ИАПиПДО - Институт Аналитической Психологии и Постдипломного Образования г.Москва

🌿 В книжной рубрике этой весны предлагаем вам ознакомиться с новинкой 2026 года — «Золушка и ее сестры. Объект и субъект зависти», авторы Энн и Барри Уланов.

Ни одна сказка не сравнится в живучести с историей о Золушке и ее сестрах. Большинству из нас она хорошо знакома в версии Шарля Перро, записанной в конце XVII века — с мачехой, феей-крестной, мышами, тыквой, хрустальной туфелькой и прекрасным принцем. Кому-то известны варианты, уходящие в прошлое на целую тысячу лет и встречающиеся по всему миру — от североамериканских индейцев до народов Африки и Китая. В более чем семистах вариациях этой сказки различаются ключевые моменты, а главная героиня не всегда оказывается такой же чистой, как Золушка.

Почему же эта история привлекает так много сказителей, не оставляет равнодушными читателей и слушателей? Что в ней такого, что ей не мешают глобальные различия эпох, регионов и культур? Есть и другие привлекательные героини. Есть и другие жестокие мачехи и сестры-дурнушки, олицетворяющие опасности семейной жизни. Прекрасных принцев пруд пруди. И даже если другие крестные, хитроумные животные, говорящие рыбы или зачарованные леса не так находчивы, как Золушкина фея-крестная, в сказочном мире хватает магии, чтобы удовлетворить публику, жаждущую счастливых концовок, сотворенных волшебством.

Ничто из этого не является причиной, по которой «Золушка» завладевает нашим воображением. Однако в истории Золушки кроется нечто первобытное. Сидя в своем черном от копоти и пепла углу, она говорит нам о страдании в архетипическом понимании. Какую бы степень естественного или сверхъестественного значения мы ни вкладывали в Золушку, она выступает в роли «страдающего слуги». Более того, она не просто служит требовательным и жестоким хозяевам, точнее, хозяйкам, но делает это как человек, призванный делать мир лучше, в силу внутреннего и внешнего благородства, по зову крови, по велению духа. В действительности она до такой степени воплощает в себе саму суть благородства, что нам легко принять тот факт, что ей можно позавидовать и что мачеха и сестры ей завидуют — даже униженной, перемазанной жиром и грязью, обреченной на вечное служение и страдание.

История Золушки — это история о зависти. Это эпохальная сказка, пусть даже занимающая всего несколько страниц, о человеческой эмоции, которую многие испытывали, от которой многие страдали и о которой крайне мало говорили. Хотя в списке так называемых семи смертных грехов зависть по традиции идет второй, уступая только гордыне, она почти не попадает в поле религиозного, философского, литературного и психологического дискурса. Ей нашлось место в нравственном богословии и философской этике, но оно несопоставимо с суровостью того языка, каким ее описывают, изгоняя за рамки достойного поведения. Зависти посвящены одна значимая книга по социологии и пара статей в антропологических журналах. От случая к случаю ей уделяют внимание ученые-политологи, но мало кто пытается понять или объяснить центральное положение зависти среди предпосылок таких масштабных событий, как революция, и таких травмирующих, как домашнее насилие. Она ненадолго попадает в фокус у Данте, у Джона Беньяна, в средневековых и ренессансных эпопеях и в некоторых современных романах, но даже в самых ярких воплощениях оживает лишь на краткий миг и предстает в таких уродливых формах, что легко вытесняется сознанием.

Где зависть живет и процветает, так это в людских делах: больших и малых, в крупных и мелких событиях, но что важнее всего — в обычной, повседневной жизни простых людей, во всех нас так или иначе, как в завистниках или в объектах зависти. Какими бы плохими или хорошими актерами мы ни были, нас то и дело вызывают играть роль Золушки, ее мачехи или сводных сестер.

🪄 Читали ли вы эту книгу? Поделитесь мнением в комментариях!

Please open Telegram to view this post