Банальность острова или Эпштейн не в Иерусалиме

Джеффри Эпштейн не был похож на типичного миллиардера. Люди с девятью нулями на счету обычно не ведут себя так, как их изображают в кино. Часто у них нет островов, на которых построены собственные храмы с анималистическими росписями на потолках. Они не предлагают гостям своего острова ламинированные нарко-меню с подробным прайсом. А ещё не выглядят, как мутировавший Ральф Лорен, обложившийся мозаикой сисек. Богатые люди часто скучнее и невзрачнее: галстуки, совещания, аккуратные адюльтеры.

Так говорил математик и инвестор Эрик Вайнштейн. Потом он добавил, что Эпштейн — придуманная фигура, за которой стояли "другие силы". С одной стороны, Вайнштейн дал название "тёмная интеллектуальная сеть" клубу консервативных аутсайдеров от мира академии, а ещё выдумал свою лженаучную версию теории всего, верить ему нужно не всегда.

С другой стороны, утверждение "Эпштейн не может быть настоящим" — очень правильное утверждение.

Он кажется странным, но эта странность карикатурная. А карикатура — доведение представлений о норме до предела. Эпштейн до ужаса банально не банален.

Весь его образ, весь антураж его жизни — это просто, одномерно. То, что можно обнаружить в первом попавшемся масс-культ продукте. Он копировал обывательское представление о миллиардере-эксцентрике.

Вёл он себя тоже как типичный американский moujik эпохи неолиберального капитализма. Сальные намёки в переписках, дурацкая пунктуация, совершенно дилетантский энтузиазм в отношении стрёмных проектов типа президентства Ильи Пономарёва (экстремист и террорист) или там путешествий во времени, намёки типа "иФ ю НоУ вОт Ай МиН". А ещё — одержимость женщинами. Их должно быть много, они должны быть молодые, их нужно ТРАХАТЬ. Причём ТРАХАТЬ до ужаса невзрачно: фотографии с вечеринок Эпштейна не отличаются от липкого похотливого вайба студенческих вписок или там борделей для дальнобойщиков. Старые скуфы с перекошенными лицами, кожаные диваны, убийство эстетики.

Бён-Чхоль Хан писал, что субъект неолиберального мира — депрессивный нарцисс. Другие люди для него — просто потребительский опыт, который утверждает, к примеру, его "сексуальный успех". Но ему всегда мало, он страдает, хочет ещё (депрессует) и наращивает темп. В итоге другие для него — голая жизнь, просто физическое тело человека без содержания и статусов. И сам он тоже превращается в голую жизнь, он обслуживает её в себе. И так как все мы такие, современный мир — Ад Однообразия.

Остров Эпштейна и был этим Адом Однообразия воплоти. Зона исключения, где кругом одна сплошная голая жизнь. И жертв, и элиты.

Такой же зоной исключения, зоной голой жизни были концентрационные лагеря. Там тоже с правовыми нормами было не всё в порядке.

И тут Эпштейн начинает очень напоминать Эйхмана, героя книги Ханны Арендт про "банальность зла". Речь в обоих случаях идёт про менеджмент голой жизни. Только первый был оператором и механиком мира как бы удовольствий.

Монструозность Эпштейна — именно в его абсолютной обычности. Только не модернистской, а постмодернистской.

Остров — идеальная метафора исключения. В ключевом романе Уэльбека "Возможность острова" люди создают секту, которая позволила бы постоянно гонящимся за удовольствиями (в основном сексом) и вечно неудовлетворённым неолиберальным субъектам наконец выйти из гонки.

И создают — бессмертное, самоклонируемое неочеловечество. Неолюди лишены сексуального желания, а потому и страданий. Но лишены они и другого человека — общение между неолюдьми происходит в цифровой среде. А сами они живут поодиночке в бункерах.

В каком-то смысле и современное банальное зло, и наши попытки от него сбежать приводят к одному и тому же результату.

И если есть "возможность острова в светлейшем из времён", то, может быть, она как раз и состоит в том, чтобы допустить небанальное зло.

Может быть, привычной нам реальности нужна прививка чем-то по-настоящему разрушительным и жестоким.

Пусть она и не вернёт человеку человека. Но хотя бы покажет предел.

А возможность без предела становится худшей из клеток.

А ещё помните — был такой сериал «Черное зеркало»? Самая первая серия, со свиньёй. Тоже, оказывается, ничего особенного.

