месяцы кампании. Особенно если потом придётся объяснять, что фильм вообще-то неплохой.
У Netflix в прошлом году с Frankenstein получился именно такой маршрут. Прохладный приём в Венеции, ещё хуже в Telluride, где среди возможных причин обсуждалось даже позднее время показа. Затем Toronto, где фильм приняли лучше. В итоге номинация на лучший фильм, но сначала пришлось выбираться из неудачного старта.
При этом фестивальная поездка может быть точным решением. Например, Primetime. Robert Pattinson снимается в "Batman" в Лондоне и ограничен в поездках по наградному кругу. Венеция близко, релиз в сентябре. Одна поездка даёт фотографии, пресс-конференцию, интервью и внимание перед релизом. Pattinson в гондоле, Pattinson рассказывает про роль Chris Hansen, все обсуждают его голос. Здесь понятно, за что платить.
Фестивали тоже работают по-разному. Toronto с его зрительской аудиторией может лучше подойти фильмам, которым нужен тёплый приём большой публики. Там сработал Frankenstein, прекрасно принимали Knives Out. В этом году Amazon везёт туда мировую премьеру "I Play Rocky" от Peter Farrelly, режиссёра Green Book. Понятный выбор для кино, рассчитанного на сильную зрительскую реакцию.
Наградной календарь тоже сдвигается. "Sinners" и "Everything Everywhere All at Once" показали, сколько может дать ранний выход и долгая жизнь фильма в публичном пространстве. "Anora" начал ещё в Cannes. У фильма есть месяцы, чтобы стать событием и найти зрителей. Оскаровский сезон всё больше занимает весь год. Начало сентября для некоторых проектов уже почти поздно.
На фестивалях этого года есть чего ждать: "Elsinore" с Andrew Scott, "Wild Horse Nine" от моего любимого Martin McDonagh с John Malkovich, "Tender Loving Care" с Kate O’Flynn, который обсуждают как возможный последний фильм Mike Leigh.
Это и есть прекрасная особенность фестивального бизнеса. Зал может встать и долго аплодировать. Затем люди выйдут из зала и напишут рецензии, от которых маркетинговому отделу захочется долго плакать в душе.
Восемь минут стоя ещё ничего не говорят о том, великий фильм или нет. Но где-то среди этих аплодисментов скорее всего уже есть главный обладатель следующего Оскара.

