ШОС приспустила флаг — и это больше, чем протокол

1 марта 2026 года в секретариате Шанхайской организации сотрудничества в Пекине был приспущен флаг в связи с национальным трауром в Исламской Республике Иран после гибели верховного лидера Али Хаменеи.

Генеральный секретарь Нурлан Ермекбаев направил соболезнования президенту Масуду Пезешкиану и главе МИД Аббасу Аракчи. Формально — акт солидарности. По сути — сигнал.

Иран — не просто член ШОС, а важное звено евразийской архитектуры безопасности. Любая дестабилизация в Тегеране автоматически отражается на балансе сил внутри организации. Приспущенный флаг — это признание того, что произошедшее выходит за рамки внутренней трагедии.

Но есть и другой ракурс. Если гибель иранского лидера стала следствием внешнего давления или эскалации, то это удар не только по Тегерану, но и по всей конструкции ШОС как альтернативному центру силы. В логике жёсткой линии, которую традиционно продвигает Дональд Трамп, ослабление Ирана одновременно бьёт по евразийским форматам без участия Запада.

Таким образом, траурная церемония в Пекине — это не только дипломатический жест, но и индикатор новой фазы противостояния. Тут вопрос уже не в соболезнованиях.

Вопрос в том, станет ли иранский кризис точкой давления на ШОС как на проект многополярности.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Китай против «закона джунглей»: сигнал миру

После ударов США и Израиля по Ирану, в результате которых погиб верховный лидер Али Хаменеи, Китай через свое "внешнее издание" «Global Times» заявил о том, что многие предпочитают не проговаривать в слух: международная система балансирует на грани возвращения к «закону джунглей».

Главный тезис: атака по Ирану произошла в разгар переговоров, что подрывает саму суть дипломатии как инструмента предотвращения конфликтов.

Китайская позиция — это не только защита Тегерана. Она также защищает принцип суверенного равенства и центральную роль ООН. Если «превентивные удары» становятся нормой, Устав ООН теряет свою значимость.

Уже сейчас мы наблюдаем, что последствия этой агрессии выходят за рамки одной страны: нестабильность в Персидском заливе, угроза для Ормузского пролива и глобальные риски для поставок энергии.

Эта история американо-израильской агрессии показывает, что силовые решения редко остаются локализованными. Они вызывают цепные реакции, которые затрагивают всех.

Позиция Китая вписывается в более широкую стратегию — продвижение многополярности и противодействие гегемонии. Китай считает, что мир после холодной войны не должен стать ареной для демонстрации силы, где великие державы могут менять режимы в других государствах по своему усмотрению.

Главный посыл прост: если международное сообщество молчаливо примет «право сильного», любая страна может стать следующей жертвой. И тогда вопрос будет стоять не только о Ближнем Востоке, но и о будущем всей глобальной безопасности.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

7 марта 1960 года: день появления первых космонавтов

7 марта 1960 года в Советском Союзе произошло событие, изменившее ход истории. В этот день началась подготовка первых космонавтов — двадцати военных лётчиков, которым предстояло покорить космос.

Сегодня их считают легендами, но тогда это были обычные молодые офицеры. Их отбирали по строгим критериям: отличное здоровье, психологическая устойчивость, высокий уровень подготовки, определённый рост и вес: кабина космического корабля была очень тесной.

Мало кто знает, через что им пришлось пройти. Подготовка космонавтов была экспериментом. Никто не знал, как организм поведет себя в космосе. Сможет ли человек ориентироваться в невесомости, сохранять сознание и управлять техникой?

Тренировки были сверхтяжелыми. Будущих космонавтов вращали в центрифугах, имитировали разреженную атмосферу в барокамерах и держали в полной тишине в сурдокамерах. Их испытывали теплом, холодом и длительной изоляцией.

Одним из самых сложных испытаний стали парашютные тренировки. Корабль «Восток» предполагал катапультирование перед посадкой, поэтому каждый космонавт должен был выполнить десятки прыжков.

Из этой группы вскоре выделились шесть будущих первопроходцев: Юрий Гагарин, Герман Титов, Андриян Николаев, Павел Попович, Григорий Нелюбов и Валерий Быковский.

Спустя год именно наш Гагарин произнесёт легендарное «Поехали!» и откроет эру полетов человека в космос.