"Широко закрытые глаза", таким образом, цензурировали три раза. Первую версию фильма показывали 1 марта 1999 года. После этого его решили отредактировать так, чтобы получить категорию "R" (дети до 17 лет в сопровождении родителей). С помощью компьютерной графики пририсовали какие-то силуэты, которые двигались по помещению и закрывали собой картинку в самых интересных местах. До сих пор непонятно, кто это сделал. По одной версии — сам Кубрик буквально на смертном одре — он умер 3 марта. По другой — это сделали Warner уже после смерти режиссёра.

Второй момент — во время оргии в оригинале звучала цитата из «Бхагавад-гиты». Тут ущемились индусы, и этот момент также пришлось вырезать.

Ну и в третий раз фильм покромсали наши родные цензоры. Это, разумеется, ужасно глупо и бессмысленно — как любые попытки "оградиить" и "защитить" людей от искусства и затащить в кровать товарища майора.

https://t.me/podled/16234

Только написал про глупость наших цензоров — как подоспела новость из мира вражеской цензуры. Подкаст "не выходя из комнаты" с прекрасными Сережей Изотовым и Ваней Орловым-Смородиновым грохнули на ютюбе. 160к подписчиков, десятки миллионов просмотров.

Мы живём в поле постоянно сужающихся возможностей, но, одновременно, расширяющегося пространства борьбы (как сказал Сережа, отсылая нас к Мишелю Уэльбеку). Однажды одно полностью поглотит другое. Но, парадоксальным образом, это ничего не изменит. Парни будут дальше делать классный продукт, режиссеры — снимать фильмы, музыканты писать музыку. Времена "The medium is the message" прошли, месседж снова самоценен и уже почти что равен сам себе.

Да, если кто не смотрел — посмотрите, они правда классные. И я очень рад тому, что однажды привёл Сережу в Mash.

субъект неолиберального мира — депрессивный нарцисс. Другие люди для него — просто потребительский опыт

Вообще давно хотела об этом написать (вне Эпштейна, но здесь он удачно к слову пришелся), что - судя по всем тенденциям - мир понемногу излечивается от нарциссической травмы. Успешный успех, бесконечное достигаторство, постоянное транслирование себя в сто пиццот зеркал и безудержное потребление абсолютно любого опыта (а для нарцисса это единственная возможность хоть как-то где-то отразиться) — мы все очень от этого устали.

#вайбыпериода ясно говорят о том, что на нарциссической травме уже больше не едется и не достигается; это топливо себя исчерпало. Нарциссы перестают быть ролевой моделью большинства. Зумеры массово уезжают в деревни ремонтировать прабабкины дома, выращивать кур и снимать огородные блоги, как Дэвид Бэкхем. Те, кто остаются, насаждают frugal chic - свой бережливый вариант “тихой роскоши”, только без роскоши.

Хочется уже взглянуть внутрь себя настоящего, а не в бесконечные отражения. Совсем скоро - в середине февраля - Нептун и Сатурн встретятся в Овне, вот и посмотрим. А Эпштейн с его островом - как знаковый символ уходящей эпохи безудержного потребления - как раз остается в прошлом.

Друзья, наверное, пришло время анонса.

Итак, "Республика Фиуме" сыграет свой первый живой сет на "Лимоновских чтениях". Наверное, это лучшее время и место для дебюта. Организаторы обещали хорошую площадку и аппарат. А мы, в свою очередь, сыграем то, что вы уже знаете, и как минимум одну песню, которую вы ещё никогда не слышали. А может, и больше — если успеем подготовить. Дадим национал-бурлеска, военного дрим-попа и гойда-романтики.

Запишите 21 марта в свои календари, и, если есть возможность, помогите "Лимоновским" — чтобы у нас действительно был хороший звук, и мы смогли дать вам ударную дозу красоты.

КАЖДЫЙ — САМ СЕБЕ ЭПШТЕЙН

Остров Эпштейна — он только кажется, что далек. И что если ты не юная барышня модельной внешности, не член королевской семьи и не американский банкир, то это всё — не про тебя. Нет-нет, конечно, это они — развращённые твари и рептилоиды, а мы — приличные члены общества, и ни о чём таком не помышляем. А теперь покажи-ка мне твои вкладочки в браузере….

