По приходу в отряд в начале 24-го года я изначально попал в группу, куда незадолго Сыч был назначен заместителем командира ещё до получения им офицерских лейтенантских погон.

Первая же задача - заход, закрепление в блиндаже. Той ночью на позицию был налёт "Бабы-Яги", сбрасывающей магнитные мины, так называемые «джоники». Меня тогда удивило, что Сыч сам пошёл досматривать территорию, остальная группа не проявляла рвения к таким вылазкам, приняв положение дел безоговорочно. Подождав минут пять, я вылез вслед за Сычом и увидел его метрах в тридцати от блиндажа, подбежав к нему, лёг рядом и поинтересовался обстановкой. В тепловизор нами были обнаружены две мины, которые тут же было решено уничтожить огнём из автомата.
Ситуация эта была предельно показательна. Для меня, как для человека, прошедшего школу ЧВК, командир, который находится вместе с бойцами на передовой и сам не сторонится выполнения боевых задач, вызывал безусловное уважение.

По той же причине первое время с Сычом у меня возникали некоторые трудности в коммуникации и разногласия. В его глазах я был недисциплинированным, склонным к самовольству и не умеющим безусловно подчиняться данному приказу, что, впрочем, достаточно быстро, в течение первых нескольких боевых задач, сошло на нет. Этому, безусловно, способствовала удивительная способность Сергея считывать людей и относиться к ним, как они того заслуживают. За это и за многое другое его уважали и подчинённые, и командование.

Финалом совместной боевой работы стала задача по разведке в серой зоне, при исполнении которой моя двойка попала под «карусель» дронов противника. Поймав первые сбросы, мы начали отходить назад. Прилив адреналина сбил координацию и внимательность, из-за чего я наступил на «лепесток». Это вылилось в несколько часов ползком до ближайшего укрытия. За это время мы успели попрощаться с жизнью и товарищами, по группной связи сообщив, что ввиду слишком высоких рисков идти нам на помощь не нужно. Тем не менее, Сыч в составе своей двойки уже шёл на выручку. Зная, что мы не способны к самостоятельной эвакуации, им было принято решение в одиночку скрытно пробраться на помощь. Оставив у второго номера свои СИБЗ, через несколько часов он дошёл и нашёл нас, оказал помощь, а когда обстановка позволила, вынес меня на себе и вывел второго бойца моей двойки, чем фактически спас нам жизнь. Через пару часов, с наступлением темноты, дроны с тепловизорами нашли бы нас. Показательны сила духа, верность товарищам и готовность положить себя ради спасения других.

Удивительный для нашего подразделения пример офицера, прошедшего путь от солдата и сержанта, возглавившего группу, ставшую, возможно, самой эффективной в нашем отряде. Его личная храбрость, трезвый ум, отлично развитое тактическое чутьё вселяли в людей, находившихся в его подчинении, какую-то чёткую уверенность, что всё будет в порядке.