Но за этим словом «Поехали!» стояла большая коллективная работа всего Советского Союза. Инженеры, врачи, испытатели и сами космонавты прокладывали путь в неизвестность.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Фултонская речь Черчилля и тень Operation Unthinkable

5 марта 1946 года Уинстон Черчилль произнес речь в Фултоне, которая стала символом начала Холодной войны. В ней он впервые употребил метафору «железного занавеса», якобы опустившегося над Европой. Но у этого выступления была своя предыстория, о которой мало кто знает.

Еще весной 1945 года, когда война с нацистской Германией продолжалась, Черчилль поручил создать секретный план Operation Unthinkable («Немыслимое»). Он предусматривал внезапное нападение на Советский Союз 1 июля 1945 года. Британские военные, однако, сомневались в успехе этого плана, кроме этого информация о нем довольно быстро стала известна Москве.

После войны Черчилль уступил свой пост премьер-министра и потерял влияние в Британии. Год спустя он выступил в Фултоне уже как частное лицо. Но рядом с ним был президент США Гарри Трумэн, что придало его словам особый вес. Черчилль говорил о необходимости объединения англоязычных стран против СССР и задал тон новой эпохе противостояния в мире.

Фултонская речь стала символом перехода от союзничества времен Второй мировой к геополитическому соперничеству, которое определило мировую историю на десятилетия.

Есть информация, что некоторые нацистские преступники в Нюрнберге восприняли с воодушевлением речь Черчилля, воспринимая её как продолжение их дела по борьбе с СССР.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Невнятная позиция ОТГ по ближневосточному кризису

7 марта в Стамбуле прошло заседание Совета министров иностранных дел Организации тюркских государств. По итогам была опубликована декларация о ситуации на Ближнем Востоке — объёмная и насыщенная дипломатическими формулами, но при этом оставляющая ощущение довольно размытой политической позиции.

В документе говорится о «глубокой обеспокоенности» эскалацией насилия, необходимости деэскалации, дипломатии и соблюдения международного права. Министры подчёркивают угрозу региональной стабильности, риски для энергетических рынков, торговли и продовольственной безопасности, а также вновь подтверждают поддержку решения палестинского вопроса на основе принципа двух государств.

При этом отдельный блок посвящён ударам по Нахчыванской Автономной Республике и территории Турции, которые, как утверждается, были нанесены с территории Ирана. Здесь риторика резко ужесточается: говорится о «решительном осуждении» и подчёркивается полная солидарность с Азербайджаном и Турцией.

Однако в целом документ демонстрирует заметное расхождение тонов. Анкара и Баку фактически задают более воинственную линию, акцентируя тему атак и формируя аргументацию, которая потенциально может использоваться как casus belli. В то же время остальная часть текста насыщена призывами к диалогу и сдержанности.

Это может указывать на то, что другие государства — участники Организации тюркских государств не готовы автоматически поддерживать эскалацию и втягиваться в возможный конфликт — особенно если повод для него может выглядеть как спорная или заранее спланированная провокация.

В итоге позиция организации в целом получилась довольно осторожной и политически невнятной.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Неожиданно: на Западе на фоне эскалации вокруг Ирана начали замечать международное право

На фоне эскалации вокруг Ирана в европейских столицах начали звучать заявления, которые ещё недавно казались маловероятными. Речь идёт о прямом упоминании возможных нарушений международного права со стороны западных союзников.

Так, представитель правительства Швейцарии, министр обороны Мартин Пфистер, заявил в интервью SonntagsZeitung, что воздушные удары по Ирану со стороны США и Израиля, по мнению Федерального совета, нарушают международное право. По его словам, речь идёт о возможном нарушении базового принципа — запрета на применение силы, закреплённого в Организации Объединённых Наций.

Похожие оценки прозвучали и в Германии. Вице-канцлер Ларс Клингбайль заявил, что существуют «серьёзные сомнения» в законности этой войны с точки зрения международного права. Для германской политической риторики подобные формулировки — уже достаточно заметный сигнал.

Сам по себе этот сдвиг показателен. В последние годы западные правительства редко публично ставили под сомнение правовую сторону военных действий своих союзников. Теперь же, по крайней мере на уровне отдельных европейских политиков, звучат оценки, напрямую апеллирующие к международно-правовым нормам.

Пока это скорее осторожная риторика, чем политический разворот.

