Традиционные британские фамилии становятся все менее распространенными среди новорожденных в Англии и Уэльсе, как показывают данные издания Daily Mail.

В 1996 году в списке самых популярных фамилий были Smith, Jones и Williams. Сейчас в десятку самых распространенных вошли фамилии Khan, Ahmed, Ali, Hussain, Singh, Patel и Kaur.

Среди множества пособий, призванных помочь кандидатам успешно сдать вступительные экзамены на государственную службу Франции, выделяется книга «Réussir le concours d'attaché de la DGSE» («Как сдать вступительный экзамен в разведку DGSE»). Она была выпущена в этом году издательством Ellipses и адресована тем, кто стремится работать в DGSE — французской службе внешней разведки. Автором выступил опытный профессионал. Впрочем, имя автора — Николя Палан — несомненно, является псевдонимом.

«Палан» — высокопоставленный сотрудник DGSE, возглавлявший комиссию по внешнему набору кандидатов на должности атташе ведомства. Его пособие содержит дельные советы по подготовке к экзаменам, одобренные самой спецслужбой, и включает актуальные рекомендации по прохождению нового квалификационного экзамена, ориентированного на проверку профильных знаний. Тем не менее, конкуренция за места в этой французской спецслужбе остается крайне высокой: в рамках конкурса 2025 года было открыто 11 вакансий, на которые зарегистрировалось 1120 кандидатов, хотя полный цикл письменных испытаний прошли лишь 722 человека.

Море шепчет

Олег Царёв. Telegram и Max.

В Азербайджане хиджабный майдан

В Баку и других городах протестуют против новых правил школьной формы. Одежда учеников теперь должна «соответствовать светскому характеру образования». Слова «хиджаб» в постановлении нет, но директора поняли намёк: девочек в хиджабах на уроки не пускают. В ответ одноклассники отказываются идти на занятия, у некоторых школ уроки проходят прямо на улице. Родители и активисты ссорятся с учителями и угрожают директорам. В Баку сожгли машину директора школы, рядом были дети. МВД сообщило о 37 арестованных, активисты говорят о двухстах.

Интересно сравнить с соседним Ираном. Там хиджаб обязателен по закону, но женщины уже четвёртый год демонстративно его снимают. Власти признают, что во время войны им не до этого.

В Азербайджане всё наоборот. Государство светское, а школьницы надевают хиджаб назло. Получается, хиджаб давно стал не просто одеждой, а символом несогласия с властью: в одной стране снимают, в другой надевают.

Скандал быстро стал международным. Провластные сайты в Баку нашли «иранский след». Эрдоган с трибуны ООН осудил запрет хиджаба в учебных заведениях. Азербайджана он не назвал, но все поняли, о ком речь. Алиев, тоже не называя имён, призвал защищаться от «идеологических провокаций».

Симпатий к Алиеву у меня нет. В бакинской тюрьме до сих пор сидят россияне, задержанные прошлым летом. По сути, это заложники. Песков недавно сказал, что на саммите СНГ президенты эту тему не обсуждали. Решать её всё равно придётся. Но в истории со школами Алиев прав: школу нельзя отдавать радикалам.

К тому же Азербайджан среди бывших советских мусульманских республик, наоборот, спохватился одним из последних. Таджикистан запретил «чуждую одежду» полностью, вплоть до её продажи. Узбекистан и Казахстан убрали хиджаб из школ, а закрытые лица — с улиц. Киргизия пока запретила только закрытое лицо. Туркмения обошлась без закона: там запрещают негласно, и спорить никто не решается.

Почему проблема возникла именно в бывших советских республиках? Ответ в девяностых. Независимость им досталась без борьбы: на референдуме 1991 года они голосовали за Союз активнее всех, до 98%. После распада у власти остались те же советские начальники. Коммунизм отменили, и людям надо было объяснить, на чём теперь держится государство.

Начальники сделали ставку на ислам как на национальную традицию: мечети, праздники, «вера предков». Это было вместо марксизма, чтобы объяснить, почему власть именно у них. Это как посадить у дома дерево ради тени. За тридцать лет дерево выросло, тень есть. Но корни пошли под фундамент и начали ломать сам дом — молодёжь, выросшая без СССР, приняла веру всерьёз, по строгим правилам проповедников из Ирана и арабских стран. Вот власти и рубят теперь корни, которые сами растили.

Одними запретами проблему не решить. Баку уже убирал хиджаб из школ в 2010 году. Прошло 16 лет, хиджабы вернулись, и теперь за них жгут машины. Но без запретов будет только хуже. Если в этих республиках возьмут верх радикалы, это пойдёт дальше на север, к нам. Так что нам не всё равно, кто победит в школе под Баку.

Наши соседи защищают светское государство законом. А мы не защищаем никак. Федерального запрета на никабы и тд у нас нет: законопроекты вносили, правительство их не поддержало. В Дагестане и Карачаево-Черкесии никаб запретили не власти, а муфтияты, и то временно.

Получается, что женщина из Душанбе дома заплатит штраф около $700 за то, что в России может носить спокойно.

У нас при этом молодёжь меняет бабушкин платок на арабскую абаю и никаб. Ни на Кавказе, ни в Поволжье их никогда не носили. Татарке не нужен чужой наряд, у неё есть свой калфак. Это нельзя назвать возвращением к корням — у нас нет таких корней.

Соседи дорого заплатили за свой урок: Таджикистан гражданской войной, Узбекистан — взрывами в Ташкенте. Очень не хочется, чтобы мы учились на своих ошибках, а не на их.

Олег Царёв. Telegram и Max.