Разумеется, это другое, и нечего даже сравнивать. Там живых людей принуждали к непотребствам, а тут… ой, внезапно, тоже живых. Там — несовершеннолетние, по принуждению, а тут — везде дисклеймер, что "моделям по 18 и больше", и бумагу они, скорее всего, подписывали о добровольном участии. Впрочем, откуда мы знаем — что жертвы подписывали у Эпштейна, и что там за таблички на въезде на чудо-остров…. Может, тоже — "barely legal". И, заметьте, в случае с Эпштейном отмазка "мимо проходил" и "просто смотрел" больше не катит.

А еще — вы заметили, что ряд европейских стран внезапно озаботился идентификацией любителей порно? Якобы, они так берегут невинность детей. Но что они на самом деле об этих детях думают, мы, спасибо Эпштейну, теперь точно знаем. Разумеется, не это их волнует. Просто мы живем в мире, где машины уже умеют обрабатывать бесконечно огромные массивы данных. И если США, где таких ограничений нет и не планируется, с помощью цифровой монополии знают про вас всё и так, то остальные страны в этой вечеринке не участвуют, а им тоже хочется. Хочется знать, что у тебя на вкладках "инкогнито".

Зачем? Ну откуда ж нам знать. Может быть, в ситуации растущей нестабильности им так спокойнее. Наличие контроля — всегда лучше, чем отсутствие. А может, так формируется новый общественный договор. У нас — остров, у тебя — порнхаб. Мы молчим, и ты особо не возмущайся. В конце концов, у нас ведь гораздо больше сходства, чем различий.

Сейчас по работе изучал довоенные фотографии некоторых городов восточной Украины. Честно — некоторые места выглядят так, будто война там либо идёт, либо только что прошла. С поздне-брежневским пейзжаем, доставшимся Украине от СССР, за время незалежности не было сделано вообще ничего. Максимум — покрасили где-то перила в жовто-блакитный, и то — давно. В итоге это всё кривое, косое, осыпавшееся, дырявое. Полно заброшенных домов, пустых окон, обвалившихся мостиков.

Я видел эту бывшую Украину на наших новых территориях, но мозг сам списывает любую разруху на войну. Даже если где-то жёстких боевых действий не было, все равно думаешь: "ага, я в прифронте, и поэтому всё в таком упадке". Но сейчас я вижу, что так в этих местах было всегда.

И даже мелькнула мысль: вот приезжает какой-нибудь Марк Рютте, его водят по руинам, он хватается за голову, причитает: ай-ай-ай, как же проклятые русские разбомбили прекрасный цветущий город, какой кошмар, надо бы как-то помочь героическим хохлам.

А это не руины войны, а руины Империи. Они здесь уже были – и до 22го, и до 14го.

-Говорят, в Киеве снимают новый сезон легендарной передачи MTV!
-Ух ты! А какой передачи?
-MTV Unplugged

Добрая машина пропаганды здорового человека

https://t.me/rt_russian/271891

Боевое управление, как я и говорил, в порядке.

Герани мб чуть менее точные будут, но Елабуга все выдержит и нормализует.

Однако передовые и необходимые куда больше, чем Герани, исследования теперь в еще большем очке, чем были т.к. самого дешевого и надёжного средства связи у них больше нет.

В этом вся трагедия.

Понимаю, что это сейчас будет очень популярный в сети заход. Дескать Рогозин нам не сделал Старлинка, давайте с него спрашивать.

Ну хорошо. Предположим, ночью к квартире Александра Рыбкина подъезжает черный мини-вэн, забирает Александра и привозит его в Кремль, в Очень Высокий Кабинет. И там ему говорят примерно следующее: Александр, вы молодой, энергичный, патриотичный и перспективный политик. Возглавьте, пожалуйста, Роскосмос! И сделайте так, чтобы у нас был широкополосный спутниковый интернет не хуже чем у Маска. Через год. Ну ладно, через два.

Есть, правда, парочка не то чтобы проблем, а так – досадных обстоятельств. Например, бюджетов у нас таких, как у Маска, нет. А ещё — у Маска группировка спутников на орбите – 10 тысяч, а у нас — 300. Нет, Александр, тракторист тут не при чём. И запусков ракет у нас было в прошлом году 17, а у Маска — 134. Но это ерунда всё. Вы, Александр, придумаете как с этим справиться, и где деньги взять — тоже придумаете. Приступайте.

Ваши действия?

https://t.me/rybster/9243