This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Айзек. Не герой, не злодей. Бывает тяжело. Но я справляюсь.🌟
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
𝗡 . . 𝗔𝗩𝗜𝗚𝗔𝗧𝗜𝗢𝗡
Навигация в канале нужна для того, чтобы подписчики быстро находили нужную информацию, не листая сотни постов.
🪽 🪽 ⚪️ 𝙏 𝙋𝙊𝙎𝙏
➿ 𝘾𝙊𝙉𝙉𝙀𝘾𝙏 𝙎𝙃𝙀𝙀𝙏
🔇 𝘼𝙉𝙊𝙉 & 𝘽𝙊𝙊𝙎𝙏
𝙈𝙐𝙏𝙐𝘼𝙇 𝙈𝙋
ℐ𝗌𝖺𝖺𝖼 ℒ𝖺𝗁𝖾𝗒🤩 🤍 🌟 🤩 🤩 🌟
Навигация в канале нужна для того, чтобы подписчики быстро находили нужную информацию, не листая сотни постов.
𝙈𝙐𝙏𝙐𝘼𝙇 𝙈𝙋
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
𝐟𝐫𝐢𝐞𝐧𝐝𝐬🌟
ĞǏŘŁŞ
• @allisonar24 —
• @k1raYu
BØŸŞ
• @st1lsBL0G
• @T1HEOS
• @patr1ckh0ckstetter
• @EdwardC3llen
• @yourcheerleadertoy
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
1
𝓜 . . 𝐔𝐓𝐔𝐀𝐋 𝐌🄿
Вп с фд «волчонок» от 0+, с другими фд 5+
🪽 🪽 Не поддерживаю каналы, с которыми делаю вп.
➿ dni : база.
ℐ𝗌𝖺𝖺𝖼 ℒ𝖺𝗁𝖾𝗒🤩 🤍 🌟 🤩 🤩 🌟
Вп с фд «волчонок» от 0+, с другими фд 5+
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
1
ℐ𝗌𝖺𝖺𝖼 ℒ𝖺𝗁𝖾𝗒🤩 🤍 🌟 🤩 🤩 🌟
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Боль. По телу била дрожь, в глазах темнело. Недавние побои превращались в огромные синяки по всему телу. Айзек сидел на холодном полу и шмыгал носом. Тонкая футболка не давала ни капли тепла после часа в морозильной камере. В подвале стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь хрипами из груди Айзека.
Отец вообще очень любил наказывать его. За плохую оценку, немытую тарелку или просто так, без причины. Но наказания не всегда были физическими — морально он тоже старался. Говорил, что Айзек слабак, никчёмный кусок дерьма, а то и хуже — выродок. Иногда Айзек начинал ему верить. Это было куда хуже, чем удары.
Любимое наказание отца — морозильная камера, прямо здесь, в подвале. Айзек больше всего ненавидел это место. Когда отец бывал особенно зол, он запирал его там. Холод жестоко пробирался под кожу. Сначала юноша старался сопротивляться: кричал, бил стены камеры и срывал голос до боли. Но потом он перестал. И начал бояться замкнутых пространств. Клаустрофобия.
Отец следил за каждым шагом: с кем, куда и когда. Чаще всего всё, что делал Айзек, становилось поводом для побоев — или ремня. Друзей не было, он считал их глупыми и бесполезными. Поэтому со временем Айзек перестал протестовать и перестал куда-либо ходить сам. Только в школу — и там проводил всё время один. Уроки, ланч, дом, наказания, сон.
Иногда у него случались панические атаки. Но отец не знал, потому что это стало бы ещё одним поводом. Во время приступов Айзек старался внушить себе, что он не в подвале, а где-то в безопасности, и глубоко дышал. Иногда помогало, иногда нет. Всё зависело от удачи.
Айзек глубоко вздохнул и сжался от пронзительного холода. Дверь распахнулась. Показался отец.
«Выходи, мерзавец, я с тобой на сегодня ещё не закончил!»
И вот по-новому.
Отец вообще очень любил наказывать его. За плохую оценку, немытую тарелку или просто так, без причины. Но наказания не всегда были физическими — морально он тоже старался. Говорил, что Айзек слабак, никчёмный кусок дерьма, а то и хуже — выродок. Иногда Айзек начинал ему верить. Это было куда хуже, чем удары.
Любимое наказание отца — морозильная камера, прямо здесь, в подвале. Айзек больше всего ненавидел это место. Когда отец бывал особенно зол, он запирал его там. Холод жестоко пробирался под кожу. Сначала юноша старался сопротивляться: кричал, бил стены камеры и срывал голос до боли. Но потом он перестал. И начал бояться замкнутых пространств. Клаустрофобия.
Отец следил за каждым шагом: с кем, куда и когда. Чаще всего всё, что делал Айзек, становилось поводом для побоев — или ремня. Друзей не было, он считал их глупыми и бесполезными. Поэтому со временем Айзек перестал протестовать и перестал куда-либо ходить сам. Только в школу — и там проводил всё время один. Уроки, ланч, дом, наказания, сон.
Иногда у него случались панические атаки. Но отец не знал, потому что это стало бы ещё одним поводом. Во время приступов Айзек старался внушить себе, что он не в подвале, а где-то в безопасности, и глубоко дышал. Иногда помогало, иногда нет. Всё зависело от удачи.
Айзек глубоко вздохнул и сжался от пронзительного холода. Дверь распахнулась. Показался отец.
«Выходи, мерзавец, я с тобой на сегодня ещё не закончил!»
И вот по-новому.