Но сам факт того, что тема нарушения международного права начала звучать и в западных заявлениях, показывает: ситуация вокруг Ирана становится настолько серьёзной, что игнорировать правовую сторону происходящего становится всё труднее.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

То ли ещё будет из-за авантюры Трампа в Иране

Эскалация вокруг Ирана начинает давать вполне осязаемые последствия — и прежде всего для мировой экономики. После серии ударов по иранской территории нефтяные рынки отреагировали мгновенно. По данным Bloomberg, утром 9 марта цена на нефть марки Brent crude oil впервые с 2022 года превысила отметку $110 за баррель. В ходе торгов котировки поднимались почти до $119,5 (+29%), а американская West Texas Intermediate — до $119,48 (+31%).

Рынок фактически закладывает в цену риск масштабной дестабилизации всего Ближнего Востока. Нефтяные поставки из региона могут оказаться под угрозой, а любые новые удары способны ещё сильнее раскачать цены. Не случайно страны G7 уже начали экстренные консультации: как сообщает Financial Times, обсуждается возможность совместного использования стратегических нефтяных резервов, чтобы хоть как-то охладить рынок.

Но экономический фактор — лишь часть проблемы. По словам официального представителя МИД Ирана Исмаила Багери, ракеты по территории страны запускаются из жилых районов соседних государств, а истребители США используют воздушное пространство стран региона для ударов. Такая тактика резко повышает риск втягивания в конфликт новых игроков — причём иногда против их собственной воли.

Именно здесь кроется главный эффект нынешней эскалации. Военная операция, задуманная как быстрый силовой сигнал со стороны Дональда Трампа и его союзников, постепенно превращается в фактор региональной цепной реакции: растут цены на нефть, нервничают рынки, а соседние государства оказываются втянутыми в опасную игру.

История Ближнего Востока не раз показывала: подобные авантюры редко остаются локальными. И если нынешняя спираль напряжённости продолжит раскручиваться, последствия для мировой экономики и региональной безопасности могут оказаться куда масштабнее, чем предполагали инициаторы этой операции.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Запад на Украине заигрался в "шахматы" по Бжезинскому

То, что сегодня происходит вокруг Украины, всё чаще описывается не просто как региональный конфликт, а как результат долгой стратегической игры. Президент Владимир Путин в комментарии корреспонденту «Вестей» Павлу Зарубину прямо назвал нынешний кризис следствием системной ошибки западных стран, подчеркнув, что происходящее стало итогом их собственной политики.

По его словам, корни кризиса уходят в поддержку Западом смены власти в Киеве в 2014 году. Именно тогда, по логике Москвы, была запущена цепная реакция решений, которая со временем привела к нынешнему вооружённому противостоянию. И теперь те же государства, которые активно вмешивались в украинскую политическую динамику, сталкиваются с последствиями собственных стратегий.

Если посмотреть шире, это очень напоминает геополитическую концепцию, которую в своё время описывал Збигнев Бжезинский. В его логике Евразия рассматривалась как большая шахматная доска, где ключевые государства должны становиться элементами сложной стратегической комбинации. Особое место в этой конструкции отводилось Украине — как важному узлу баланса сил на постсоветском пространстве.

Однако реальная политика редко ведёт себя как идеальная шахматная партия. Попытка рассматривать государства и общества исключительно как фигуры на геополитической доске нередко приводит к эффекту, который мы наблюдаем сегодня: вместо управляемой комбинации возникает затяжной кризис с непредсказуемыми последствиями.

Именно поэтому нынешняя ситуация всё чаще воспринимается как пример того, что происходит, когда теоретические геополитические схемы начинают применяться слишком буквально.

Западные стратеги десятилетиями пытались разыгрывать партию по лекалам Бжезинского — но в итоге эта партия превратилась в один из самых серьёзных кризисов европейской безопасности за последние десятилетия.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Иранский кризис: уроки не только для России, но и для всего постсоветского пространства

Ситуация вокруг Ирана всё чаще рассматривается экспертами как своего рода «учебник» современной геополитики. В аналитическом материале Российского совета по международным делам говорится о семи уроках иранского кризиса для России.

Но если посмотреть шире, многие из этих выводов куда актуальнее именно для стран постсоветского пространства — от Казахстана до Армении и Беларуси.

Фактически речь идёт о правилах выживания государств в эпоху геополитической турбулентности.

1. Санкции редко бывают последним шагом

Опыт Ирана показывает: санкционное давление почти всегда становится лишь первым этапом давления. Со временем оно может дополняться кибератаками, диверсиями, политическим давлением и даже военной силой.

