Война машин как новая реальность: вызовы для доктрины, маскировки и подготовки кадров (ч.3)

«Тёмный технологический лес»: вызов для маскировки

Если посмотреть на фантастику, то война клонов и дронов в «Звёздных войнах» имеет под собой серьёзное научное предположение о том, что человек будет рано или поздно вытесняться из непосредственных боевых действий. Современные «килл-зоны» очень хорошо это иллюстрируют. И вот здесь, в этой грядущей эпохе машин, в этом «тёмном технологическом лесу», маскировка становится первичным навыком выживания.

Средства обнаружения множатся и расширяются; мы же продолжаем работать в классической схеме «щит и меч». Но я заметил, что некоторые процессы идут параллельно и одновременно: разные тренды и способы скрытия, устройства и подходы. В реальных полевых условиях всё сильно разнится. Однако для того, чтобы скрыть не просто бойца, а целые армии машин, потребуется нечто большее, чем обычные сетки и пончо. И даже большее, чем отдел в Х. Маскировка всей этой высоконаучной техники потребует серьёзного институционального подхода. Потребуется переход к активным и адаптивным системам, к массовым мультиспектральным решениям, к тотальной симуляции. Представьте себе машину, которая не нагревается, не излучает радиоизлучения, работает автономно. А что если добавить ей не полипропиленовую листву, а радикально новые материалы (напр., живые)? А что если она сможет эффективно понижать и повышать тепловую сигнатуру или создавать ложные сигналы? Как глубоко сможет такая ДРГ пройти вглубь территории потенциального противника?

Чтобы это не звучало слишком фантастично, повторю: примеры из недавних боевых действий учитывают НРТК, дроны, роботов, применяемых в зоне СВО (например, недавно Украина получила для испытаний человекоподобных роботов Phantom MK-1). На тактическом уровне места нахождения личного состава, боюсь, будут всё больше напоминать игровые «арены», которые сейчас хорошо знакомы школьникам, только забетонированные в тылу, а также обслуживающие робототехнику хабы, вечно отражающие налёты БПЛА во всех проекциях.

Институционализация знаний и постановка задач для науки

Я боюсь, что реальное время уже опережает наши запросы, и, несмотря на практическую акцентуацию, война машин, война дронов, или «тёмный технологический лес» уже вокруг нас. Как обычно, нужен технологический рывок, пока суммарный ВВП стран НАТО не сделал это за нас. Я не говорю о политике, но явно чувствую параллели с задачами механизации в 1930-е годы и буквально постоянно думаю об этом времени, потому что чувствую, что наши «часы» уже приближаются.

Сможем ли мы подготовиться к войне будущего? Все ли перенимут хорошие идеи из этой войны, а не самые тёмные из них? Опыт показывает, что есть примеры удачных реформ после крупной войны, так и примеры, когда мышление недавнего прошлого принесло немало потерь и поражений. Вопросов много, и далее, я надеюсь развить эту мысль конкретнее: что мы можем сделать для войны будущего сейчас, в какие области науки стоит обратиться, какие перспективные технологии стоит изучать тому, кто хочет победить в неизбежном (на мой взгляд) конфликте 2040-х годов?

Точечные решения на уровне швейной фабрики или инноваторов из народного ВПК здесь не помогут. Потребуется институционализация маскировки — создание единой специализированной научной школы, лабораторий и производств, способных работать с новыми материалами и технологиями и производить их массово. Маскировка должна стать такой же наукоёмкой отраслью, как и разработка самих средств обнаружения.

Для нас, разработчиков, путь видится в переходе к активной и адаптивной маскировке, уходе от статичных решений. В разработке мультиспектральных систем, способных скрывать объекты одновременно в видимом, ИК и радиолокационном диапазонах. В активном применении материаловедения и создании систем управления сигнатурой.

