Сама жалоба вызывает некоторое недоумение, поскольку вознаграждение риэлторских агентств, как правило, определяется в процентах от стоимости сделки. Обычно оно составляет от 1 до 5%, а в случае сделок с особенно ценными или редкими объектами может быть и выше. Соответственно, с ростом стоимости квадратного метра растут и доходы риэлторов, при этом напрямую к их затратам они не привязаны. Кроме того, на рынке широко распространены недобросовестные практики со стороны отдельных риэлторов, направленные на искусственное «подогревание» спроса и завышение цен на объекты.

С подобными практиками классифайды – Циан, Авито, Яндекс недвижимость и др. – борются встроенными в сервис инструментами. Без потока потенциальных покупателей, риэлторы могут вовсе не найти покупателя на сделку. Собственно, наличие на рынке нескольких игроков позволяет делать выбор, а высокие цены конкуренцию, с точки зрения экономической теории, не ограничивают, а наоборот – стимулируют. Рынок классифайдов иной, чем рынок маркетплейсов. Классифайды – это, прежде всего, нетранзакционные площадки – сделки заключаются напрямую. Хотя платформы развивают и функционал сопровождения сделок.

Положения пятого антимонопольного пакета (статья 10.1 Закона о защите конкуренции) не распространяются на нетранзакционные цифровые платформы. Сейчас ФАС только ставится вопрос о внесении изменений в закон. Тем не менее, общие положения о запрете хозяйствующим субъектом на злоупотребление доминирующим положением (статья 10 Закона о защите конкуренции) применяются, если факт такого доминирующего положения установлен в предусмотренном законом порядке. Закон запрещает установление монопольно высоких цен и навязывание невыгодных или не относящихся к предмету договора. В случае с подтвержденными признаками навязывания невыгодных условий или установления экономически / технологически необоснованных различных цен ФАС обязана выдать предупреждение («желтая карточка»), которое нарушитель может исполнить без каких-либо дальнейших последствий.

Если ФАС найдет признаки монопольно высокой цены, она должна возбудить антимонопольное дело. Для оценки цен (тарифов) на предмет монопольно высоких цен ФАС использует два метода – сопоставимых рынков и затратный. Если ФАС не установит наличие сопоставимого рынка, применяется затратный метод. В данной категории дел часто встречается вывод ФАС об отсутствии сопоставимых рынков. В отношении услуг и, в частности, цифровых услуг, затратный метод представляет собой особую сложность. При его применении главный вопрос – какая рентабельность производства и реализации товара, услуги, является необходимой. В разных отраслях подходы к этому показателю различны, как и сравнительные методы анализа уровня рентабельности. Давать оценку тарифам Циан без проведения экономического анализа – дело неблагодарное.

Что маркетплейс с вниманием относится к требованиям ФАС и изучит предупреждение регулятора: «Отметим, что продавцы Ozon могут получить плашку "оригинал", если они загрузили актуальные документы на бренд и прошли проверку, либо после внесения обеспечительного платежа - 3% от оборота бренда у продавца на Ozon за последний год. Если будет установлено, что товар контрафактный, он будет снят с продажи, а обеспечительный платеж удержан. Бейджа такой продавец, конечно, тоже лишится. Мы рассматриваем механизм не как услугу для продавцов, а как инструмент экономической ответственности продавца за подлинность товара. Он работает на маркетплейсе с начала 2026 г. и уже доказал эффективность в защите покупателей от контрафакта». А также добавил: «Мы продолжим диалог для решения спорных вопросов и сохранения прозрачных условий работы рынка».

1) С точки зрения закона, насколько сильны позиции ФАС? Есть ли шанс оспорить предупреждения в суде?

Предупреждение – обязательный процессуальный документ по так называемым «дикриминационным практикам» для цифровых платформ. Дело может быть возбуждено только если компания не исполнила предупреждения. Все предыдущие предупреждения в адрес маркетплейсов были добровольно исполнены. ФАС, с одной стороны, демонстрирует последовательность и настойчивость в изменении практик работы маркетплейсов. С другой стороны, этот процесс небыстрый, «все разом» антимонопольному органу не поправить. При этом предупреждения – гибкий инструмент и для ФАС, и для компаний. До настоящего времени ни Wildberries, ни Ozon не инициировали судебные споры с ФАС по предупреждениям. Едва ли стоит рассчитывать, это случится сейчас.

2) Почему знак «Оригинал» признали вводящим в заблуждение только сейчас, хотя услуга работает с начала 2026 года?

«Дополнительное» предупреждение Ozon в связи с услугой, отображающей знак «оригинал» на карточке товара, выдано, судя по всему, по иному составу нарушения – недобросовестная конкуренция. Несмотря на то, что данная услуга появилась в начале 2026 года, а рынок ее достаточно активно приобретал, нормальной является ситуация, что антимонопольный орган реагирует не немедленно, а спустя какое-то время, в течение которого, полагаю, у селлеров, покупателей, а может быть даже и у других маркетплейсов могли возникать некоторые претензии. Так было и с первыми, и последующими предупреждениями – пока не накопилась «критическая» масса разногласий, ФАС не выдавала «желтую карточку». При этом компании с момента своих первых предупреждений стали существенно более активны в диалоге с ФАС, в том числе на открытых площадках вроде экспертного совета, рекомендации которого стали еще одной формой «мягкой силы» регулятора.

3) Насколько реально, что до 15 мая маркетплейсы успеют пересмотреть публичную оферту?

Во-первых, у компаний есть право мотивированного ходатайствовать о продлении срока исполнения предупреждения. Во-вторых, опыт исполнения компаниями предыдущих предупреждений говорит о том, что компании не заинтересованы в возбуждении антимонопольного дела и будут стараться найти консенсус с ФАС, выработав приемлемые формулировки оферты по спорным пунктам.

Подобная практика Яндекс в чем-то напоминает ситуацию с «колдунщиками» 2019 года, но в чем-то и отличается. В 2021 году ФАС выдала предупреждение, обязывающее Яндекс прекратить предоставлять преимущество своим сервисам в поисковой выдаче. «Яндекс» должен был полностью раскрыть для всех компаний свой механизм продвижения ссылок и привлечения внимания пользователей, в том числе с помощью «колдунщиков». Сторонним компаниям должна была быть предоставлена возможность пользоваться такими механизмами. ФАС потребовал, чтобы поисковая выдача должна формироваться по единым правилам ранжирования, «на равных условиях, не допуская преимущественной демонстрации сервисов, входящих в Яндекс.

Мировое соглашение, заключенное Яндекс с ФАС в начале 2022 года по тому делу, предполагало, что Яндекс в течение четырех лет не должен изменять или прекращать поддержку форматов партнерской интеграции с компаниями. Этот срок прошел, и участники отдельных рынков, охватываемых вертикалями Яндекса, замечают, что ситуация снова изменилась.

Главный аргумент – потеря прямого пользовательского траффика на сайты банков и финтех платформ. Посещение сайта дает возможность предложить пользователю множество возможностей, удержав его. Выполнение части сервисов в рамках апплета Яндекса, ограничивает эту возможность. Это и есть последствие, которое банки и финтехплатформы считают результатом антиконкурентной практики Яндекс.

У Яндекса в прошлом тоже были свои аргументы. Так, если в 2019-2021 гг. Яндекс апеллировал к конкуренции с Гугл, то в 2026 году его доля в результатах поисковой выдаче выросла на фоне ограничений с 2022 года для сервисов Гугл, и, по данным открытых источников, превышает 70%.