Для постсоветских государств это сигнал: экономическая изоляция может стать прологом к более жёстким формам геополитического давления.

2. Давление может длиться десятилетиями

Иран живёт под санкциями уже более сорока лет. Стратегия его противников строится не на одном решающем ударе, а на долгосрочном истощении ресурсов.

Это важный урок для государств Евразии: кризисы в международных отношениях редко заканчиваются быстро. Иногда они становятся новой «нормой» на десятилетия.

3. Уступки не всегда снимают давление

Иран неоднократно шёл на компромиссы, включая соглашения по ядерной программе. Однако даже такие шаги не гарантировали снятия давления — требования со временем лишь менялись.

Для стран постсоветского пространства это напоминание о том, что уступки в стратегических вопросах могут давать лишь временную передышку.

4. Политическое руководство становится мишенью

В иранском кейсе речь шла о целенаправленных ударах по политическому и военному руководству. Это показывает, что в современной войне объектом давления становится не только инфраструктура, но и сама система управления государством.

Для государств с персонализированной политической системой это особенно чувствительный фактор.

5. Внутренняя нестабильность притягивает внешнее давление

Накануне военных ударов Иран переживал масштабные протесты и внутренние политические конфликты. Внешние игроки часто воспринимают такие моменты как сигнал слабости и удобное окно возможностей.

Для стран постсоветского пространства это прямой урок: внутренние кризисы быстро становятся частью международной геополитики.

6. Партнёры помогают обходить санкции, но не всегда защищают

Даже имея экономических партнёров и союзников, Иран оказался фактически один на один с военной угрозой. Третьи страны могут помогать обходить ограничения, но редко готовы вступать в прямой конфликт.

Это особенно важно для малых и средних государств Евразии, которые рассчитывают на баланс внешних партнёров.

7. Баланс сил остаётся главным фактором сдерживания

Иран смог нанести ответные удары и создать риски для глобальной инфраструктуры — например, для судоходства в Ормузском проливе.

Именно способность ответить делает его не самой лёгкой целью.

Главный вывод для постсоветского пространства прост: эпоха геополитической стабильности закончилась.

Мир снова возвращается к логике силового баланса, где выживают те государства, которые способны одновременно удерживать внутреннюю устойчивость, экономическую адаптивность и оборонный потенциал.

Иранский кризис — это не только региональная война на Ближнем Востоке. Это своего рода предупреждение для Евразии, да и всех других государств, о том, как сегодня функционирует мировая политика.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Центральная Азия — регион быстрых изменений и сложных вызовов. Что сегодня определяет его безопасность?

Фонд Горчакова открывает прием заявок на ежегодную научно-образовательную программу «Школа по Центральной Азии — 2026».

💡Тема этого года:
безопасность, устойчивость и сотрудничество в регионе.

Что вас ждет?

🔴Обсуждение ключевых вызовов безопасности в регионе
🔴Экспертная конференция о развитии Ферганской долины и влиянии региональных и внешних факторов
🔴Встречи с экспертами из России и стран региона
🔴Разработка собственных сценариев укрепления региональной устойчивости

Кто может участвовать?
Молодые специалисты из России и других стран от 18 от 35 лет, интересующиеся международными отношениями и тематикой региона.

Как подать заявку?

1️⃣ Зарегистрируйтесь на русскоязычном сайте Фонда или войдите в уже существующий профиль.
2️⃣ В разделе «Мои проекты» выберите Школу по Центральной Азии.
3️⃣ Заполните анкету.
4️⃣ Приложите эссе по одной из предложенных тем и мотивационное письмо.

Авторам трех лучших работ организаторы оплатят проезд до места проведения программы и обратно.

🗓️ Последний день приема заявок — 2 апреля, 23:59 (МСК).

➡️ Подробнее о программе и условиях участия читайте на нашем сайте.

Школа проводится совместно с Институтом востоковедения РАН и партнерами из Республики Таджикистан.

#ШколапоЦА #ЦентральнаяАзия

1️⃣1️⃣1️⃣

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Иран выдвинул условие для прохода через Ормуз: выслать послов США и Израиля

КСИР заявил, что страны, выславшие американских и израильских дипломатов, получат свободный проход через Ормузский пролив. Советник Хаменеи Харази добавил: Тегеран готов к затяжному конфликту, дипломатическое окно закрыто.

