— Он же вокалист, да? — Хан снова трясет Сынмина за рукав. — Красивый такой и одет формально очень. Вы… будете на вокал вместе ходить?

— Он танцор, — Сынмин поднимает палец в воздух, снисходительно кормит Хана объедками информации.

У Джисона изо рта вырывается выдох такого облегчения, что Чонину кажется, что он смотрит дораму.
Только не очень понимает сюжет.

— Может и будем, — тянет Сынмин, — он сказал, что вокал у него слабый…

Сынмин о слабом вокале говорит, почему-то, мечтательно, а выдох облегчения Хана превращается во вздох ужаса. Джисон отвечает. Очень горячо, очень эмоционально. Но Чонин немного устал и выбирает подремать на обеде, вместо того, чтобы следить за тем, как препираются старшие.