Мы вступили в эру, где война превращается в противостояние инженерных школ и технологических укладов. Та война, которую мы знали, уходит в прошлое. На её месте возникает тёмный, опасный и неизведанный технологический лес.

Отчёт о работе конструкторского бюро и планах на ближайшее полугодие

Мы давно не публиковали материалы по нашим комплектам «Фантом-2М»: это связано с тем, что большая часть работ последнего времени велась в рамках государственной лаборатории по основному профилю. Тем не менее опыт самостоятельного проектирования вывел наши возможности на новый уровень. Ранее мы отправили наши комплекты в зону СВО и получили положительную обратную связь: они использовались снайперами, полевыми медиками, операторами, группами противодействия БПЛА.

Однако из-за отсутствия собственного производства и свободных средств мы оказались в ситуации, когда продолжение исследований и их развитие стало возможным только при государственной поддержке. Всё это время мы также работали с частными подрядчиками: выполняли разработки (чехлы на антенны, материалы для маскировки, рисунки камуфляжей или изделия целиком), проводили консультации и обучали людей, и продолжаем это делать. Мы открыты к сотрудничеству. Тем не менее последний год прошёл преимущественно в работе по контракту с государственной лабораторией, там спектр нашей деятельности стал шире.

Имея опыт полигонной и инструкторской работы, а также опыт взаимодействия с подразделениями «на земле», я вижу, что предела деятельности у подобных специалистов практически нет. Вопрос лишь в том, что КБ «Фантом» — это несколько человек, и до последнего времени все ресурсы были брошены на решение конкретного проекта. «Фантом-2М» прошел апробацию в зоне СВО, у нас уникальный опыт, однако сама логика войны ведёт нас к расширению деятельности и вынуждает браться за новые идеи, заказы, изучать новые области.

Проект, над которым мы работали последнее время, получит продолжение. Администратор трудится в должности старшего научного сотрудника и в эти дни пишет планы на ближайшие полгода. Разработка, длившаяся около года, прошла путь от эскизов и концептов до рабочих изделий, снижающих вероятность обнаружения. Создано около 15 новых расцветок, сформирован серьезный задел на ближайшее будущее. В прошлом подобный результат достигался за полтора‑два года. Особенно хочется отметить, что нам удалось интегрировать хорошие идеи от гуманитарных структур.

Думаю, многие заметили, что мы всё чаще отходим от сугубо пехотного камуфляжа к проблемам интеграции изделий и обучения, к новым технологическим способам обнаружения, к вопросам тактики. Несмотря на то что анализ войны сейчас идет ускоренно и ежедневно, остро встаёт проблема роли маскировочных изделий в различных подразделениях; проблема их стоимости; возможности и перспективы монтажа на технику; работа с крупногабаритными объектами. Поэтому мы продолжим публиковать то, что нас волнует или цепляет. При всём обилии новостей по теме мы понимаем, что назрел революционный рывок в области.

Планы на данный момент включают несколько направлений. Во-первых, работа по профилю в государственной лаборатории и развитие разработок. Во-вторых, параллельная работа с другим государственным учереждением и профильными лабораториями для создания изделий в области БПЛА: комплексная работа, наш первый опыт в довольно сложном качестве: ведение разработок командой молодых ученых, руководство и вывод прототипа на рабочий уровень. Предполагаются командировки на Дальний Восток. В-третьих, работа с частными заказчиками. Мы планируем провести опытные разработки «под ключ», от нуля до готового изделия. В-четвёртых, продолжается консультационная работа с военными по закупкам, налаживанию контактов и обучению.

Поэтому сейчас приоритетами мы ставим разработку, развитие темы и опережение противника (и потенциального противника). Публикации и блогерство отходят на второй план. Пожелайте нам удачи: начинается новый цикл разработок, который продлится до конца текущего года. Не всё мы можем опубликовать из‑за цензуры, но мы помним о вас каждый раз, когда ловим себя на мысли, что это стоило бы показать подписчикам.