По форме — ультиматум. По существу — сигнал сразу нескольким аудиториям.

Арабским монархиям Персидского залива, чья экономика критически зависит от Ормуза, это предложение звучит как предложение выбрать сторону — публично и необратимо. Европейским столицам — напоминание о цене трансатлантической солидарности.

Ормузский пролив — это около 20% мирового нефтяного транзита. Угроза его перекрытия или «избирательного» контроля — не военная операция, а экономическое оружие. Иран использует его как козырь в развернутой против него войне.

Цель заявления — обозначить цену нейтралитета и создать внутриполитическое давление в странах, где антиамериканские настроения высоки.

Следим за реакцией ОАЭ и Катара — именно они наиболее уязвимы к этому давлению и одновременно принимают американские военные базы.

#Иран
#Ормуз
#КСИР
#геополитика

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

$5,6 млрд за два дня: Пентагон сжигает арсеналы в ударах по Ирану

Америка бьёт по Ирану не только ракетами, но и кошельком: за первые два дня ударов Пентагон израсходовал боеприпасов на 5,6 миллиарда долларов — пишет The Washington Post. Эта сумма шокировала Конгресс и усилила опасения: США слишком быстро истощают запасы современного оружия.

Что дальше?

Трамп запросит десятки миллиардов на пополнение арсеналов — уже на этой неделе.

Демократы готовы сопротивляться: новые траты вызовут жаркие дебаты.

Сотни ракет «Томагавк» и ЗРК уже выпущены — и это только начало.

На вопрос: Где брать оружие?

Пентагон перебрасывает вооружения из других регионов, включая Индо-Тихоокеанский, где США готовятся к возможному конфликту с Китаем. Чиновники уверяют: это не из-за нехватки, а «на всякий случай» — если Иран ударит в ответ.

💡 Наверное, главный вопрос у Конгресса:

Сколько ещё продлится эта дорогая война — и хватит ли у США ракет, денег и терпения?

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Ближний Восток стал новым центром мировой турбулентности

Похоже, мировая политика переживает настоящий тектонический сдвиг. С конца февраля 2026 года события вокруг Ирана перестали быть региональным кризисом. Военная операция США и Израиля против Тегерана превратила Ближний Восток в новый угрозообразующий фактор безопасности всей Евразии — от Европы до Центральной Азии. То, что ещё недавно считалось очередной региональной эскалацией, сегодня начинает менять архитектуру безопасности целого континента.

✔️Конфликт неожиданно приблизился к Европе. По данным западных СМИ, иранские беспилотники атаковали британскую авиабазу Акротири на Кипре, а в Турции системы ПВО перехватили баллистическую ракету, летевшую в сторону турецкой территории. На этом фоне генсек НАТО Марк Рютте прямо назвал Иран угрозой для Европы. При этом кризис выявил и раскол внутри ЕС: Франция усиливает военное присутствие, Германия занимает осторожную позицию, а Испания отказалась предоставлять базы для ударов по Ирану.

✔️Война мгновенно ударила и по мировой экономике. После атак на танкеры фактически оказался парализован Ормузский пролив — ключевая артерия, через которую проходит около 20% мировой торговли нефтью и газом. Цены на энергоресурсы растут, поставки сжиженного газа из региона сокращаются, а Европа сталкивается с новым энергетическим шоком — в момент, когда она только начала адаптироваться к отказу от российских ресурсов.

✔️ Для стран Центральной Азии ситуация ещё тревожнее. Близость к зоне конфликта увеличивает риски распространения радикальных группировок и нестабильности, особенно на фоне напряжённости на афгано-пакистанской границе. Кроме того, Иран остаётся важнейшим транспортным коридором региона к Персидскому заливу. Его дальнейшая изоляция или разрушение инфраструктуры может фактически перекрыть для Центральной Азии один из ключевых выходов на мировые рынки.

✔️Кризис развивается на фоне очевидной эрозии глобальных институтов. ООН практически не способна повлиять на происходящее, а её генсек Антониу Гутерриш предупреждает о риске неконтролируемой цепной реакции.

✔️Одновременно возвращается и ядерный фактор: Иранская ядерная программа вызывает особую тревогу. США и Израиль стремятся уничтожить объекты, связанные с ней, считая, что Тегеран занимается созданием ядерного оружия. Удары по ядерной инфраструктуре Ирана грозят серьезными последствиями. В интернете уже появились сообщения о том, что из зоны конфликта в сторону Центральной Азии направляются токсичные ядерные облака (правда эту информацию в самих странах ЦА опровергают).

