Прошу прощения, отвлёкся на садоводство

Прилетел в Рим, вооружён прочитанным Муратовым, купленным Ипполитовым, курсами по древнеримской архитектуре и координатами парочки занятных бруталистских церквей

А первым папой, после апостола Петра, увидевшим Иерусалим, был Павел VI, посетивший его в 1964 году.

Реконструкция этого склада. Зацените, как низко относительно всего здания находится этот огромный портал

Нифига они себе жк обустроили 😳

Прикол, оказывается, весталки давали обет безбрачия не навсегда, а всего на какие-то тридцать лет — далее они были вольны выйти замуж.

Жрицы Весты имели мощные бонусы — они имели право рассекать по Риму на колесницах и выдавать помилования приговоренным к смерти преступникам (хз, как это работало на практике).

С другой стороны, если жриц застукивали за нарушением обета, их закапывали заживо, а мужчину-соблазнителя забивали насмерть плетьми 😬

Храм весталок имел круглое строение, остатки его до сих пор стоят на Форуме (их очень легко идентифицировать — храм очень предусмотрительно отчеканили на монетах).

Весталок, к слову, было всего шесть, не больше и не меньше. Новых набирали, только когда освобождались места.

Основной их задачей было поддержания огня в храме — если римляне видели, что из отверстия в крыше идёт дым, они понимали, что в государстве все неплохо.

Также в храме Весты хранились могущественные артефакты — в том числе Палладиум, древняя статуя Афины, которую Зевс лично спустил с небес Илу, основателю Трои.

Монету забыл прикрепить

Четыре года назад в ковид проходил небольшой онлайн-курс по истории римской архитектуры.

Пускал слюни и лил слезы, что не могу тот же час поехать в Италию/Грецию/Малую Азию/Северную Африку и увидеть все своими глазами, но аккуратно занёс самые топовые места на карту.

Одно из них — гигантское святилище Фортуны Примигении в Палестрине (пожалуйста, не путайте с Палестиной 🙏) в 40 километрах от Рима. Чтобы его построить, пришлось срыть целый холм, проложить несколько терасс и извести воистину немыслимое количество бетона.

Перед просмотром следующего видео формата "говорящая голова", пожалуйста, изучите скрин и обратите внимание на небольшой театр под полукруглым зданием, венчающем святилище.

Ничего не слышно на предыдущем видео, лонг стори шорт: на месте античного святилища стоит небольшой миленький ренессансный дворец

Читаю Аврелия Августина, наткнулся на презанятнейшее описание гладиаторских боев в Риме — он рассказывает историю своего друга, который увлекся этим вовсе не христианским развлечением.

Не оставляя, конечно, того земного пути, о котором ему столько напели родители, он раньше меня отправился в Рим изучать право, и там захватила его невероятным образом невероятная жадность к гладиаторским играм.

Подобные зрелища были ему отвратительны и ненавистны. Однажды он случайно встретился по дороге со своими друзьями и соучениками, возвращавшимися с обеда, и они, несмотря на его резкий отказ и сопротивление, с ласковым насилием увлекли его в амфитеатр. Это были как раз дни жестоких и смертоубийственных игр. «Если вы тащите мое тело в это место и там его усадите, — сказал Алипий, — то неужели вы можете заставить меня впиться душой и глазами в это зрелище? Я буду присутствовать, отсутствуя, и таким образом одержу победу и над ним, и над вами». Услышав это, они тем не менее повели его с собой, может быть, желая как раз испытать, сможет ли он сдержать свои слова.

Придя, они расселись, где смогли; все вокруг кипело свирепым наслаждением. Он, сомкнув глаза свои, запретил душе броситься в эту бездну зла; о, если бы заткнул он и уши! При каком-то случае боя, потрясенный неистовым воплем всего народа и побежденный любопытством, он открыл глаза, готовый как будто пренебречь любым зрелищем, какое бы ему ни представилось. И душа его была поражена раной более тяжкой, чем тело гладиатора, на которого он захотел посмотреть; он упал несчастливее, чем тот, чье падение вызвало крик, ворвавшийся в его уши и заставивший открыть глаза: теперь можно было поразить и низвергнуть эту душу, скорее дерзкую, чем сильную, и тем более немощную, что она полагалась на себя там, где должна была положиться на Тебя. Как только увидел он эту кровь, он упился свирепостью; он не отвернулся, а глядел, не отводя глаз; он неистовствовал, не замечая того; наслаждался преступной борьбой, пьянел кровавым восторгом. Он был уже не тем человеком, который пришел, а одним из толпы, к которой пришел, настоящим товарищем тех, кто его привел. Чего больше? Он смотрел, кричал, горел и унес с собой безумное желание, гнавшее его обратно.

Теперь он не только ходил с теми, кто первоначально увлек его за собой: он опережал их и влек за собой других. И отсюда вырвал его Ты мощной и милосердной рукой и научил его надеяться не на себя, а на Тебя; только случилось это гораздо позднее.

Дело, кстати, происходит в самом конце IV века, незадолго до 405 года, когда император Гонорий запретил гладиаторские битвы как несогласные с духом христианства.