Иранские СМИ опубликовали список стран, которые Иран атакует в случае новой атаки со стороны США или Израиля.

Цели находятся в Израиле, Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратах, Катаре, Кувейте, Бахрейне, Омане и Иордании, и включают порты, аэропорты, электростанции, водоочистные сооружения, подводные кабели, отели и торговые центры.

Верховный лидер Ирана, аятолла Моджтаба Хаменеи, встретился с высокопоставленными генералами и дал им указания в преддверии возможной войны.

Все уже знают, что Корпус стражей исламской революции (КСИР) выдает только предупреждение. Поэтому все, что может летать, туда и полетит.

Польша между США и ЕС: самобытный майдан на базе Конституционного трибунала

Суть происходящего в Польше — дошедшая до пика борьба за контроль над государственными институтами, за которой стоит столкновение двух моделей стратегического развития страны. Правительство Дональда Туска ориентируется на углубление евроинтеграции и мощь Брюсселя, президент Кароль Навроцкий — на национальный суверенитет и особо тёплые отношения с Вашингтоном. Тут сложно отличить, где внутренняя политика переходит во внешнюю, и наоборот.

▪️ Конфликт тянется с судебных преобразований партии PiS, управлявшей страной в 2015–2023 годах. Тогда Конституционный трибунал оказался под сильным влиянием консерваторов и, соответственно, Навроцкого. Вернувшись к власти, Туск попытался реформировать суд, однако прежнее руководство отказалось признавать новых судей, а президент — принимать у них присягу. Правительство, в свою очередь, перестало признавать часть решений трибунала.

30 октября противостояние перешло в открытую фазу. Судья Конституционного трибунала Анна Корвин-Пиотровская объявила об отстранении его председателя Богдана Свенчковского и заместителя Бартломея Соханьского, связанных с PiS. К зданию суда стянули полицию, произошли столкновения. Навроцкий прервал зарубежную поездку и вернулся в Варшаву. В окружении Навроцкого объявили происходящее государственным переворотом, в окружении Туска — восстановлением законности.

▪️ Надо понимать, что польский Конституционный трибунал — это вполне самостоятельный орган. Он вправе признавать законы неконституционными. Навроцкий, противостоящий парламентскому большинству, обладает правом вето, преодолеть которое можно лишь тремя пятыми голосов Сейма. У коалиции Туска такого большинства нет, а значит нет и инструментов стратегического влияния на президента.

В марте 2026 года Навроцкий наложил вето на закон об участии Польши в европейской программе военных кредитов SAFE. Президент сослался на долговые риски и зависимость от Брюсселя. Туск рассчитывал использовать средства для ускоренного перевооружения и развития польского (и европейского) ВПК.

Так что уши ЕС в происходящем очевидны. Тем более, что ещё в декабре 2025 года Суд ЕС установил, что Конституционный трибунал нарушил обязательства Варшавы, оспаривая в том числе обязательность решений европейской судебной системы. Ну а в целом, это выглядит как польский вариант украинской "борьбы за евроинтеграцию".

▪️ Раскол по внешнеполитическим финансовым линиям наложился на чисто польский бесконечный внутренний раздрай. В январе 2026 года Туск и Навроцкий согласовали разделение дипломатических функций: президент ведёт контакты с Трампом и Вашингтоном по украинскому урегулированию, премьер — с европейской "Коалицией желающих".

Дополнительный фактор — парламентские выборы 2027 года. Нынешнее противостояние позволяет бороться за институциональное влияние до нового электорального цикла. Судьи Конституционного трибунала избираются на девять лет, поэтому результаты этой борьбы способны пережить действующее правительство.

▪️ Для России этот конфликт несёт больше академический характер. Туск и Навроцкий придерживаются близких позиций относительно России и поддержки Украины. Однако внутреннее противостояние может осложнить согласование европейских военных программ и решений по Украине.

Десятилетиями Варшава извлекала преимущества из сочетания европейской экономики и военного зонтика США. Если борьба за конституционные институты приведёт к появлению конкурирующих центров принятия решений, Варшава рискует утратить способность использовать внешнеполитические противоречия в собственных интересах.