На этом фоне великие державы вынуждены пересматривать свои стратегии. Для России кризис несёт одновременно риски и возможности, Китай опасается за свои энергетические маршруты и проект «Пояс и путь», а для США открытие нового фронта становится серьёзным испытанием способности удерживать глобальное лидерство.

Именно поэтому ближневосточный кризис уже нельзя считать локальной войной. А это означает, что новая линия стратегической нестабильности проходит теперь через Персидский залив, напрямую влияя на безопасность огромного пространства от Средиземного моря до Центральной Азии.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

📰 Советники Трампа давят на выход из войны с Ираном — WSJ

По данным WSJ со ссылкой на источники в администрации, ближайшее окружение президента настаивает на срочном формировании «плана выхода» из конфликта с Ираном. Аргументы внутренние: рост цен на нефть и падение поддержки среди избирателей.

Ключевое слово здесь — «план выхода», а не «победа». WSJ прямо пишет, что выход планируется подать как «успешное завершение миссии» — классический приём сохранения лица, хорошо знакомый по Вьетнаму, Афганистану и Ираку.

Иран не сломлен: новый верховный лидер уже назначен, прокси-структуры продолжают функционировать, региональные союзники США задают неудобные вопросы.

Позиция самого Трампа показательно противоречива: «война закончится очень скоро» — и тут же «готов идти дальше». Это не риторика, это симптом. Внутри команды нет консенсуса ни по целям, ни по критериям успеха — а без этого любой «победный» нарратив будет уязвим.

Структурная проблема в том, что США вошли в конфликт без чёткого определения условий выхода — это родовая болезнь американских ближневосточных кампаний начиная с 2001 года.

Следим за двумя индикаторами: формулировками Трампа на следующих пресс-конференциях и реакцией Израиля — именно Тель-Авив имеет наибольшее влияние на темп де-эскалации.

#Иран
#Трамп
#БлижнийВосток

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Европа может потерять всё

Венгерский премьер Орбан направил председателю Еврокомиссии фон дер Ляйен письмо с требованием приостановить санкции против российской энергетики. Это произошло на фоне заявлений российской стороны о готовности окончательно переориентировать поставки на азиатские рынки.

Похоже, в энергетической войне Европы против России наступает новый этап. Владимир Путин фактически дал понять: Москва больше не собирается ждать, пока Европейский союз окончательно «захлопнет дверь» на российские энергоносители. Если Брюссель продолжит вводить новые ограничения, Россия может просто перенаправить нефть и газ на более выгодные рынки — прежде всего в Азию.

Смысл сигнала довольно простой: Европа сама выталкивает Россию со своего энергетического рынка. Но если этот процесс станет необратимым, то возвращения к прежней модели сотрудничества может уже не быть.

Парадокс в том, что удар в итоге может прийтись именно по Европе. После подрыва «Северных потоков» и серии санкций европейская экономика уже столкнулась с рецессией, ростом цен на энергию и переносом промышленности в США и Китай. При этом внутри самого ЕС всё громче звучат голоса за пересмотр энергетических санкций.

Но время может играть против Европы. Если российские ресурсы окончательно закрепятся на других рынках, вернуть их будет почти невозможно. Энергетическая география мира уже меняется — и новые долгосрочные контракты могут закрепить этот разворот на десятилетия.

В результате Европа рискует оказаться в ситуации стратегического проигрыша: потерять дешёвые ресурсы, промышленную конкурентоспособность и одновременно зависеть от более дорогих поставщиков.

И тогда главный парадокс европейской политики станет очевиден: стремясь нанести стратегическое поражение России, Брюссель рискует навредить самому себе.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Украина роет себе яму сама

Иногда проблемы в международных отношениях возникают не по вине противников, а из-за собственных политических решений. Это, похоже, происходит с украинскими властями.

По информации Financial Times, отказ Киева предоставить европейским экспертам доступ для проверки нефтепровода «Дружба» вызвал недовольство в Брюсселе. В результате некоторые страны ЕС рассматривают возможность блокирования финансовой помощи Украине.

Особенно резко против этого шага выступили Венгрия и Словакия. Премьер-министр Венгрии Виктор Орбан заявил, что Будапешт может заблокировать предоставление кредита Киеву на сумму 90 миллиардов евро до тех пор, пока не будет обеспечена прозрачность поставок по «Дружбе».