Вчера на фестивале Telluride зрители пришли на фильм, которого формально не существовало. В программе было написано “TBA, 174 minutes”. На входе у всех отобрали телефоны, часы, наушники, всю электронику. Зал сел.
На экране появилась Elizabeth Holmes. Wtf?
Три года Nathan Fielder и Lance Oppenheim тайно снимали про нее документальный фильм “You Can See Everything”, маниакально наблюдая за каждым ее шагом. Все держалось в строжайшей секретности.
Я поняла, что Nathan Fielder — уникальный гений, когда посмотрела Nathan for You. Это док шоу, в котором он приходит к владельцам бизнесов и придумывает для них настолько абсурдные способы решить элементарную проблему, что сама конструкция становится интереснее исходной задачи.
После он сделал The Rehearsal. Там Nathan строит физически точные копии квартир, баров и тд, нанимает актеров на роли реальных людей и десятки раз репетирует с человеком разговор, который тот боится провести в собственной жизни.
В 2023 случился мега-странный, но от этого не менее великий The Curse, сериал, который он сделал с Benny Safdie и Emma Stone. Ну, а дальше, Nathan вышел в такую стратосферу смыслов, до которой не добраться уже никому.
Во втором сезоне The Rehearsal он решил разобраться, почему вторые пилоты иногда боятся спорить с пилотами перед авиакатастрофами. Помимо шокирующих разоблачений, два года он реально учился летать, получил все разрешения и в финале сам сел за штурвал настоящего Boeing 737 с примерно 150 актерами в качестве пассажиров. Такого не делал еще никто.
Elizabeth Holmes появилась в моей жизни как любимый персонаж впервые, когда случился скандал с Theranos в Силиконовой долине. Я сразу же прочитала о ней книгу “Bad Blood”, которая залетает как захватывающий триллер. Годом позже выходит документалка by Alex Gibney - “The Inventor: Out for Blood in Silicon Valley”, а в 2022 уже сериал с Amanda Seyfried “The Dropout”. Elizabeth Holmes всегда меня завораживала. Наверно, во многом я разделяю ее фантазии, в детстве я тоже была уверена, что спасу мир. Но потом я выросла, а Elizabeth продолжила мечтать.
Поэтому, прочитав сегодня, что Elizabeth Holmes решила пустить к себе Nathan Fielder за 34 дня до тюрьмы, чтобы задокументировать ее жизнь, а тот остался с ней на три года, мне сразу стало очевидно, что жизнь дарит нам лучшее документальное кино и опыт в истории человечества.
Elizabeth и Billy Evans, ее партнер, жили с двумя детьми в San Diego и хотели показать камере другую Elizabeth. По их версии, книги, сериалы, пресса и весь мир придумали персонажа, который не имеет ничего общего с реальностью.
Nathan бесконечно разговаривал с Элизабет, наблюдал за семьей, задавал вопросы. Она продолжала утверждать, что невиновна. За несколько дней до тюрьмы Элизабет и Билли даже обсуждали новую попытку заняться технологией, выросшей из той же идеи, что когда-то лежала в основе Theranos.
Но как это обычно бывает, после съемок произошло самое интересное. Режиссеры и группа собрались обсудить увиденное и поняли, что у каждого из них своя версия происходящего.
Кто манипулирует кем? Elizabeth всеми вокруг? Билли Элизабет? Наоборот? Они оба съемочной группой? Или камера уже начала менять поведение всех участников?
Elizabeth отправилась отбывать срок в мае 2023-го, где Nathan регулярно ее навещал.
После тюрьмы структура фильма меняется. Nathan реконструирует сцены, которых у него нет, примерно так же, как в The Rehearsal. Появляется известная актриса, чье имя первых зрителей попросили сохранить в секрете. А в центре истории постепенно оказывается Billy Evans. Nathan начинает замечать, насколько сильно он контролирует создание публичной версии Элизабет. А к финалу Билли пытается получить контроль уже над самим фильмом, их отношения сильно портятся.
После вчерашней премьеры Nathan Fielder сказал прекрасную вещь: “Я до сих пор пытаюсь понять, что именно со мной произошло”.
Абсолютный, чистый гений.
Именно за это я так люблю Голливуд. Это единственное место в мире, где таким идеям могут дать свободу.

https://youtu.be/GGJSRFWALTI?si=HUsE0a2pZ7oyVlvT

Теперь на весь мир можно посмотреть через локации съемок! Появилась интерактивная карта, на которую нанесли, кажется, вообще все, что снимали, с точными координатами и даже уточнениями, что именно были снято в этой локации.
Завораживает.

https://moviescenemap.com/

35 лет Scott Myers записывал, какие сценарии покупает Голливуд. Теперь собрал всё в одну книгу: “Spec Script Deals: 1991–2025”. Больше 500 страниц, 2 560 сделок.
Речь о spec scripts: сценариях, которые авторы пишут по собственной инициативе, без заказа и гарантии, что им вообще кто-то заплатит. Сам Myers так попал в индустрию, продав Universal сценарий K-9.
Внутри сделки разложены по годам: кто написал, какая история, какой жанр, кто купил, какие агенты и менеджеры представляли автора. Где известны, есть суммы и подробности переговоров. Почти у каждого проекта есть логлайн или короткое описание сюжета.
Фильмы, которые мы смотрим сегодня, отражают решения, принятые два, пять, десять лет назад. Сделки со сценариями показывают, какие истории заинтересовали покупателей именно тогда. И по этому архиву можно проследить, как менялись вкусы Голливуда, появлялись новые игроки и находили дорогу в индустрию дебютанты.
Для тех, кто пишет и девелопит проекты, здесь сразу несколько полезных штук: тысячи концепций для разбора собственных идей, возможность понять, кто с каким материалом работает, и сотни историй, которые купили, но так и не сняли.
Где-то среди этих 500 страниц до сих пор лежит чей-то не снятый любимый фильм.