Pt. 42.

Отец, я женюсь на достойнешей!
Уж если кого полюблю,
Ты знаешь, не буду в проигрыше
И другим ее не уступлю!

Отец, я женюсь на достойнешей,
На смелой и доброй душой,
На милой и звонко хохочущей,
Что беды смахнет рукой

Простой и спокойной как гладь воды,
Загадочной, как луна
Когда я увижу ее черты
Я точно пойму - она.

Отец, ты скажешь я тот еще
Глупец, чтобы быть с такой
Самому нужно быть достойнейшим
И я соглашусь с тобой

Мне есть что на это ответить тебе,
Ты знаешь, я долго искал,
Перечил своей упрямой судьбе
И ждал все чего-то, ждал

Ведь я однолюб, ты знаешь меня,
Что я не ищу страстей!
Но все еще жду того самого дня,
Когда повстречаемся с ней!

И если мне улыбнется судьба,
Прошу, обещай мне, отец:
В день свадьбы меня когда
Ее поведу под венец!

Pt. 43.

Ты была бы находкой для художника
Но пока остаешься моей.
Этот образ наложницы ложен как
Безмятежная тишь морей.

Я бы был с тобой самым покладистым,
Но тогда завладеешь мной.
Не сломаться под этим натиском,
Устоять под этой волной.

Жадно воздух в пустые легкие,
Тихий омут виновных глаз.
Заключила в объятия долгие
Будто это в последний раз.

Незаметно наземь исподнее.
Не смирить неуемный нрав.
Подо мною горит преисподняя.
Ты - конец мой. Я был прав.

Решил разбавить ленту стихом Бродского, он прекрасен во всех отношениях (и стих, и Бродский)

Сначала в бездну свалился стул, потом – упала кровать, потом – мой стол. Я его столкнул сам. Не хочу скрывать. Потом – учебник «Родная речь», фото, где вся моя семья. Потом четыре стены и печь. Остались пальто и я. Прощай, дорогая. Сними кольцо, выпиши вестник мод. И можешь плюнуть тому в лицо, кто место мое займет.

Pt. 45.

Огонь и земля - неизбежно вулкан!
Накроет пол континента сразу!
Кролик вновь попадет в капкан,
Удав в траве поймает Пегаса.

Порох и спички - мгновенный взрыв!
Осколки мимо летят произвольно!
Это еще один нервный срыв.
Дорогая, спасибо! Мне было больно!

Pt. 46.

Ты была бы находкой для художника
Но пока остаешься моей.
Этот образ наложницы ложен как
Безмятежная тишь морей.

Я бы был с тобой самым покладистым,
Но тогда завладеешь мной.
Не сломаться под этим натиском,
Устоять под этой волной.

Жадно воздух в пустые легкие,
Тихий омут виновных глаз.
Заключила в объятия долгие
Будто это в последний раз.

Незаметно наземь исподнее.
Не смирить неуемный нрав.
Подо мною горит преисподняя.
Ты - конец мой. Я был прав.

Pt. 47.