Луна цветная.
Красивая до невозможности
//
Она была здесь всегда, именно такая. Но мы её не видели. Не было возможностей и открытых глаз. Так кстати бывает и с людьми — протираешь глаза, а всё, что нужно-то совсем рядом
//
Вот и луна всегда казалась серой и безжизненной с этими своими кратерами. Но когда её цвета стали видны — здесь обнаружен целый спектр:
оттенки синего, оранжевого, фиолетового и даже красного.
Цвета эти дают расположенные на поверхности железо и титан
//
Луна не изменилась.
Изменилась лишь наша оптика
Красивая до невозможности
//
Она была здесь всегда, именно такая. Но мы её не видели. Не было возможностей и открытых глаз. Так кстати бывает и с людьми — протираешь глаза, а всё, что нужно-то совсем рядом
//
Вот и луна всегда казалась серой и безжизненной с этими своими кратерами. Но когда её цвета стали видны — здесь обнаружен целый спектр:
оттенки синего, оранжевого, фиолетового и даже красного.
Цвета эти дают расположенные на поверхности железо и титан
//
Луна не изменилась.
Изменилась лишь наша оптика
Шар
Для катания по полу по ночам
//
Выставила всю свою гардеробную на авито и теперь увлеченно почитываю креатив других продавцов
Для катания по полу по ночам
//
Выставила всю свою гардеробную на авито и теперь увлеченно почитываю креатив других продавцов
- я боюсь этой картины «Грачи прилетели»
— это детские травмы Третьяковки. База
— это детские травмы Третьяковки. База
Что читать.
После секса
В большом городе
//
Лоты из сериала «And Just Like That» выставили на аукцион — от Julien's Auctions он включает 578 лотов задействованных в сериале — среди них библиотека из квартиры Кэрри
//
И я подумала, как искусство и книги, могут просто своим наличием рассказать о человеке. И о вымышленном тоже:
«Гордость| в и предубеждение»
Джейн Остин, романы Д. Г. Лоуренс, собрание сочинений Натаниэль Готорн, «Сага о Форсайтах» Джон Голсуорси — всё это про жизнь и травмы из поколения в поколение.
Конечно, стихи Эмили Дикинсон, подборки Шекспира и Теннисона, старые журналы XIX века и даже (очевидно настольная книга) — набор с историческими иллюстрациями
//
Грейс поддингтон: «Грейс. Мемуары» Grace: A Memoir
Сол Беллоу: «Письма» (Letters)
Патрик Френч: «Индия. Портрет» (India: A Portrait)
Эрик клайненберг: «Дворцы для народа» (Palaces for the People)
Хелена Келли: «Джейн Остен: тайный радикал» (Jane Austen, the Secret Radical)
Рекс Рид: «Здесь все сумасшедшие» (People Are Crazy Here)
Джоан Дидион: «Майами» (Miami)
//
А ещё держатели для книг в виде туфель (офкорс) и кольцо-печатка
После секса
В большом городе
//
Лоты из сериала «And Just Like That» выставили на аукцион — от Julien's Auctions он включает 578 лотов задействованных в сериале — среди них библиотека из квартиры Кэрри
//
И я подумала, как искусство и книги, могут просто своим наличием рассказать о человеке. И о вымышленном тоже:
«Гордость| в и предубеждение»
Джейн Остин, романы Д. Г. Лоуренс, собрание сочинений Натаниэль Готорн, «Сага о Форсайтах» Джон Голсуорси — всё это про жизнь и травмы из поколения в поколение.
Конечно, стихи Эмили Дикинсон, подборки Шекспира и Теннисона, старые журналы XIX века и даже (очевидно настольная книга) — набор с историческими иллюстрациями
//
Грейс поддингтон: «Грейс. Мемуары» Grace: A Memoir
Сол Беллоу: «Письма» (Letters)
Патрик Френч: «Индия. Портрет» (India: A Portrait)
Эрик клайненберг: «Дворцы для народа» (Palaces for the People)
Хелена Келли: «Джейн Остен: тайный радикал» (Jane Austen, the Secret Radical)
Рекс Рид: «Здесь все сумасшедшие» (People Are Crazy Here)
Джоан Дидион: «Майами» (Miami)
//
А ещё держатели для книг в виде туфель (офкорс) и кольцо-печатка
Forwarded from Дневник Академика Павлова | Саморазвитие
В каждом мужчине, даже если ему это невдомёк, даже если мыслей таких нет, теплится образ женщины, которую ему суждено полюбить.
Из чего сплетается её образ — из всех мелодий, звучавших в его жизни, из всех деревьев, из друзей детства, — никто не рискнёт сказать наверняка. Чьи у неё глаза: не его ли родной матери, чей подбородок: не двоюродной ли сестры, которая четверть века назад купалась с ним в озере, — никому не дано это знать.
Но почитай, каждый мужчина, носит при себе этот портрет, словно медальон, словно перламутровую камею, но извлекает на свет редко, а после свадьбы даже не притрагивается, чтобы избежать сравнений. Не каждому случается встретить свою суженую, разве что промелькнёт она в темноте кинотеатра, на страницах книги или где-нибудь на улице. Да и то после полуночи, когда город уже спит, а подушка холодна. Этот портрет соткан из всех снов, из всех женщин, со всех лунных ночей со времён творения.
Рэй Бредбери
Подписаться | Предложить тему для следующего поста
Из чего сплетается её образ — из всех мелодий, звучавших в его жизни, из всех деревьев, из друзей детства, — никто не рискнёт сказать наверняка. Чьи у неё глаза: не его ли родной матери, чей подбородок: не двоюродной ли сестры, которая четверть века назад купалась с ним в озере, — никому не дано это знать.
Но почитай, каждый мужчина, носит при себе этот портрет, словно медальон, словно перламутровую камею, но извлекает на свет редко, а после свадьбы даже не притрагивается, чтобы избежать сравнений. Не каждому случается встретить свою суженую, разве что промелькнёт она в темноте кинотеатра, на страницах книги или где-нибудь на улице. Да и то после полуночи, когда город уже спит, а подушка холодна. Этот портрет соткан из всех снов, из всех женщин, со всех лунных ночей со времён творения.
Рэй Бредбери
Подписаться | Предложить тему для следующего поста
Сегодня было такое утро
//
В центральном регионе обещают тепло, но через два дня я — в командировку.
Пару дней назад видела какая там погода и буду молчать, потому что с таким термометром я не согласна
//
В центральном регионе обещают тепло, но через два дня я — в командировку.
Пару дней назад видела какая там погода и буду молчать, потому что с таким термометром я не согласна
Из прекрасного:
диалог Уинстона Черчилля и Нэнси Астор во время спора.
//
она сказала: «
Если бы вы были моим мужем, я бы отравила ваш чай»
Черчилль:
«Если бы вы были моей женой, я бы его выпил»
диалог Уинстона Черчилля и Нэнси Астор во время спора.
//
она сказала: «
Если бы вы были моим мужем, я бы отравила ваш чай»
Черчилль:
«Если бы вы были моей женой, я бы его выпил»