Этот инцидент парадоксальным образом настроил против Украины даже тех союзников, которые ранее активно поддерживали её в Европейском Союзе. В Брюсселе такой подход был воспринят как игнорирование интересов европейских партнёров, особенно в контексте стремления Украины к ускоренной интеграции в ЕС.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Нарвались? Иран дает ответ

Похоже, расчет на быструю «силовую демонстрацию» против Ирана оказался ошибочным. Конфликт на Ближнем Востоке начинает развиваться по куда более опасному сценарию, чем предполагали в Вашингтоне.

Тегеран дал понять: игра в односторонние удары закончилась.

По заявлениям иранских представителей, в ходе ответной операции был поврежден американский авианосец USS Abraham Lincoln. Посол Ирана в Москве Казем Джалали прямо заявил, что этот удар стал «посланием агрессору», которое, как надеются в Тегеране, в Вашингтоне услышали.

Иранские военные утверждают, что по авианосцу были применены ракеты, а сам удар должен продемонстрировать реальные возможности иранской обороны и сил сдерживания.

Но главное — не сам эпизод с кораблем.

Главное в другом: Иран показывает, что готов отвечать не символически, а симметрично. Уже ранее Тегеран наносил ракетные и дроновые удары по американским объектам и союзникам США на Ближнем Востоке — от стран Персидского залива до Израиля.

Фактически это означает, что попытка силового давления на Иран привела к обратному эффекту: конфликт не локализуется, а расширяется.

И если Вашингтон рассчитывал на быструю военную кампанию, то теперь становится ясно —
Тегеран готов играть в долгую и на повышение ставок.

Похоже, в Вашингтоне начинают понимать неприятную вещь:
Иран — это не та страна, которую можно «сломать» несколькими ударами.

Иногда достаточно одного попадания, чтобы напомнить об этом.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Молдова стреляет себе в ногу

Кишинёв сделал ещё один символический, но очень показательный шаг — правительство Молдавии одобрило выход из базовых документов СНГ: Соглашения о создании Содружества, Устава организации и Алма-Атинской декларации.

Соответствующие документы на заседании кабинета министров представил государственный секретарь правительства Сергей Михов. Именно он заявил, что курс на вступление Молдавии в Европейский союз «неизбежно требует отказа от обязательств в рамках СНГ», которые, по мнению Кишинёва, несовместимы со статусом будущего члена ЕС.

Но в реальности ситуация выглядит куда более противоречиво.

С одной стороны, Кишинёв демонстративно разрывает политические связи с СНГ и заявляет о «европейском выборе». С другой — молдавские власти вовсе не собираются полностью выходить из всех соглашений Содружества. Как подчеркнул тот же Михов, ряд договорённостей планируется сохранить — прежде всего в торговой, экономической и социальной сферах, пока они приносят стране конкретную выгоду.

Иными словами, получается довольно странная конструкция:
политически дистанцироваться от постсоветского пространства, но при этом продолжать пользоваться его экономическими преимуществами.

Однако такая стратегия редко работает долго.

Во-первых, выход из базовых документов СНГ — это не просто формальность. Именно эти акты создавали правовую архитектуру взаимодействия между странами постсоветского пространства. Их денонсация неизбежно подрывает институциональную основу сотрудничества.

Во-вторых, экономика Молдавии по-прежнему во многом связана с рынками СНГ. Разрыв этих механизмов может ударить по тем секторам, которые и так находятся в уязвимом положении — от сельского хозяйства до энергетики.

И, наконец, главный парадокс.
Кишинёв разрушает существующие механизмы интеграции ради будущего членства в ЕС, которое пока остаётся весьма неопределённым.

В итоге страна рискует оказаться в довольно опасной позиции:
старые форматы сотрудничества демонтированы, а новые гарантии интеграции ещё не появились.

Иногда стремление доказать политическую лояльность новым партнёрам приводит к тому, что государство начинает последовательно ослаблять собственные позиции.

Это действительно стратегический выбор — или политический жест, который в итоге может обойтись Молдове слишком дорого?

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

ООН вдруг начал замечать атаки по гражданским

Международная бюрократия иногда работает удивительно избирательно. Но, похоже, даже там начинают осторожно признавать очевидные вещи.

