Что читать.
После секса
В большом городе
//
Лоты из сериала «And Just Like That» выставили на аукцион — от Julien's Auctions он включает 578 лотов задействованных в сериале — среди них библиотека из квартиры Кэрри
//
И я подумала, как искусство и книги, могут просто своим наличием рассказать о человеке. И о вымышленном тоже:
«Гордость| в и предубеждение»
Джейн Остин, романы Д. Г. Лоуренс, собрание сочинений Натаниэль Готорн, «Сага о Форсайтах» Джон Голсуорси — всё это про жизнь и травмы из поколения в поколение.
Конечно, стихи Эмили Дикинсон, подборки Шекспира и Теннисона, старые журналы XIX века и даже (очевидно настольная книга) — набор с историческими иллюстрациями
//
Грейс поддингтон: «Грейс. Мемуары» Grace: A Memoir
Сол Беллоу: «Письма» (Letters)
Патрик Френч: «Индия. Портрет» (India: A Portrait)
Эрик клайненберг: «Дворцы для народа» (Palaces for the People)
Хелена Келли: «Джейн Остен: тайный радикал» (Jane Austen, the Secret Radical)
Рекс Рид: «Здесь все сумасшедшие» (People Are Crazy Here)
Джоан Дидион: «Майами» (Miami)
//
А ещё держатели для книг в виде туфель (офкорс) и кольцо-печатка
После секса
В большом городе
//
Лоты из сериала «And Just Like That» выставили на аукцион — от Julien's Auctions он включает 578 лотов задействованных в сериале — среди них библиотека из квартиры Кэрри
//
И я подумала, как искусство и книги, могут просто своим наличием рассказать о человеке. И о вымышленном тоже:
«Гордость| в и предубеждение»
Джейн Остин, романы Д. Г. Лоуренс, собрание сочинений Натаниэль Готорн, «Сага о Форсайтах» Джон Голсуорси — всё это про жизнь и травмы из поколения в поколение.
Конечно, стихи Эмили Дикинсон, подборки Шекспира и Теннисона, старые журналы XIX века и даже (очевидно настольная книга) — набор с историческими иллюстрациями
//
Грейс поддингтон: «Грейс. Мемуары» Grace: A Memoir
Сол Беллоу: «Письма» (Letters)
Патрик Френч: «Индия. Портрет» (India: A Portrait)
Эрик клайненберг: «Дворцы для народа» (Palaces for the People)
Хелена Келли: «Джейн Остен: тайный радикал» (Jane Austen, the Secret Radical)
Рекс Рид: «Здесь все сумасшедшие» (People Are Crazy Here)
Джоан Дидион: «Майами» (Miami)
//
А ещё держатели для книг в виде туфель (офкорс) и кольцо-печатка
Forwarded from Дневник Академика Павлова | Саморазвитие
В каждом мужчине, даже если ему это невдомёк, даже если мыслей таких нет, теплится образ женщины, которую ему суждено полюбить.
Из чего сплетается её образ — из всех мелодий, звучавших в его жизни, из всех деревьев, из друзей детства, — никто не рискнёт сказать наверняка. Чьи у неё глаза: не его ли родной матери, чей подбородок: не двоюродной ли сестры, которая четверть века назад купалась с ним в озере, — никому не дано это знать.
Но почитай, каждый мужчина, носит при себе этот портрет, словно медальон, словно перламутровую камею, но извлекает на свет редко, а после свадьбы даже не притрагивается, чтобы избежать сравнений. Не каждому случается встретить свою суженую, разве что промелькнёт она в темноте кинотеатра, на страницах книги или где-нибудь на улице. Да и то после полуночи, когда город уже спит, а подушка холодна. Этот портрет соткан из всех снов, из всех женщин, со всех лунных ночей со времён творения.
Рэй Бредбери
Подписаться | Предложить тему для следующего поста
Из чего сплетается её образ — из всех мелодий, звучавших в его жизни, из всех деревьев, из друзей детства, — никто не рискнёт сказать наверняка. Чьи у неё глаза: не его ли родной матери, чей подбородок: не двоюродной ли сестры, которая четверть века назад купалась с ним в озере, — никому не дано это знать.
Но почитай, каждый мужчина, носит при себе этот портрет, словно медальон, словно перламутровую камею, но извлекает на свет редко, а после свадьбы даже не притрагивается, чтобы избежать сравнений. Не каждому случается встретить свою суженую, разве что промелькнёт она в темноте кинотеатра, на страницах книги или где-нибудь на улице. Да и то после полуночи, когда город уже спит, а подушка холодна. Этот портрет соткан из всех снов, из всех женщин, со всех лунных ночей со времён творения.
Рэй Бредбери
Подписаться | Предложить тему для следующего поста
Сегодня было такое утро
//
В центральном регионе обещают тепло, но через два дня я — в командировку.
Пару дней назад видела какая там погода и буду молчать, потому что с таким термометром я не согласна
//
В центральном регионе обещают тепло, но через два дня я — в командировку.
Пару дней назад видела какая там погода и буду молчать, потому что с таким термометром я не согласна
Из прекрасного:
диалог Уинстона Черчилля и Нэнси Астор во время спора.
//
она сказала: «
Если бы вы были моим мужем, я бы отравила ваш чай»
Черчилль:
«Если бы вы были моей женой, я бы его выпил»
диалог Уинстона Черчилля и Нэнси Астор во время спора.
//
она сказала: «
Если бы вы были моим мужем, я бы отравила ваш чай»
Черчилль:
«Если бы вы были моей женой, я бы его выпил»
Forwarded from Бренд Ангел Brand Angel
Как видно по новинкам с международных и отечественных ярмарок и результатам индустриальных премий, алюминий продолжает оставаться IT-материалом в предметном дизайне. Предлагаю вспомнить самые известные стулья прошлого и нынешнего столетий, полностью сделанные из алюминия. Дополняйте в комментариях, если вспомните ещё какие-то алюминиевые иконы дизайна.
1. Стул Navy Chair
Emeco
1944
2. Шезлонг Lockheed Lounge
Марк Ньюсон
1988
3. Кресло Orgone Chair
Марк Ньюсон
1993
4. Стул Tom Vac
Рон Арад
1997
5-7. Стул Hudson
Филипп Старк
Emeco
2000
8. Стул Déjà-vu
Наото Фукасава
Magis
2007
1. Стул Navy Chair
Emeco
1944
2. Шезлонг Lockheed Lounge
Марк Ньюсон
1988
3. Кресло Orgone Chair
Марк Ньюсон
1993
4. Стул Tom Vac
Рон Арад
1997
5-7. Стул Hudson
Филипп Старк
Emeco
2000
8. Стул Déjà-vu
Наото Фукасава
Magis
2007