— Худшее, что я когда-либо делал, — Драко посмотрел на свои руки и остановился. Гермиона положила ладонь ему на подбородок, повернув его лицо так, чтобы он смотрел на неё. — Ничего.

Подушечка её большого пальца коснулась его щеки, и он наклонился к её прикосновению, края его губ коснулись её запястья. Она увидела, как дёргается его бледное горло, и почувствовала, как его челюсти сжались и расслабились.

— На моих глазах пытали девушку, которую я знал. В моём собственном доме. И я ничего не сделал. Не знаю, как мне за это извиниться.