Официальный представитель Генерального секретаря ООН Стефан Дюжаррик, комментируя ракетный удар ВСУ по Брянску, заявил, что организация выступает против атак на гражданское население и гражданскую инфраструктуру «где бы они ни происходили».

Формулировка максимально дипломатичная. Дюжаррик отметил, что не видел конкретного сообщения об ударе, однако подчеркнул принципиальную позицию ООН: удары по мирным жителям недопустимы.

Напомним, ранее стало известно, что украинские вооружённые силы нанесли ракетный удар по Брянску. Под атакой оказались именно гражданские объекты. В результате удара есть погибшие и раненые среди мирных жителей.

В этой истории показательно другое. Долгое время удары по российским приграничным регионам фактически оставались вне фокуса международных организаций. Теперь же даже в ООН начинают осторожно признавать очевидный факт: атаки на гражданских — это атаки на гражданских, независимо от того, где они происходят.

Интересно, станет ли это началом более последовательной позиции международных структур — или же всё снова ограничится аккуратными дипломатическими формулировками.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Омск готовится принять важный форум России и Казахстана

В 2026 году Омск станет площадкой XXII Форума межрегионального сотрудничества России и Казахстана — одной из главных платформ практического взаимодействия двух стран на евразийском пространстве.

О проведении форума ранее сообщил министр труда России Антон Котяков. По его словам, такие встречи позволяют регионам напрямую обсуждать экономические и гуманитарные проекты.

Не менее важную роль играет и руководство принимающего региона. Губернатор Омской области Виталий Хоценко подчеркнул стратегическое значение предстоящего мероприятия для развития приграничного сотрудничества.

«Для Омской области Казахстан является одним из ключевых партнеров. Подготовка к форуму — это возможность вывести наши экономические и гуманитарные связи на новый уровень», — отметил Хоценко.

Форумы межрегионального сотрудничества проходят с начала 2000-х годов и стали уникальным форматом взаимодействия: в них участвуют не только правительства, но и приграничные регионы, предприниматели, университеты и инфраструктурные компании. Именно на этом уровне формируется реальная экономическая интеграция.

Для Омской области это особенно актуально. Казахстан остается одним из главных внешнеэкономических партнеров региона, а приграничная логистика, промышленная кооперация и аграрные проекты продолжают активно развиваться.

В Казахстане работают представительства омских предприятий, а в Омской области действует около 120 организаций с участием казахстанского капитала.

В условиях мировой турбулентности такие площадки приобретают особую ценность. Пока глобальная политика всё чаще строится на конфронтации, региональная дипломатия России и Казахстана продолжает укреплять практическое сотрудничество.

И именно поэтому омский форум может стать не просто очередной встречей чиновников, а важным сигналом устойчивости российско-казахстанского партнерства в Евразии.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»

Энергетический фронт: новая цель — газопроводы в Черном море

Похоже, конфликт на Украине постепенно выходит на новый уровень — удары начинают наноситься по ключевой энергетической инфраструктуре.

По данным Минобороны России, 11 марта украинские беспилотники предприняли попытку атаковать объекты, обеспечивающие работу газопровода Турецкий поток. Речь идёт о компрессорной станции «Русская» в Краснодарском крае — одном из ключевых узлов, обеспечивающих подачу газа по этому маршруту.

Сообщается, что ночью и днём по станции было выпущено 10 дронов, однако все они были перехвачены средствами ПВО.

Параллельно была предпринята атака и на инфраструктуру другого стратегического трубопровода — Голубой поток.

По данным военного ведомства, 14 беспилотников атаковали компрессорную станцию «Береговая» под Туапсе, через которую осуществляется транспортировка газа по этому маршруту. Все БПЛА также были уничтожены.

Фактически речь идёт о попытке ударить по энергетической архитектуре всего Черноморского региона.

Оба газопровода играют ключевую роль в поставках российского газа в Турцию и далее в страны Южной Европы. Любая атака на такие объекты автоматически превращает конфликт из локального военного противостояния в фактор энергетической безопасности для нескольких государств.

Не случайно ранее российская Служба внешней разведки Российской Федерации предупреждала о возможных диверсиях против энергетической инфраструктуры.

Пока атаки были отражены, но сам факт их проведения подтверждает утверждение о том, что энергетическая инфраструктура становится новым фронтом геополитического противостояния.

А значит, последствия подобных попыток могут выйти далеко за пределы зоны конфликта — затронув уже всю систему энергоснабжения Евразии.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»